1 В маленькой шведской деревушке Вестменхег жил когда-то мальчик по имени Нильс. С виду — мальчик как мальчик.
Добавить в моё избранное
207 мин, 3 сек 18510
Тогда Нильс расхрабрился. По ящикам, сваленным у стены, он взобрался на стойку и обеими руками схватил кинжал. Схватить-то схватил, а удержать не смог. С глухим звоном кинжал упал на пол.
Нильс весь похолодел. Он хотел укрыться за ящиками, но было уже поздно. Купец оглянулся на стук и, с грохотом отшвырнув кресло, бросился к Нильсу.
Бежать было некуда. Нильс сжал в кармане ножичек — единственное свое оружие — и приготовился защищаться.
Но купец вовсе не собирался нападать. Он смотрел на Нильса добрыми глазами и быстро-быстро говорил на каком-то непонятном языке. По всему было видно, что он даже рад Нильсу.
Он торопливо срывал со стены мечи, щиты, кинжалы и, низко кланяясь Нильсу, — то ли от услужливости, то ли оттого, что Нильс был очень уж мал, — выкладывал перед ним свои сокровища.
Одним рывком он выхватывал из ножен шпаги и сабли, долго размахивал ими перед самым носом перепуганного Нильса, а потом, припав на правую ногу, делал вдруг смелый выпад и насквозь протыкал невидимого врага.
Он надевал на себя разные шлемы и, присев перед Нильсом на корточки, вертел головой, чтобы Нильс мог рассмотреть хорошенько и узорчатый гребень, и забрало, и пышные перья.
А под конец он даже вырвал из своей бороды волосок и, подбросив его, перерубил в воздухе огромным мечом.
От всех этих упражнений в лавке стоял свист и лязг, а на стенах, на потолке, на прилавке прыгали и плясали лунные зайчики.
В это время из других лавок тоже прибежали купцы. Они тащили с собой все, что было у них самого лучшего: пеструю парчу, ковры, ожерелья, кубки, связки сапог.
Они сваливали все это около Нильса и, показывая друг другу на часы, торопливо бежали за новыми товарами.
«Куда это они так торопятся? И почему все смотрят на часы?» — подумал Нильс и сам посмотрел на часы.
С тех пор как он вошел в город, стрелка уже обежала почти полный круг.
«Пора мне возвращаться, — спохватился Нильс, — а то гуси проснутся, искать меня будут».
Но не так-то легко было уйти от назойливых купцов.
— У меня же денег нет! Понимаете, нет денег, — пытался он объяснить купцам.
Но те ничего не понимали.
Они умоляюще смотрели на Нильса и поднимали почему-то один палец. А хозяин оружейной лавки вытащил из кассы маленькую монетку и тыкал пальцем то на нее, то на груду добра, сваленного около Нильса, точно хотел сказать, что все это он отдаст за одну маленькую монетку!
«Вот чудаки! — подумал Нильс.»
— Тут мешком золота не расплатиться, а они одну только монетку спрашивают… Да ведь у меня есть монетка! — обрадовался он и стал шарить у себя в карманах.
— Где же она? Ах ты, досада какая! Ведь она на берегу осталась«.»
— Подождите минутку! — крикнул Нильс и, юркнув между ворохом материй, ковров и еще чего-то, пустился бежать по улице, через площадь, за ворота… Он сразу нашел свою монетку. Она лежала на прежнем месте, у самой стены. Нильс схватил ее и, крепко зажав в кулаке, бросился назад к воротам… Но ворот уже не было. И стены не было. И города не было.
Перед ним по-прежнему лежало спокойное море, и тихие волны едва слышно шуршали о прибрежные камни.
Нильс не знал, что и думать.
— Ну, это уж совсем не дело — то есть город, то нет города. Ничего не поймешь!
И вдруг за спиной его раздался крик:
— Вот он где! Здесь он!
Нильс обернулся. Из-за выступа скалы показался Мартин, а за ним вся стая Акки Кебнекайсе. Мартин был очень зол.
— Ты куда же это убежал? — шипел он.
— Дождешься, что тебя опять кто-нибудь утащит. Прямо хоть привязывай тебя по ночам… Ну, чего ты здесь не видел?
— Ты лучше спроси, что я здесь видел, — сказал Нильс.
— Ну а что видел? — буркнул Мартин.
— Город видел, с башнями, с красивыми домами. А народу там сколько! И все ходят в бархате и в шелках — один наряднее другого… А лавки какие там богатые! Таких товаров у нас даже на ярмарке новогодней не увидишь. И все прямо за бесценок идет. Сказать, так не поверишь. Я вот за одну эту монетку всю лавку чуть не купил — со стойкой и даже с купцом.
И Нильс показал Мартину маленькую серебряную монетку.
— Так что же ты не купил? Не сторговался, что ли? — насмешливо спросил Мартин.
— Какое там не сторговался! — воскликнул Нильс.
— От купцов отбою не было. Да я, как назло, монетку обронил. А пока бегал искал — город точно под воду провалился. Вот досада-то!
Тут Мартин и все гуси не выдержали и дружно загоготали.
— Что вы смеетесь? — чуть не заплакал от обиды Нильс.
