Если у вас есть под рукой карта Страны Оз, то найдите на ней Неведомый океан. Он омывает берега королевства Ринкитинкии, отделенного от Страны Оз владениями Короля Гномов и Гибельной пустыней. Ринкитинкия — это полоска земли, вытянувшаяся вдоль океана, и все дома его жителей, в том числе и дворец короля, стоят на берегу. Живут там в основном рыбаки и мореплаватели, и на жизнь зарабатывают торговлей с обитателями побережья и островов Неведомого океана.
Добавить в моё избранное
169 мин, 17 сек 16383
Разразившись торжествующим хохотом, королева велела отнести пленников в лодку и вернулась с ними на Корегос.
Велико же было изумление короля Госа и его воинства, когда они увидели, что грозный принц Пингареи стал пленником женщины. Большие трусы, они окружили пленников, вовсю издеваясь над ними. Они даже собирались хорошенько поколотить их, но королева крикнула:
— Руки прочь! Это мои пленники, а не ваши!
— И что же ты собираешься с ними сделать, Кор? — осведомился Гос.
— Мальчишку оставлю при себе — пусть развлекает меня в часы досуга. Смотри, какой он хорошенький и симпатичный, хотя и до смерти напугал вас, великих вояк.
Король выслушал эти речи, насупившись, — насмешки выводили его из себя, но он ничего не сказал. В тот же день он и его люди восстановили лодочный мост и вернулись на Регос. Они устроили буйный пир и великое гулянье во дворце и в городе. Но бедные горожане совсем не радовались, что юный принц, успевший завоевать их расположение своей добротой, оказался в плену у своих врагов и больше не мог ими править.
Когда незваные гости убрались восвояси, королева приказала доставить к ней Ингу и Ринкитинка и развязать их. Они были страшно опечалены таким поворотом событий — от жестокой хозяйки не приходилось ждать добра. Инга успел, правда, посоветоваться с белой жемчужиной, которая велела ему мужаться и терпеть и пообещала, что в скором времени все переменится к лучшему. Эти слова несколько утешили Ингу, и потому он смог глядеть в глаза королеве Кор гордо и смело.
— Ну что, юноша, — весело начала королева, довольная своим успехом, — ты неплохо подшутил над моим бедным мужем и до смерти напугал его. Но я готова простить тебе эту шалость. Я назначаю тебя моим пажом, и ты всегда должен быть готов оказывать мне любые услуги. И мой тебе совет: постарайся слушаться и выполнять все мои капризы беспрекословно. Когда мне перечат, я сержусь и делаюсь очень противной. А в таких случаях кого-то ожидает порка. Ты меня понял?
Инга поклонился, но промолчал. Тогда она обратилась к Ринкитинку:
— Что касается тебя, я еще не решила, как с тобой поступить. Ты слишком толст и неповоротлив, чтобы работать в поле. Но, может, я буду использовать тебя в качестве подушки для булавок.
— Что? — в ужасе вскричал Ринкитинк.
— Неужели вы намерены втыкать булавки и иголки в повелителя Гилгода?
— А почему бы и нет? — удивилась королева.
— Ты толстый, как подушка, и когда мне понадобится иголочка или булавочка, я кликну тебя.
— Она громко засмеялась своей жутковатой шутке и спросила: — А щекотки ты боишься?
Щекотки Ринкитинк боялся как огня. Он простонал и покачал головой.
— Я с удовольствием пощекотала бы тебе пятки пером, — продолжала неумолимая королева.
— А ну-ка сними башмаки.
— Ваше величество! — простонал бедняга Ринкитинк.
— Позвольте мне развлечь вас как-то иначе. Я могу сплясать или спеть песню.
— Правда? — усмехнулась королева.
— Ну ладно, спой песню, только веселую. Хотя ты, кажется, не в самом веселом настроении?
— Нет, нет, ваше величество! Я весел, я очень весел! — поспешно возразил Ринкитинк, пытаясь любой ценой избежать щекотки. Но на его полной, румяной физиономии был написан такой неподдельный ужас, что в сочетании с жаркими уверениями в веселости это создавало комический эффект.
— Тогда пой! — распорядилась королева, получавшая от всего этого огромное удовольствие.
Ринкитинк с облегчением вздохнул и прокашлялся. Он подавил подступавшие к горлу рыдания и запел, сначала тихо, потом все громче и громче.
В зоопарке тигренок жил в просторной клетке, На него любовались папы, мамы и детки, И любой, кто туда приходил, Говорил, как он кроток и мил-мил-мил!
Наш тигренок совсем как котенок!
Его по головке гладили и бросали кости, Но в один прекрасный день увидели гости, Что сидит в клетке злобный зверь-зверь-зверь И пытается выломать дверь-дверь-дверь!
Тигр клетку сломал, на людей зарычал, А потом в лес густой убежал.
И промолвил тогда ребенок:
Наш тигренок совсем не котенок!
— Ну, и какая в песне мораль? — осведомилась королева, когда Ринкитинк с воодушевлением допел последнюю строчку.
— Если в ней и есть мораль, то такая: поосторожней с тиграми, — отвечал Ринкитинк.
Инга не смог сдержать улыбки при таком удачном ответе, но Кор нахмурилась и злобно покосилась на Ринкитинка.
— Кажется, я понимаю, кто тигр, а кто комнатная собачка, — процедила она сквозь зубы.
