— Они убили нашего брата! — Что-о? — Что слышала! — Бафомет возмущенно шваркнул о стену крылом, аж пепел посыпался.
Добавить в моё избранное
13 мин, 53 сек 4838
Потом задумчиво покачала головой и добавила:
— Знаешь, Варя, есть добро, есть зло. Есть абсолютное зло. Есть зло как добро и добро, что хуже зла. Но самое ужасное — это вот такое тупорылое одноклеточное тупилово, типа замазанное под добро или там еще под какие мумифицированные ценности, которое за добро можно принять только от контузии или с нереального перепою. Нельзя лишать меня моих идеалов — ибо в гневе я страшна, и руки мои длинны и цепки. И никакая идеальная тварь от них не уйдет… Варя всхлипнула:
— Бафометик, как же я без него теперь… Правильно мы этих контузиков вырезали, да?
И Алла ответила:
— Богов нужно лепить по своему образу и подобию. Пойдем, напьемся — может еще от чего осатанеем… Ибо без одержимости — не жизнь, а контуженная тоска.
— Знаешь, Варя, есть добро, есть зло. Есть абсолютное зло. Есть зло как добро и добро, что хуже зла. Но самое ужасное — это вот такое тупорылое одноклеточное тупилово, типа замазанное под добро или там еще под какие мумифицированные ценности, которое за добро можно принять только от контузии или с нереального перепою. Нельзя лишать меня моих идеалов — ибо в гневе я страшна, и руки мои длинны и цепки. И никакая идеальная тварь от них не уйдет… Варя всхлипнула:
— Бафометик, как же я без него теперь… Правильно мы этих контузиков вырезали, да?
И Алла ответила:
— Богов нужно лепить по своему образу и подобию. Пойдем, напьемся — может еще от чего осатанеем… Ибо без одержимости — не жизнь, а контуженная тоска.
Страница 5 из 5