— Я ведь не вру, я в самом деле был в этом городе, Я все могу рассказать, — какие там дома, какие улицы… Но гуси не слушали его и дружно гоготали.
— Замолчите! — раздался вдруг голос Акки Кебнекайсе.
— Мальчик говорит правду.
Нильс весь похолодел. Он хотел укрыться за ящиками, но было уже поздно. Купец оглянулся на стук и, с грохотом отшвырнув кресло, бросился к Нильсу.
Бежать было некуда. Нильс сжал в кармане ножичек — единственное свое оружие — и приготовился защищаться.
Но купец вовсе не собирался нападать. Он смотрел на Нильса добрыми глазами и быстро-быстро говорил на каком-то непонятном языке. По всему было видно, что он даже рад Нильсу.
Он торопливо срывал со стены мечи, щиты, кинжалы и, низко кланяясь Нильсу, — то ли от услужливости, то ли оттого, что Нильс был очень уж мал, — выкладывал перед ним свои сокровища.
Одним рывком он выхватывал из ножен шпаги и сабли, долго размахивал ими перед самым носом перепуганного Нильса, а потом, припав на правую ногу, делал вдруг смелый выпад и насквозь протыкал невидимого врага.
Он надевал на себя разные шлемы и, присев перед Нильсом на корточки, вертел головой, чтобы Нильс мог рассмотреть хорошенько и узорчатый гребень, и забрало, и пышные перья.
А под конец он даже вырвал из своей бороды волосок и, подбросив его, перерубил в воздухе огромным мечом.
От всех этих упражнений в лавке стоял свист и лязг, а на стенах, на потолке, на прилавке прыгали и плясали лунные зайчики.
В это время из других лавок тоже прибежали купцы. Они тащили с собой все, что было у них самого лучшего: пеструю парчу, ковры, ожерелья, кубки, связки сапог.
Они сваливали все это около Нильса и, показывая друг другу на часы, торопливо бежали за новыми товарами.
«Куда это они так торопятся? И почему все смотрят на часы?» — подумал Нильс и сам посмотрел на часы.
С тех пор как он вошел в город, стрелка уже обежала почти полный круг.
«Пора мне возвращаться, — спохватился Нильс, — а то гуси проснутся, искать меня будут».
Но не так-то легко было уйти от назойливых купцов.
— У меня же денег нет! Понимаете, нет денег, — пытался он объяснить купцам.
Но те ничего не понимали.
Они умоляюще смотрели на Нильса и поднимали почему-то один палец. А хозяин оружейной лавки вытащил из кассы маленькую монетку и тыкал пальцем то на нее, то на груду добра, сваленного около Нильса, точно хотел сказать, что все это он отдаст за одну маленькую монетку!
«Вот чудаки! — подумал Нильс.»
— Тут мешком золота не расплатиться, а они одну только монетку спрашивают… Да ведь у меня есть монетка! — обрадовался он и стал шарить у себя в карманах.
— Где же она? Ах ты, досада какая! Ведь она на берегу осталась«.»
— Подождите минутку! — крикнул Нильс и, юркнув между ворохом материй, ковров и еще чего-то, пустился бежать по улице, через площадь, за ворота… Он сразу нашел свою монетку. Она лежала на прежнем месте, у самой стены. Нильс схватил ее и, крепко зажав в кулаке, бросился назад к воротам… Но ворот уже не было. И стены не было. И города не было.
Перед ним по-прежнему лежало спокойное море, и тихие волны едва слышно шуршали о прибрежные камни.
Нильс не знал, что и думать.
— Ну, это уж совсем не дело — то есть город, то нет города. Ничего не поймешь!
И вдруг за спиной его раздался крик:
— Вот он где! Здесь он!
Нильс обернулся. Из-за выступа скалы показался Мартин, а за ним вся стая Акки Кебнекайсе. Мартин был очень зол.
— Ты куда же это убежал? — шипел он.
— Дождешься, что тебя опять кто-нибудь утащит. Прямо хоть привязывай тебя по ночам… Ну, чего ты здесь не видел?
— Ты лучше спроси, что я здесь видел, — сказал Нильс.
— Ну а что видел? — буркнул Мартин.
— Город видел, с башнями, с красивыми домами. А народу там сколько! И все ходят в бархате и в шелках — один наряднее другого… А лавки какие там богатые! Таких товаров у нас даже на ярмарке новогодней не увидишь. И все прямо за бесценок идет. Сказать, так не поверишь. Я вот за одну эту монетку всю лавку чуть не купил — со стойкой и даже с купцом.
И Нильс показал Мартину маленькую серебряную монетку.
— Так что же ты не купил? Не сторговался, что ли? — насмешливо спросил Мартин.
— Какое там не сторговался! — воскликнул Нильс.
— От купцов отбою не было. Да я, как назло, монетку обронил. А пока бегал искал — город точно под воду провалился. Вот досада-то!
Тут Мартин и все гуси не выдержали и дружно загоготали.
— Что вы смеетесь? — чуть не заплакал от обиды Нильс.
— Я ведь не вру, я в самом деле был в этом городе, Я все могу рассказать, — какие там дома, какие улицы… Но гуси не слушали его и дружно гоготали.
— Замолчите! — раздался вдруг голос Акки Кебнекайсе.
— Мальчик говорит правду.
Страница 35 из 57
