Так вот издавна рассказывается. Тундровые люди западной стороны с нашим береговым и тундровым народом обмен вели. А если обмен не получался, то воевали.
Добавить в моё избранное
7 мин, 53 сек 4119
Воспитатель попросил:
— Только не обижайся на меня!
Согласился юноша.
Посреди полога вверху была привязана занавеска. Около этой занавески юноша сел. Старик лук свой натянул, держа вторую стрелу промеж пальцев. Натянув лук, выстрелил в юношу. Но тот вмиг отскочил, а стрела вонзилась в то место, где он сидел. Вторую стрелу вложив, старик снова выстрелил, но юноша быстрее стрелы снова в сторону прыгнул. а стрела вонзилась в место, где он сидел.
Тогда воспитатель его сказал:
— Уходи поскорее, возвращайся к своим!
Маленькую ручную нарту нагрузили старыми запасными торбозами и дорожной едой, хорошо приготовили в путь юношу. Воспитатель шипы ножные заставил воспитанника с собою взять и проверил все его дорожное снаряжение. Когда кончили приготовление, воспитатель сказал:
— Отсюда пойдешь навстречу юго-восточному ветру. Через некоторое время достигнешь долины. Посреди этой долины растет одно дерево. Ветви этого дерева — на, самой вершине. Ты сильный и ловкий. Взберись на вершину этого дерева и в ветвях его выспись хорошенько. Как только проснешься, отправляйся точно в северо-восточную сторону. Будешь идти, — настанет осень, реки и озера замерзнут. А дальше поступай, как твой ум подскажет.
На рассвете ушел юноша из селения, где вырос. Через несколько дней в долине увидел дерево. В ветвях этого дерева переночевал, затем дальше пошел.
Когда юноша шел, поступал так, как учил его воспитатель. Однажды в пути он увидел озеро. Посреди этого озера был маленький островок. По гладкому озерному льду юноша к островку пошел, в это время повалил снег и подул северо-восточный ветер. Тогда он решил переночевать. Преследователи настигли его, когда он еще спал. Когда спал, услышал крики, вызывающие на бой:
— Ира! Ира! Ира!
Вскакивая, подумал: Неужели ира? Быстро прикрепил шипы к подошвам торбозов и встал. Аркан к древку копья своего крепко привязал и с островка на чистый лед вышел. Преследующие кольцом сжимать его стали. Подошли на расстояние выстрела и начали пускать множество стрел в юношу. Но он так ловко и быстро увертывался, что ни одна стрела не задела его. Наоборот, стрелы, скользя по льду, ранили ноги тех, кто находился по другую сторону круга. Многие воины оказались с простреленными пятками и щиколотками, так как подошвы их обуви были сшиты из шкурок с оленьих ног. На ногах преследователей не было шипов, на льду было, скользко, и они беспрестанно ранили друг друга. Однако, наступая, совсем приблизились, сжали со всех сторон юношу. Тут, укрепившись шипами на льду, начал он махать вокруг себя арканом с привязанным на конце копьем. Острие копья одного за другим разило противников. Не выдержали они, побежали, оставив раненых и убитых. Но убежать не могли, лед был скользкий, и без ножных шипов люди ползли на четвереньках. Юноша подбегал к ползущим по льду людям и закалывал их копьем. Только двоих людей оставил, чтобы по возвращении рассказали своим о поражении.
У противников с собою было стадо оленей, много оленьих упряжек и яранга с тремя женщинами. Запряг юноша двум пленникам по три оленя в упряжку, чтобы по пути с голоду не умерли, и отправил их в стан противника. А табун оленей и ярангу с тремя женщинами с собою забрал.
Теперь он стал еще могущественнее. Трем пленницам приказал гнать оленей в сторону, где родился. По пути часто останавливал табун и выходил один разведать, нет ли поблизости врагов. Если не было опасности, останавливался на ночлег. Так с караваном и табуном приблизился он к цепи гор. Взобравшись на высокую гору, внизу увидел большое селение. Вернулся к каравану и сказал женщинам:
— На этом месте остановитесь, ярангу поставьте, оленей здесь пасите, а я пойду разведать, кто живет в этом селении.
В этом месте переночевали, а утром юноша пошел один в селение. Подходя, увидел у крайней яранги старика. Старик теслом дерево строгал. Когда юноша подошел, старик посмотрел на него и, увидев вражескую одежду, сказал:
— О, что за человек ты? Наверное, вражеский человек ты? Как же быть нам, так внезапно настиг ты нас! Юноша сказал:
— Нет, говорят, что я здешний человек. Старик возразил:
— Но почему же одежда твоя вражеская? Мы не носим такой одежды.
И снова юноша сказал:
— Нет, нет, люди этой стороны, увидя, что их побеждают, стали убегать от своих врагов. Убегая, меня привязали на задки нарты. Когда олени сильно бежали, отец мой не заметил, как выронил с нарты ребенка. Так и уехал вперед. Говорят, когда обернулся, заметил, что нет ребенка, сказал:
— Теперь уже поздно возвращаться! Тем потерянным ребенком был я. Вражеский воин подобрал меня и воспитал вместо сына.
Здешний старик в этом юноше сына своего признал. Это он обронил ребенка много лет назад. Признав сына, жену позвал. Та спросила:
— Кто же ты такой? Юноша ответил:
— Не знаю о себе ничего.
