Темно-бурые пятна крови на полу и стенах. Разбитые окна (привет Уилсону!), на острых осколках стекол следы внутренностей. Постоянно мигающий свет. Шум стучащих о рельсы колес, мерное покачивание. И только они вдвоем. Парочка, которая в любой другой ситуации сошла бы за влюбленную, сейчас была похожа на двух испуганных котят, что сидели, обнявшись, на грязном сиденье.
Добавить в моё избранное
14 мин, 22 сек 1316
Недолго думая Дмитрий присоединился к ним. Когда он присел рядом, ребята даже не обратили на него внимание. Единственные, кто так и не сошел со своего места — это бабушка с ребенком. Сейчас она сидела неподвижно, крепко прижав к себе девочку. Одна рука плотно сжимала тоненькую шею. Ни дите, ни ее бабушка не подавали признаков жизни. Возможно, это был сознательный выбор старухи, а может она убила свою внучку в припадке, от которого скончалась сама. Но в какой-то мере им повезло, ведь они не видели того, что произошло дальше.
Тогда Дмитрий по-настоящему заметил девушку. Она сидела, прижавшись к нему плечом, и лихорадочно дрожала. Несмотря на все происшедшее, ее прическа не растрепалась, а одежда осталась целой и даже опрятной. Пока что она совсем не обращала внимания на Дмитрия, лишь смотрела в конец вагона, туда, где произошла трагедия с лысым.
Крики не стихали. Это ничуть не помогало людям, а лишь порождало лишнюю панику, и так царившую внутри вагона. Кроме того, поезд немного убавил ход, и теперь тварям снаружи все чаще удавалось зацепиться за стены и окна. По потолку постучали когтистые лапы — некоторые существа вовсю разгуливали по крыше поезда. Парочка из них ухватилась за выступы возле двери привлеченная попытками некоторых ошалелых пассажиров выбраться из ловушки. Люди же словно не замечали монстров, неистово барабаня руками по неоткрывающимся створкам. Дмитрий в ужасе закрыл глаза, но тут же их открыл, услышав противный скрежет. Насекомое, размером с крупную свинью, до боли напоминающее богомола, просунуло две передних клешни в щель между раздвижными дверями. Затем с недюжинной силой оно начало их открывать. Его средние лапы пробили стекла и прочно держали тело, не давая ему сорваться. Только теперь группа пытавшихся выйти людей заметила чудовищ, облепивших вагон снаружи. Но было поздно. «Богомолу» удалось самому открыть дверь и орудуя острыми, как лезвия, клешнями он начал косить своих жертв налево и направо упиваясь кровью. Пассажиры, находившиеся на безопасном от двери расстоянии лишь истошно вопили, наблюдая за расправой. Именно тогда Дмитрию пришла мысль, что смерть от удушья или сердечного приступа не так уж и плоха. Все перемешалось в брызгах крови, ошметках человеческого мяса и одежды. Твари поменьше пролезали в разбитые окна, щели и питались недоеденными останками. Одна из них, похожая на большую белую мокрицу подобралась к ноге лежащего на полу Дмитрия.
— Сдохни! — с омерзением крикнул он и с треском раздавил животное.
К нему еще несколько раз подползали пакостные насекомые, не такие большие как богомол и кузнечик, и не такие храбрые. Дмитрий отчаянно отбивался от них ногами, молясь, чтобы к нему не подобрался сам гвоздь программы. И его мольбы были услышаны. Вдоволь наевшись, «богомол» издал мерзкий визг и прыгнул в образованный им дверной проем. Остальные членистоногие помельче, как по команде двинули за ним. Через минуту в вагоне не осталось ни одного монстра.
Влюбленная пара, сидевшая на сиденье рядом с Дмитрием и девушкой, лежала, обнявшись в луже крови. В руках у них виднелось по осколку стекла, а на запястьях — длинные темные разрезы. Они сами выбрали свою смерть. То тут, то там лежали оглоданные тела остальных пассажиров. Но кроме влюбленных и бабушки с внучкой ни одного целого трупа. Практически все окна выбиты, сиденья сломаны, а покрытие пола изрезано когтями и залито уже чернеющей кровью. В других вагонах, по всей видимости, произошло нечто похожее. Не слышно людских криков, не видно движения. Может кто и остался в живых, но Дмитрия это больше не интересовало. Они сидят вдвоем, единственные выжившие пассажиры этого злополучного вагона, и им совсем не радостно. Они знают, что смерть рядом и все закончится очень скоро. Как они умрут? От зубов очередной голодной твари с телом насекомого и лицом человека? От голода и жажды? От самоубийства? Или еще чего-нибудь неизвестного, находящегося впереди? Дмитрий вздохнул и крепче обнял девушку. Их затянувшаяся поездка скоро закончится. Очень скоро.
«Данная станция является конечной. Пожалуйста, освободите вагоны».
