Три девицы под окном Пряли поздно вечерком. «Кабы я была царица, — Говорит одна девица, — То на весь крещеный мир Приготовила б я пир».
Добавить в моё избранное
19 мин, 41 сек 6510
Князь Гвидон тот город правит, Всяк его усердно славит;
Он прислал тебе поклон, Да тебе пеняет он:
К нам-де в гости обещался, А доселе не собрался«.Тут уж царь не утерпел, Снарядить он флот велел.»
А ткачиха с поварихой, С сватьей бабой Бабарихой, Не хотят царя пустить Чудный остров навестить.
Но Салтан им не внимает И как раз их унимает:
«Что я? царь или дитя? — Говорит он не шутя: — Нынче ж еду!» — Тут он топнул, Вышел вон и дверью хлопнул. Под окном Гвидон сидит, Молча на море глядит:
Не шумит оно, не хлещет, Лишь едва, едва трепещет, И в лазоревой дали Показались корабли:
По равнинам Окияна Едет флот царя Салтана.
Князь Гвидон тогда вскочил, Громогласно возопил:
«Матушка моя родная!»
Ты, княгиня молодая!
Посмотрите вы туда:
Едет батюшка сюда«.»
Флот уж к острову подходит.
Князь Гвидон трубу наводит:
Царь на палубе стоит И в трубу на них глядит;
С ним ткачиха с поварихой, С сватьей бабой Бабарихой;
Удивляются оне Незнакомой стороне.
Разом пушки запалили;
В колокольнях зазвонили;
К морю сам идет Гвидон;
Там царя встречает он С поварихой и ткачихой, С сватьей бабой Бабарихой;
В город он повел царя, Ничего не говоря. Все теперь идут в палаты:
У ворот блистают латы, И стоят в глазах царя Тридцать три богатыря, Все красавцы молодые, Великаны удалые, Все равны, как на подбор, С ними дядька Черномор.
Царь ступил на двор широкой:
Там под елкою высокой Белка песенку поет, Золотой орех грызет, Изумрудец вынимает И в мешечек опускает;
И засеян двор большой Золотою скорлупой.
Гости дале — торопливо Смотрят — что ж? княгиня — диво:
Под косой луна блестит, А во лбу звезда горит;
А сама-то величава, Выступает, будто пава, И свекровь свою ведет.
Царь глядит — и узнает… В нем взыграло ретивое!
«Что я вижу? что такое?»
Как!«— и дух в нем занялся… Царь слезами залился, Обнимает он царицу, И сынка, и молодицу, И садятся все за стол;»
И веселый пир пошел.
А ткачиха с поварихой, С сватьей бабой Бабарихой, Разбежались по углам;
Их нашли насилу там.
Тут во всем они признались, Повинились, разрыдались;
Царь для радости такой Отпустил всех трех домой.
День прошел — царя Салтана Уложили спать вполпьяна.
Я там был; мед, пиво пил — И усы лишь обмочил.
Он прислал тебе поклон, Да тебе пеняет он:
К нам-де в гости обещался, А доселе не собрался«.Тут уж царь не утерпел, Снарядить он флот велел.»
А ткачиха с поварихой, С сватьей бабой Бабарихой, Не хотят царя пустить Чудный остров навестить.
Но Салтан им не внимает И как раз их унимает:
«Что я? царь или дитя? — Говорит он не шутя: — Нынче ж еду!» — Тут он топнул, Вышел вон и дверью хлопнул. Под окном Гвидон сидит, Молча на море глядит:
Не шумит оно, не хлещет, Лишь едва, едва трепещет, И в лазоревой дали Показались корабли:
По равнинам Окияна Едет флот царя Салтана.
Князь Гвидон тогда вскочил, Громогласно возопил:
«Матушка моя родная!»
Ты, княгиня молодая!
Посмотрите вы туда:
Едет батюшка сюда«.»
Флот уж к острову подходит.
Князь Гвидон трубу наводит:
Царь на палубе стоит И в трубу на них глядит;
С ним ткачиха с поварихой, С сватьей бабой Бабарихой;
Удивляются оне Незнакомой стороне.
Разом пушки запалили;
В колокольнях зазвонили;
К морю сам идет Гвидон;
Там царя встречает он С поварихой и ткачихой, С сватьей бабой Бабарихой;
В город он повел царя, Ничего не говоря. Все теперь идут в палаты:
У ворот блистают латы, И стоят в глазах царя Тридцать три богатыря, Все красавцы молодые, Великаны удалые, Все равны, как на подбор, С ними дядька Черномор.
Царь ступил на двор широкой:
Там под елкою высокой Белка песенку поет, Золотой орех грызет, Изумрудец вынимает И в мешечек опускает;
И засеян двор большой Золотою скорлупой.
Гости дале — торопливо Смотрят — что ж? княгиня — диво:
Под косой луна блестит, А во лбу звезда горит;
А сама-то величава, Выступает, будто пава, И свекровь свою ведет.
Царь глядит — и узнает… В нем взыграло ретивое!
«Что я вижу? что такое?»
Как!«— и дух в нем занялся… Царь слезами залился, Обнимает он царицу, И сынка, и молодицу, И садятся все за стол;»
И веселый пир пошел.
А ткачиха с поварихой, С сватьей бабой Бабарихой, Разбежались по углам;
Их нашли насилу там.
Тут во всем они признались, Повинились, разрыдались;
Царь для радости такой Отпустил всех трех домой.
День прошел — царя Салтана Уложили спать вполпьяна.
Я там был; мед, пиво пил — И усы лишь обмочил.
Страница 6 из 6
