Мастер пропадал где-то и в последующие дни. В его отсутствие мельница стояла. Подмастерья то валялись на нарах, то жались к теплой печке. Ели мало, разговаривали неохотно. На постели Тонды, чистая, аккуратно сложенная, лежала одежда — брюки, рубашка, куртка, пояс, передник, сверху шапка. Юро принес вещи под вечер первого новогоднего дня. Парни старались не смотреть в ту сторону.
Добавить в моё избранное
51 мин, 39 сек 18419
Не ошибешься!
Незнакомец с усмешкой оглядел Крабата.
— Делай как говорю, брат! Отведи меня!
Крабат почувствовал силу, исходящую от незнакомца. Она-то и заставила его подняться.
Мельник сидел в своей комнате за столом. Он недовольно взглянул на незнакомца, вошедшего с Крабатом. Но тому хоть бы что!
— Мир дому сему! — сказал он, приподняв шляпу.
— Приветствую тебя, Мастер, и прошу оказать гостеприимство, согласно уставу гильдии. Мне нужен ночлег на одну ночь.
Но Мастер ответил в своей обычной манере и указал на дверь. Однако такое обхождение не смутило незнакомца.
— Насчет собак оставь при себе, я знаю, что у тебя их нет. Разрешаешь?
С этими словами незнакомец преспокойно уселся по другую сторону стола.
Крабат ничего не понимал. Как это Мастер позволяет такое? Он бы должен вскочить, вытолкать чужака взашей… Почему же он этого не делает?
Безмолвно сидели эти двое по обе стороны стола, сверлили друг друга взглядом.
Где-то вдалеке раздались первые раскаты грома, глухо, едва различимо.
В дверях появился Ханцо, за ним Михал, Мертен и остальные. Теперь все были в сборе. Как они потом говорили, каждый почувствовал желание увидеть Мастера. Это и привело их сюда.
Гроза приближалась. Порыв ветра захлопнул окна. Сверкнула молния.
Незнакомец вытянул губы и вдруг… плюнул на стол. Тут же на этом месте, откуда ни возьмись, появилась красная мышка.
— Ну-ка, Мастер, теперь ты, если сумеешь!
Мастер выплюнул черную мышь, одноглазую, как и он сам. Мыши обнюхали друг друга, стали гоняться по столу, норовя укусить друг друга за хвост: красная — черную, черная — красную. Вот-вот черная, изловчившись, цапнет противницу! Незнакомец тут же прищелкнул пальцами.
Там, где только что сидела, пригнувшись, красная мышь, появился красный кот, готовый к прыжку. Мгновенно черная мышь обернулась котом, черным и одноглазым. Шипя, со вздыбленной шерстью, двинулись они друг на друга. Прыжок! Прыжок!
Красный кот все время норовит попасть когтистой лапой в единственный глаз черного. Еще немного, и выцарапает.
На этот раз прищелкнул пальцами Мастер. На месте черного кота возник черный бойцовый петух. Хлопая крыльями, вытянув шею, двинулся на красного кота, обратил его в бегство… Тут уж незнакомец щелкнул пальцами.
Два петуха, черный и красный, со взъерошенными перьями, стояли теперь на столе, изготовившись к бою.
А гроза разбушевалась не на шутку. Но никто не обращает внимания на непогоду. Все пристально следят за поединком. Яростно хлопая крыльями, петухи наскакивают друг на друга, пускают в ход клювы, когти, шпоры. Град ударов сыплется то на одного, то на другого. Резкие, пронзительные крики наполнили комнату.
Наконец красному удалось вскочить на спину черного. С остервенением вцепившись когтями, долбит он клювом противника, летят перья… Черный обратился в бегство. Красный кинулся следом, гоняет его по мельнице, преследует по дороге в Козельбрух.
В последний раз молния сверкнула над мельницей. Громовой раскат рассыпался мелкой дробью. И… тишина! Лишь шум дождя за окном.
— Ты проиграл поединок! — проговорил незнакомец.
— Неси-ка сюда еду, да не забудь вина! Давай побыстрей! Я голоден.
Мастер, бледный как мел, поднялся со своего кресла, отправился на кухню. Сам принес хлеб, ветчину, корейку, сыр, огурцы, маринованный лук. Достал из погреба жбан красного вина.
— Кисловато! — сказал, отхлебнув, незнакомец.
— Налей-ка из маленькой бочки, что стоит справа в углу. Ты хранишь ее для особых случаев, сегодня как раз такой!
Скрепя сердце Мастер повиновался. Он побежден и должен выполнять приказ!
Гость принялся за еду. Подмастерья молча за ним наблюдали. Они стояли как завороженные, не в силах отвести взгляд.
Наконец путник отодвинул тарелку и вытер рот рукавом.
— Ну вот я и сыт. Что ж, вкусная еда! Ваше здоровье, братья! Он поднял бокал, подмигнул подмастерьям.
— А ты, Мастер, запомни наперед. Сперва погляди, кто перед тобой, а уж потом прогоняй! Это говорю тебе я, Пумпхут!
С этими словами он поднялся, взял тесак, перекинул через плечо узелок, вышел из Черной комнаты, распахнул двери мельницы и пошел своей дорогой.
Крабат с парнями потянулись за ним. Мастер остался в одиночестве.
Гроза кончилась. Над Козельбрухом вновь засияло солнце. Пахло свежестью.
Пумпхут шел не оглядываясь. По мокрым лугам, к лесу. Шел легко, весело насвистывая. На солнце сверкала золотая серьга.
— Я ведь вам говорил! — усмехнулся Андруш.