— Но все равно спасибо за напоминание.
Она хоть и гордилась своей победой над пришельцами, но в глубине души все же побаивалась — а вдруг они все еще обладают волшебными силами.
Лес, в котором угольщик Никобоб жил с женой и дочкой, раскинулся между городом Регосом и горами.
Велико же было изумление короля Госа и его воинства, когда они увидели, что грозный принц Пингареи стал пленником женщины. Большие трусы, они окружили пленников, вовсю издеваясь над ними. Они даже собирались хорошенько поколотить их, но королева крикнула:
— Руки прочь! Это мои пленники, а не ваши!
— И что же ты собираешься с ними сделать, Кор? — осведомился Гос.
— Мальчишку оставлю при себе — пусть развлекает меня в часы досуга. Смотри, какой он хорошенький и симпатичный, хотя и до смерти напугал вас, великих вояк.
Король выслушал эти речи, насупившись, — насмешки выводили его из себя, но он ничего не сказал. В тот же день он и его люди восстановили лодочный мост и вернулись на Регос. Они устроили буйный пир и великое гулянье во дворце и в городе. Но бедные горожане совсем не радовались, что юный принц, успевший завоевать их расположение своей добротой, оказался в плену у своих врагов и больше не мог ими править.
Когда незваные гости убрались восвояси, королева приказала доставить к ней Ингу и Ринкитинка и развязать их. Они были страшно опечалены таким поворотом событий — от жестокой хозяйки не приходилось ждать добра. Инга успел, правда, посоветоваться с белой жемчужиной, которая велела ему мужаться и терпеть и пообещала, что в скором времени все переменится к лучшему. Эти слова несколько утешили Ингу, и потому он смог глядеть в глаза королеве Кор гордо и смело.
— Ну что, юноша, — весело начала королева, довольная своим успехом, — ты неплохо подшутил над моим бедным мужем и до смерти напугал его. Но я готова простить тебе эту шалость. Я назначаю тебя моим пажом, и ты всегда должен быть готов оказывать мне любые услуги. И мой тебе совет: постарайся слушаться и выполнять все мои капризы беспрекословно. Когда мне перечат, я сержусь и делаюсь очень противной. А в таких случаях кого-то ожидает порка. Ты меня понял?
Инга поклонился, но промолчал. Тогда она обратилась к Ринкитинку:
— Что касается тебя, я еще не решила, как с тобой поступить. Ты слишком толст и неповоротлив, чтобы работать в поле. Но, может, я буду использовать тебя в качестве подушки для булавок.
— Что? — в ужасе вскричал Ринкитинк.
— Неужели вы намерены втыкать булавки и иголки в повелителя Гилгода?
— А почему бы и нет? — удивилась королева.
— Ты толстый, как подушка, и когда мне понадобится иголочка или булавочка, я кликну тебя.
— Она громко засмеялась своей жутковатой шутке и спросила: — А щекотки ты боишься?
Щекотки Ринкитинк боялся как огня. Он простонал и покачал головой.
— Я с удовольствием пощекотала бы тебе пятки пером, — продолжала неумолимая королева.
— А ну-ка сними башмаки.
— Ваше величество! — простонал бедняга Ринкитинк.
— Позвольте мне развлечь вас как-то иначе. Я могу сплясать или спеть песню.
— Правда? — усмехнулась королева.
— Ну ладно, спой песню, только веселую. Хотя ты, кажется, не в самом веселом настроении?
— Нет, нет, ваше величество! Я весел, я очень весел! — поспешно возразил Ринкитинк, пытаясь любой ценой избежать щекотки. Но на его полной, румяной физиономии был написан такой неподдельный ужас, что в сочетании с жаркими уверениями в веселости это создавало комический эффект.
— Тогда пой! — распорядилась королева, получавшая от всего этого огромное удовольствие.
Ринкитинк с облегчением вздохнул и прокашлялся. Он подавил подступавшие к горлу рыдания и запел, сначала тихо, потом все громче и громче.
В зоопарке тигренок жил в просторной клетке, На него любовались папы, мамы и детки, И любой, кто туда приходил, Говорил, как он кроток и мил-мил-мил!
Наш тигренок совсем как котенок!
Его по головке гладили и бросали кости, Но в один прекрасный день увидели гости, Что сидит в клетке злобный зверь-зверь-зверь И пытается выломать дверь-дверь-дверь!
Тигр клетку сломал, на людей зарычал, А потом в лес густой убежал.
И промолвил тогда ребенок:
Наш тигренок совсем не котенок!
— Ну, и какая в песне мораль? — осведомилась королева, когда Ринкитинк с воодушевлением допел последнюю строчку.
— Если в ней и есть мораль, то такая: поосторожней с тиграми, — отвечал Ринкитинк.
Инга не смог сдержать улыбки при таком удачном ответе, но Кор нахмурилась и злобно покосилась на Ринкитинка.
— Кажется, я понимаю, кто тигр, а кто комнатная собачка, — процедила она сквозь зубы.
— Но все равно спасибо за напоминание.
Она хоть и гордилась своей победой над пришельцами, но в глубине души все же побаивалась — а вдруг они все еще обладают волшебными силами.
Лес, в котором угольщик Никобоб жил с женой и дочкой, раскинулся между городом Регосом и горами.
Страница 25 из 47