— Только не обижайся на меня!
Согласился юноша.
Посреди полога вверху была привязана занавеска. Около этой занавески юноша сел. Старик лук свой натянул, держа вторую стрелу промеж пальцев. Натянув лук, выстрелил в юношу. Но тот вмиг отскочил, а стрела вонзилась в то место, где он сидел. Вторую стрелу вложив, старик снова выстрелил, но юноша быстрее стрелы снова в сторону прыгнул. а стрела вонзилась в место, где он сидел.
Тогда воспитатель его сказал:
— Уходи поскорее, возвращайся к своим!
Маленькую ручную нарту нагрузили старыми запасными торбозами и дорожной едой, хорошо приготовили в путь юношу. Воспитатель шипы ножные заставил воспитанника с собою взять и проверил все его дорожное снаряжение. Когда кончили приготовление, воспитатель сказал:
— Отсюда пойдешь навстречу юго-восточному ветру. Через некоторое время достигнешь долины. Посреди этой долины растет одно дерево. Ветви этого дерева — на, самой вершине. Ты сильный и ловкий. Взберись на вершину этого дерева и в ветвях его выспись хорошенько. Как только проснешься, отправляйся точно в северо-восточную сторону. Будешь идти, — настанет осень, реки и озера замерзнут. А дальше поступай, как твой ум подскажет.
На рассвете ушел юноша из селения, где вырос. Через несколько дней в долине увидел дерево. В ветвях этого дерева переночевал, затем дальше пошел.
Когда юноша шел, поступал так, как учил его воспитатель. Однажды в пути он увидел озеро. Посреди этого озера был маленький островок. По гладкому озерному льду юноша к островку пошел, в это время повалил снег и подул северо-восточный ветер. Тогда он решил переночевать. Преследователи настигли его, когда он еще спал. Когда спал, услышал крики, вызывающие на бой:
— Ира! Ира! Ира!
Вскакивая, подумал: Неужели ира? Быстро прикрепил шипы к подошвам торбозов и встал. Аркан к древку копья своего крепко привязал и с островка на чистый лед вышел. Преследующие кольцом сжимать его стали. Подошли на расстояние выстрела и начали пускать множество стрел в юношу. Но он так ловко и быстро увертывался, что ни одна стрела не задела его. Наоборот, стрелы, скользя по льду, ранили ноги тех, кто находился по другую сторону круга. Многие воины оказались с простреленными пятками и щиколотками, так как подошвы их обуви были сшиты из шкурок с оленьих ног. На ногах преследователей не было шипов, на льду было, скользко, и они беспрестанно ранили друг друга. Однако, наступая, совсем приблизились, сжали со всех сторон юношу. Тут, укрепившись шипами на льду, начал он махать вокруг себя арканом с привязанным на конце копьем. Острие копья одного за другим разило противников. Не выдержали они, побежали, оставив раненых и убитых. Но убежать не могли, лед был скользкий, и без ножных шипов люди ползли на четвереньках. Юноша подбегал к ползущим по льду людям и закалывал их копьем. Только двоих людей оставил, чтобы по возвращении рассказали своим о поражении.
У противников с собою было стадо оленей, много оленьих упряжек и яранга с тремя женщинами. Запряг юноша двум пленникам по три оленя в упряжку, чтобы по пути с голоду не умерли, и отправил их в стан противника. А табун оленей и ярангу с тремя женщинами с собою забрал.
Теперь он стал еще могущественнее. Трем пленницам приказал гнать оленей в сторону, где родился. По пути часто останавливал табун и выходил один разведать, нет ли поблизости врагов. Если не было опасности, останавливался на ночлег. Так с караваном и табуном приблизился он к цепи гор. Взобравшись на высокую гору, внизу увидел большое селение. Вернулся к каравану и сказал женщинам:
— На этом месте остановитесь, ярангу поставьте, оленей здесь пасите, а я пойду разведать, кто живет в этом селении.
В этом месте переночевали, а утром юноша пошел один в селение. Подходя, увидел у крайней яранги старика. Старик теслом дерево строгал. Когда юноша подошел, старик посмотрел на него и, увидев вражескую одежду, сказал:
— О, что за человек ты? Наверное, вражеский человек ты? Как же быть нам, так внезапно настиг ты нас! Юноша сказал:
— Нет, говорят, что я здешний человек. Старик возразил:
— Но почему же одежда твоя вражеская? Мы не носим такой одежды.
И снова юноша сказал:
— Нет, нет, люди этой стороны, увидя, что их побеждают, стали убегать от своих врагов. Убегая, меня привязали на задки нарты. Когда олени сильно бежали, отец мой не заметил, как выронил с нарты ребенка. Так и уехал вперед. Говорят, когда обернулся, заметил, что нет ребенка, сказал:
— Теперь уже поздно возвращаться! Тем потерянным ребенком был я. Вражеский воин подобрал меня и воспитал вместо сына.
Здешний старик в этом юноше сына своего признал. Это он обронил ребенка много лет назад. Признав сына, жену позвал. Та спросила:
— Кто же ты такой? Юноша ответил:
— Не знаю о себе ничего.
Страница 2 из 3
