Бода

Наоборот, травка как будто стала еще больше. Вот теперь Марина по-настоящему испугалась. Адреналин хлынул в кровь и заставил мысли пробиться сквозь равнодушную плену затмения.

Ее надо сжечь.

Девочка, забыв о брезгливости, залезла в сливное отверстие руками, выцарапала оттуда Боду, отнесла ее на кухню, где положила в большую эмалированную кастрюлю, затем вернулась в туалет, забрала маленького отпрыска Боды. Вдруг она почувствовала острую боль в висках и поняла — времени осталось мало.

Она запихнула в кастрюлю сыночка вместе с бумагой, зажгла спичку и бросила внутрь. Боль усилилась. Марина с отчаяньем увидела, что Бода слишком мокрая, чтобы загореться, а силы были уже на исходе.

Девочка упала на колени. Мир перед глазами пустился в дикую пляску, и тогда она поползла… В кандейке должен быть керосин, на случай, если после ремонта понадобится смыть краску с рук.

Закрыв глаза — так ей было легче — и ориентируясь по памяти, она завернула за угол, нащупала ребристую поверхность, потом задвижку… Керосин обычно стоял внизу, в бутылке. Марина наткнулась на что-то острое, хозяйственная мелочь путалась под руками. Она нащупала длинное скользкое горлышко. Принюхалась, поморщилась — пахло керосином.

Девочка крепко сжала драгоценную ношу и отправилась назад. Теперь боль ушла куда-то внутрь, а голову сдавили точно тиски.

Больно! Больно! — закричала Марина. Сбив крышку с кастрюли неловким движением, она выдернула пробку из бутылки и опрокинула ее в кастрюлю. В мозгу запульсировали красные круги. Руки дрожали, и ей никак не удавалось зажечь спичку, которые ломались одна за другой.

Зажигалкой будет вернее! — собрав остатки воли, подумала она. Колесико зажигалки чиркнуло и пальцы обжег язык пламени. Марина уронила зажигалку в кастрюлю. Керосин загорелся, а девочка без сознания свалилась на пол.

Успела! Успела! — мелькнула мысль и окружающее пространство исчезло… Когда Марина очнулась, кухня была полна едкого угара. Кашляя, девочка открыла балконную дверь и замахала полотенцем, выгоняя дым на улицу. Потом заглянула в кастрюлю — на закопченном дне лежал сморщенный черный комок, похожий на уголь.

Марина выгребла остатки Боды в мусорное ведро.

Вот и все! — сказала она вслух. Но радости от победы не почувствовала, слишком многое случилось, прежде чем зло было остановлено… Привет, Клуня, — Маргарита Семеновна склонилась над пластмассовым ведерком.

— Я тебе покушать принесла.

Женщина вылила внутрь пакет молока.

Клуня молча приняла пожертвование. Скоро, совсем скоро, у нее появятся дети…