Златохвостый-Серебряногривый

А Кыдрас уже успел в ветхую одежонку переодеться. Выходит встречать, будто он здесь лесником служит. Те в избушку заходят, рассказывают, что им столетнюю сову добыть надобно и целительную ее косточку доставить заболевшему царю. Кыдрас говорит:

— Да вон на гвозде тушка совиная висит, только даром не отдам.

Они рады.

— Что хочешь проси, на все согласны!

— Ладно. Отдам вам косточку за ремень со спины одного из вас.

— Как это за ремень?— спрашивают те.

— А вот так, — отвечает Кыдрас, и вмиг вырезал из спины старшего зятя полосу кожи, которой на чересседельник хватило бы, и тут же смазал рану совиным жиром.

— А теперь берите, что искали. Вот вам левая косточка.

— А сам правую подает.

Поехали старшие зятья обрадованные удачей. А Кыдрас переоделся, сел на своего Златохвостого-серебряногривого и потихоньку следом отправился. Целебная левая совиная косточка в котомке его лежит. Перед городом отпустил коня, пересел на чесоточную клячу и во дворец приехал. До его приезда старшие царские зятья успели накормить больного мясом правой совиной косточки. От этого тому хуже стало. Тогда младшая царевна отварила левую косточку, что муж привез, и царю подала. Тот не берет, отказывается:

— Порядочные зятья помочь не смогли, а уж коли съем то, что твой бедняк добыл, вовсе помру.

Долго младшая дочь упрашивала отца. Согласился тот наконец. Съел совиное мясо на этой косточке. Лучше ему стало. Но еще не совсем выздоровел.

На другой день велела знахарка добыть в дремучем лесу другую сову, которая сто семь лет прожила. Царь опять любимых зятьев туда отправил, чтобы привезли они, как наказала гадалка, левую совиную косточку Поехал за ними следом на чесоточной кляче и Кыдрас Весь день в лесных дебрях искали старшие зятья стосемилетнюю сову, но не нашли. Возвращаются они домой с пустыми руками, глядят, избушка стоит. Вошли, а там лесник (не узнанный ими, переодетый Кыдрас) сидит, сову ощипывает. Спрашивают:

— Ты что делаешь?

— Да вот.

— говорит, — стосемилетнюю сову добыл. Ее и ощипываю. Ох, и стара же!

— Она-то нам и нужна! За левую косточку ее ребра что хочешь проси, все отдадим.

— Мне денег не нужно. Давайте я одному из вас на синие клеймо прижгу — и косточка ваша.

Куда деваться — согласились. Прижег Кыдрас на спине второго зятя клеймо своим раскаленным кольцам и отдал косточку. Только вместо левой — правую. Зятья, довольные, уехали.

Когда Кыдрас домой вернулся, царя уже той косточкой покормили. Он совсем занемог. Но вот отварила младшая царевна левую косточку стосемилетней совы, что муж привез. Отцу подает.

Царь и глядеть на нее не хочет. Долго уговаривала его дочь, чтобы отведал целебного снадобья. Уговорила наконец. Царь обглодал эту косточку и окончательно исцелился.

Хоть Кыдрас и спас царя, но нет ему доброго слова от тестя. Только попреки да насмешки слышит. Лопнуло у него терпение и говорит жене:

— Все! Ухожу! На три месяца. Собери еды па дорогу. Затопила жена печь, приготовила еды. И покинул на другой день Кыдрас дом. Пешком пошел.

Вышел за город, достал три волоска, что Златохвостый-серебряногривый ему оставил, и свистнул. Предстал пред ним конь. И отправился Кыдрас верхом в далекий край.

Три месяца миновало. И вот подъезжает он ко дворцу царя-тестя в неузнаваемом виде: с наклеенной бородой и усами, в царском облачении на чудесном златохвостом-серебряногривом коне. Сразу народ сбежался: отродясь такого батыра-красавца и такого коня никто не видывал. Сам царь к воротам выбежал. Кыдрас говорит:

— Открывай ворота! Я по делу к тебе.

Струхнул царь, не открыл ворота. Во дворец убежал.

— Ладно, — говорит Кыдрас, — не открывай. Я и так во дворец попаду.

— Тотчас перелетел на коне через дворцовую стену. Явился к царю:

— Я по делу к тебе. Я тоже царь, как видишь. В прошлом году два моих солдата сбежали. Слышал я будто у тебя они скрываются.

— У меня чужих солдат нет.

— В том-то и дело, что есть.

— Солдат он и есть солдат. Как их различишь? У них же нет опознавательных знаков на теле и клейм.

— На моих — есть. У одного на спине кожа срезана на ремень, которого для чересседельника хватило б; другой каленым перстнем мечен.

— Зря приехал, — отвечает царь.

— Нет у меня таких людей.

— Тогда давай так решим. Если они во дворце не отыщутся, суди меня со всей строгостью, а если найду их, тебе и им не сдобровать.

Выстроил царь своих солдат. Вдвоем всех осмотрели: не нашли меченых. Спрашивает Кыдрас:

— А нет ли где еще мужчин?

— Есть. Два моих зятя. Был еще третий, да уехал куда-то, до сих пор не вернулся.

— Зови своих зятьев!

Привели их. Глянули, у старшего со спины полоса кожи срезана.

— Так!