— С ним шутки плохи. Хорошо бы сразу догадаться, что это он! Да никто почемуто не догадывается! А уж потом-то поздно.
Три дня и три ночи Мастер не покидал Черной комнаты. Подмастерья ходили на цыпочках.
Незнакомец с усмешкой оглядел Крабата.
— Делай как говорю, брат! Отведи меня!
Крабат почувствовал силу, исходящую от незнакомца. Она-то и заставила его подняться.
Мельник сидел в своей комнате за столом. Он недовольно взглянул на незнакомца, вошедшего с Крабатом. Но тому хоть бы что!
— Мир дому сему! — сказал он, приподняв шляпу.
— Приветствую тебя, Мастер, и прошу оказать гостеприимство, согласно уставу гильдии. Мне нужен ночлег на одну ночь.
Но Мастер ответил в своей обычной манере и указал на дверь. Однако такое обхождение не смутило незнакомца.
— Насчет собак оставь при себе, я знаю, что у тебя их нет. Разрешаешь?
С этими словами незнакомец преспокойно уселся по другую сторону стола.
Крабат ничего не понимал. Как это Мастер позволяет такое? Он бы должен вскочить, вытолкать чужака взашей… Почему же он этого не делает?
Безмолвно сидели эти двое по обе стороны стола, сверлили друг друга взглядом.
Где-то вдалеке раздались первые раскаты грома, глухо, едва различимо.
В дверях появился Ханцо, за ним Михал, Мертен и остальные. Теперь все были в сборе. Как они потом говорили, каждый почувствовал желание увидеть Мастера. Это и привело их сюда.
Гроза приближалась. Порыв ветра захлопнул окна. Сверкнула молния.
Незнакомец вытянул губы и вдруг… плюнул на стол. Тут же на этом месте, откуда ни возьмись, появилась красная мышка.
— Ну-ка, Мастер, теперь ты, если сумеешь!
Мастер выплюнул черную мышь, одноглазую, как и он сам. Мыши обнюхали друг друга, стали гоняться по столу, норовя укусить друг друга за хвост: красная — черную, черная — красную. Вот-вот черная, изловчившись, цапнет противницу! Незнакомец тут же прищелкнул пальцами.
Там, где только что сидела, пригнувшись, красная мышь, появился красный кот, готовый к прыжку. Мгновенно черная мышь обернулась котом, черным и одноглазым. Шипя, со вздыбленной шерстью, двинулись они друг на друга. Прыжок! Прыжок!
Красный кот все время норовит попасть когтистой лапой в единственный глаз черного. Еще немного, и выцарапает.
На этот раз прищелкнул пальцами Мастер. На месте черного кота возник черный бойцовый петух. Хлопая крыльями, вытянув шею, двинулся на красного кота, обратил его в бегство… Тут уж незнакомец щелкнул пальцами.
Два петуха, черный и красный, со взъерошенными перьями, стояли теперь на столе, изготовившись к бою.
А гроза разбушевалась не на шутку. Но никто не обращает внимания на непогоду. Все пристально следят за поединком. Яростно хлопая крыльями, петухи наскакивают друг на друга, пускают в ход клювы, когти, шпоры. Град ударов сыплется то на одного, то на другого. Резкие, пронзительные крики наполнили комнату.
Наконец красному удалось вскочить на спину черного. С остервенением вцепившись когтями, долбит он клювом противника, летят перья… Черный обратился в бегство. Красный кинулся следом, гоняет его по мельнице, преследует по дороге в Козельбрух.
В последний раз молния сверкнула над мельницей. Громовой раскат рассыпался мелкой дробью. И… тишина! Лишь шум дождя за окном.
— Ты проиграл поединок! — проговорил незнакомец.
— Неси-ка сюда еду, да не забудь вина! Давай побыстрей! Я голоден.
Мастер, бледный как мел, поднялся со своего кресла, отправился на кухню. Сам принес хлеб, ветчину, корейку, сыр, огурцы, маринованный лук. Достал из погреба жбан красного вина.
— Кисловато! — сказал, отхлебнув, незнакомец.
— Налей-ка из маленькой бочки, что стоит справа в углу. Ты хранишь ее для особых случаев, сегодня как раз такой!
Скрепя сердце Мастер повиновался. Он побежден и должен выполнять приказ!
Гость принялся за еду. Подмастерья молча за ним наблюдали. Они стояли как завороженные, не в силах отвести взгляд.
Наконец путник отодвинул тарелку и вытер рот рукавом.
— Ну вот я и сыт. Что ж, вкусная еда! Ваше здоровье, братья! Он поднял бокал, подмигнул подмастерьям.
— А ты, Мастер, запомни наперед. Сперва погляди, кто перед тобой, а уж потом прогоняй! Это говорю тебе я, Пумпхут!
С этими словами он поднялся, взял тесак, перекинул через плечо узелок, вышел из Черной комнаты, распахнул двери мельницы и пошел своей дорогой.
Крабат с парнями потянулись за ним. Мастер остался в одиночестве.
Гроза кончилась. Над Козельбрухом вновь засияло солнце. Пахло свежестью.
Пумпхут шел не оглядываясь. По мокрым лугам, к лесу. Шел легко, весело насвистывая. На солнце сверкала золотая серьга.
— Я ведь вам говорил! — усмехнулся Андруш.
— С ним шутки плохи. Хорошо бы сразу догадаться, что это он! Да никто почемуто не догадывается! А уж потом-то поздно.
Три дня и три ночи Мастер не покидал Черной комнаты. Подмастерья ходили на цыпочках.
Страница 13 из 15