Сколько раз он уже слышал эту фразу? Машинист посмотрел в зеркало, висевшее над тоннелем. Двери открылись, но к его великому удивлению из поезда никто не вышел. «Странно, — подумал машинист.»
— Ведь я отлично помню, как тот полный мужик еле успел зайти в один из средних вагонов«.»
Работник метрополитена, совершив обход вдоль всех вагонов, дал машинисту знак, что людей нет.
«Мистика какая-то», — подумал машинист и нажал на кнопку. Больше он про этот случай не вспоминал. Двери закрылись, и поезд уехал из станции.
Тогда Дмитрий по-настоящему заметил девушку. Она сидела, прижавшись к нему плечом, и лихорадочно дрожала. Несмотря на все происшедшее, ее прическа не растрепалась, а одежда осталась целой и даже опрятной. Пока что она совсем не обращала внимания на Дмитрия, лишь смотрела в конец вагона, туда, где произошла трагедия с лысым.
Крики не стихали. Это ничуть не помогало людям, а лишь порождало лишнюю панику, и так царившую внутри вагона. Кроме того, поезд немного убавил ход, и теперь тварям снаружи все чаще удавалось зацепиться за стены и окна. По потолку постучали когтистые лапы — некоторые существа вовсю разгуливали по крыше поезда. Парочка из них ухватилась за выступы возле двери привлеченная попытками некоторых ошалелых пассажиров выбраться из ловушки. Люди же словно не замечали монстров, неистово барабаня руками по неоткрывающимся створкам. Дмитрий в ужасе закрыл глаза, но тут же их открыл, услышав противный скрежет. Насекомое, размером с крупную свинью, до боли напоминающее богомола, просунуло две передних клешни в щель между раздвижными дверями. Затем с недюжинной силой оно начало их открывать. Его средние лапы пробили стекла и прочно держали тело, не давая ему сорваться. Только теперь группа пытавшихся выйти людей заметила чудовищ, облепивших вагон снаружи. Но было поздно. «Богомолу» удалось самому открыть дверь и орудуя острыми, как лезвия, клешнями он начал косить своих жертв налево и направо упиваясь кровью. Пассажиры, находившиеся на безопасном от двери расстоянии лишь истошно вопили, наблюдая за расправой. Именно тогда Дмитрию пришла мысль, что смерть от удушья или сердечного приступа не так уж и плоха. Все перемешалось в брызгах крови, ошметках человеческого мяса и одежды. Твари поменьше пролезали в разбитые окна, щели и питались недоеденными останками. Одна из них, похожая на большую белую мокрицу подобралась к ноге лежащего на полу Дмитрия.
— Сдохни! — с омерзением крикнул он и с треском раздавил животное.
К нему еще несколько раз подползали пакостные насекомые, не такие большие как богомол и кузнечик, и не такие храбрые. Дмитрий отчаянно отбивался от них ногами, молясь, чтобы к нему не подобрался сам гвоздь программы. И его мольбы были услышаны. Вдоволь наевшись, «богомол» издал мерзкий визг и прыгнул в образованный им дверной проем. Остальные членистоногие помельче, как по команде двинули за ним. Через минуту в вагоне не осталось ни одного монстра.
Влюбленная пара, сидевшая на сиденье рядом с Дмитрием и девушкой, лежала, обнявшись в луже крови. В руках у них виднелось по осколку стекла, а на запястьях — длинные темные разрезы. Они сами выбрали свою смерть. То тут, то там лежали оглоданные тела остальных пассажиров. Но кроме влюбленных и бабушки с внучкой ни одного целого трупа. Практически все окна выбиты, сиденья сломаны, а покрытие пола изрезано когтями и залито уже чернеющей кровью. В других вагонах, по всей видимости, произошло нечто похожее. Не слышно людских криков, не видно движения. Может кто и остался в живых, но Дмитрия это больше не интересовало. Они сидят вдвоем, единственные выжившие пассажиры этого злополучного вагона, и им совсем не радостно. Они знают, что смерть рядом и все закончится очень скоро. Как они умрут? От зубов очередной голодной твари с телом насекомого и лицом человека? От голода и жажды? От самоубийства? Или еще чего-нибудь неизвестного, находящегося впереди? Дмитрий вздохнул и крепче обнял девушку. Их затянувшаяся поездка скоро закончится. Очень скоро.
«Данная станция является конечной. Пожалуйста, освободите вагоны».
Сколько раз он уже слышал эту фразу? Машинист посмотрел в зеркало, висевшее над тоннелем. Двери открылись, но к его великому удивлению из поезда никто не вышел. «Странно, — подумал машинист.»
— Ведь я отлично помню, как тот полный мужик еле успел зайти в один из средних вагонов«.»
Работник метрополитена, совершив обход вдоль всех вагонов, дал машинисту знак, что людей нет.
«Мистика какая-то», — подумал машинист и нажал на кнопку. Больше он про этот случай не вспоминал. Двери закрылись, и поезд уехал из станции.
Страница 4 из 4
