Жил-был на свете один садовник, и было у него девять душ детей, все девять — мальчики. Старшему исполнилось уже семнадцать лет. Звали его Яном…
Добавить в моё избранное
5 мин, 7 сек 9087
Яна это рассмешило. Жена заметила, что он усмехнулся, и спрашивает, чему он смеется. А Ян отмалчивается: ничему, мол. «Уж не надо мной ли ты смеялся?» — обозлилась жена.
С той поры опостылел ей муж. Все время грозилась она выгнать его из графского дворца, если не расскажет, над чем смеялся.
— Милая Франтишка, — уговаривал ее Ян, — если бы я рассказал тебе, над чем смеялся, тотчас бы с жизнью распростился.
А она не унимается: скажи, да и только!
И ходил он по двору грустный-грустный, и все время сам носил курам пшеницу. А куры уж знали, как плохо приходится их доброму хозяину, жалели его и все между собою толковали:
— Ох боже, что с нами станет, если лишимся хозяина: кто будет заботиться о нас!
Прибежал петух и говорит:
— О чем вы так беспокоитесь? Ничего с нашим хозяином не случится. Был бы наш хозяин умнее, взял бы он плетку, да и отодрал бы хозяйку так, чтоб на всю жизнь зареклась спрашивать, над чем он смеялся. Отбил бы у нее охоту ссориться!
Послушался Ян петушиного совета, взял плетку, спрятал ее под плащ, побежал наверх к Франтишке в ее комнату и спрашивает:
— Хочешь знать, над чем я смеялся?
— Ну, конечно, хочу!
Схватил Ян плетку и охаживал жену до тех пор, пока она не взмолилась: «Никогда, мол, не буду спрашивать, над чем ты смеялся». С тех пор и до самой смерти жили они в мире.
С той поры опостылел ей муж. Все время грозилась она выгнать его из графского дворца, если не расскажет, над чем смеялся.
— Милая Франтишка, — уговаривал ее Ян, — если бы я рассказал тебе, над чем смеялся, тотчас бы с жизнью распростился.
А она не унимается: скажи, да и только!
И ходил он по двору грустный-грустный, и все время сам носил курам пшеницу. А куры уж знали, как плохо приходится их доброму хозяину, жалели его и все между собою толковали:
— Ох боже, что с нами станет, если лишимся хозяина: кто будет заботиться о нас!
Прибежал петух и говорит:
— О чем вы так беспокоитесь? Ничего с нашим хозяином не случится. Был бы наш хозяин умнее, взял бы он плетку, да и отодрал бы хозяйку так, чтоб на всю жизнь зареклась спрашивать, над чем он смеялся. Отбил бы у нее охоту ссориться!
Послушался Ян петушиного совета, взял плетку, спрятал ее под плащ, побежал наверх к Франтишке в ее комнату и спрашивает:
— Хочешь знать, над чем я смеялся?
— Ну, конечно, хочу!
Схватил Ян плетку и охаживал жену до тех пор, пока она не взмолилась: «Никогда, мол, не буду спрашивать, над чем ты смеялся». С тех пор и до самой смерти жили они в мире.
Страница 2 из 2
