О Вайде — богатом барине, его жене Руже-красавице и о том, что было с ними и до них

Нам с тобой и часок посидеть приятно.

Полюбили царские дочери цыгана, да заикнуться о том батюшке своему не смеют. Где это видано, чтобы царским дочерям да за простого цыгана замуж идти?

Оформили на коня царский указ, записали лошадиную родословную, чтобы никто этого коня у цыгана не отобрал, и отпустили подобру-поздорову.

Пристегнул Вайда к своему царскому коню отцовского серого, а сам думает: «А ведь уведут у меня диковинного коня, не посмотрят на царские документы, из зависти уведут. Дай-ка я его перекрашу!» Как подумал, так и сделал. И стал диковинный конь по виду похожим на клячу дохлую. Поехал Вайда на базар, продал отцовского серого и поехал к себе домой.

Уже полдороги проехал он, как повстречался ему цыганский табор. У самой реки, на лужайке, шатры стоят. Подъезжает Вайда к самому богатому шатру, видит: старуха-цыганка сидит возле него. Решил Вайда не открываться, что он — цыган.

— Здравствуйте, — сказал Вайда.

— Здравствуй, молодец, — ответила ему старуха, — здравствуй, большой барин. Вижу, хочешь судьбу испытать. Эй, Ружа, иди сюда. Барин большой приехал, погадать хочет.

Приоткинулся полог шатра, и вышла Ружа. Как увидел Вайда ее, чуть с седла не слетел. Такой красавицы он в жизни не встречал. Стала Ружа ему гадать, деньги с него брать. Сколько ни просит — он дает. Заходит Ружа в шатер к брату и говорит:

— Братец мой, богатый барин попался, сколько денег ни прошу — не торгуется, сразу дает. А брат ей отвечает:

— Слушай, Ружа, не бери ты с него много денег, а возьми для меня его рубаху парчовую, уж больно хороша она. Больно уж хочется мне в ней походить, покрасоваться.

Снова стала гадать Ружа, а когда Вайда начал ей деньги давать, принялась она просить его:

— Не надо мне денег твоих, большой барин, подари мне лучше рубаху свою парчовую для брата. Молчит Вайда да знай себе деньги кладет. Снова прибежала Ружа к брату, а тот на своем стоит:

— Не бери денег, сестрица, как хочешь, а рубаху парчовую с него возьми.

Только села Ружа в третий раз гадать Вайде, как тот говорит ей по-цыгански:

— Не гадать я к тебе приехал, Ружа-красавица, а, узнав о красоте твоей, приехал свататься.

— Не отдаст меня тебе брат мой. Уже много цыган приезжало, да все без толку. Видно, судьба моя век одной вековать.

— Ты не печалься, Ружица, скажи только: любишь меня пли нет?

Ничего не сказала Ружа, только лицо у нее раскраснелось да глаза разгорелись.

— Согласна ли ты бежать со мной?

— Что ты, Вайдушка, не уйти нам от брата, снарядит он погоню и убьет и тебя и меня. Есть у моего брата конь один — еще никто этого коня перескакать не мог. И нам от него не уехать.

— А какой масти конь?

— Вороной. Брат мой на нем в город на бега выезжает, на бегах скачет. Многие люди там собираются: богачи из богачей с рысаками заморскими. Но никто еще не смог моего брата обскакать.

— Слушай, Ружа, что я скажу тебе, я сейчас пойду к твоему брату и вызову его на поединок. Если он победит меня, то я его коня откуплю, хоть десять цен он за него запросит, но если мой конь первым придет, то ты встань у круга, а я тебя на седло схвачу и увезу.

Согласилась Ружа. Полюбила она Вайду всем сердцем своим и готова была с ним ехать хоть на край света.

Одно только тревожило ее душу: боялась она, как бы брат не отомстил Вайде за нее. Пошла Ружа к брату, позвала его:

— Иди, братец, барин сам тебя кличет, дело у него к тебе, говорит.

Вышел брат к Вайде:

— Здравствуй, гость наш, что хотел ты? — Прослышал я, что богатые лошади есть у вас, богатые да знаменитые.

— Есть у меня лошадки, верно люди говорят.

— А не продашь ли ты мне какую-нибудь? Но только такую, чтобы смог я на ней все призы на скачках забрать… — Можно и такую, — сказал брат Ружи и вывел красивую гнедую лошадь.

— Смотри какая красавица!

— Нет, друг дорогой, — покачал головой Вайда.

— Таких кляч мне не надобно.

— Хорошо, возьми тогда другую, — недовольно поморщился брат и вывел серую лошадь. Какая это была лошадь!

Не лошадь, а загляденье: стройная, грива до колен, волнами спадает, не бежит, а летит над землей.

— Слушай, приятель, ты, я вижу, обмануть меня собрался, — не на шутку рассердился Вайда.

— Таких лошадей ты беднякам предлагай, а мне выводи дорогую, чтобы под стать была.

— Дорогую, говоришь, — усмехнулся брат.

— Что ж, есть у меня такая лошадь, да только не хватит у тебя денег, чтобы купить ее.

— Такую мне и пригони.

Выводит брат Ружи вороного коня. Как ударит этот конь копытом — искры летят, как заржет — деревья клонятся.

— Хорош конь, — сказал Вайда.

— Назначай цену, покупаю!

Тут брат Ружи назначил такую цену, за которую можно было целый табун таких лошадей купить.