В то самое утро, когда папа Муми тролля закончил мост через речку, малютка Снифф сделал необычайное открытие: он обнаружил Таинственный путь!
Добавить в моё избранное
114 мин, 6 сек 14537
— Вот и вся история, — сказала крошка малявка и уползла от смущения в мох.
Все так и покатились со смеху, а водяные заколотили хвостами в барабан.
— Сыграй что нибудь, чтобы можно было подсвистывать, — попросил Муми тролль Снусмумрика.
— «Трали вали»? — спросил Снусмумрик.
— Ну ее, она такая грустная, — возразила фрекен Снорк.
— Ничего, сойдет, — сказал Муми тролль.
— Это замечательная песенка со свистом.
Снусмумрик заиграл, и все хором подхватили припев:
Мы кутили, мы гуляли, Мы плясали, трали вали!
Скоро пять.
Одиноко по дорожке Мы бредем, устали ножки Дом искать.
Фрекен Снорк положила голову на плечо Муми троллю и немножко всплакнула.
— Ведь это про нас поется, — всхлипывала она.
— Ведь это у нас такие маленькие усталые ножки, и еще неизвестно, доберемся ли мы до дому!
— Доберемся, — уверенно отвечал Муми тролль.
— Не плачь! Мы придем домой, и мама даст нам обедать и скажет: «Подумать только, вы вернулись живы здоровы!» А мы скажем:«Ты не можешь себе представить, что нам довелось пережить!» — А у меня будет ножной браслет из жемчужин, — прошептала фрекен Снорк и вытерла слезы.
— А одну жемчужину мы оставим тебе на булавку для галстука.
— Ладно, — сказал Муми тролль.
— Хотя я так редко ношу галстук!
А Снусмумрик играл песни, одну за другой, и теперь это были сумеречные колыбельные песни и прощальные, и один за другим мелкие лесные жители и водяные потянулись обратно в лес.
Древесные духи спрятались в своих жилищах, а фрекен Снорк уснула с зеркальцем в лапах.
Наконец песни смолкли, и на лужайке стало тихо. Светлячки погасли, начало медленно медленно светать.
Пятого октября не пели птицы, а солнце светило так слабо, что его едва было видно.
Зато комета над лесом выросла до размеров колеса и была окружена огненным венцом. У Снусмумрика пропала всякая охота играть.
Он шел молча и размышлял. «Таким мрачным я давно уже не бывал, — думал он.»
— Понятно, после большой пирушки всегда бываешь чуточку не в духе, только сейчас это что то другое. Противно, когда в лесу нет никаких звуков, а солнце какое то серое«.»
Другие тоже почти не разговаривали. У Сниффа болела голова, и он все время скулил.
Они шли напрямки к долине, не жалея натруженных танцами ног. Лес постепенно редел, и вот перед ними открылись пустынные песчаные дюны. Мягкие холмы песка и опять песка, да кое где сизовато серые пучки дикого овса.
— Я что то не чую запаха моря, — сказал Муми тролль и потянул носом воздух.
— Уф, как жарко!
— Может, это пустыня? — высказался Снифф.
Брести по рыхлому песку то в горку, то под горку было тяжело, дюны шли одна за другой.
— Смотрите! — воскликнул снорк.
— Вон хатифнатты!
Вдали по дюнам двигались маленькие вечные странники, устремив к горизонту застывшие взгляды.
— Они идут на восток, — сказал Снорк.
— Не лучше ли последовать за ними? Ведь они по себе чувствуют, куда надо.
— Нет, нам надо на запад, — сказал Муми тролль.
— Долина там.
— Как хочется пить! — хныкал Снифф. Ему никто не отвечал.
Усталые и унылые потащились они дальше. Мало помалу дюны становились все ниже. Вот путешественники пересекли пояс морских водорослей, мерцавших в красном свете кометы. Вот они прошли по мелкой гальке и… — Боже мой! — сказал Муми тролль.
Они стояли рядком друг возле друга и смотрели. Там, где должно было быть море — море с мягкими синими волнами и бегущими по нему парусами, — там зияла теперь громадная пропасть. Где то на огромной глубине клокотало, оттуда поднимался горячий пар и странные едкие запахи. Прямо под ногами берег срывался вниз, в пропасти с острыми краями, и дна их не было видно.
— Муми тролль, — слабым голосом сказала фрекен Снорк.
— Неужели море высохло?
— А рыбы как же? — прошептал Снифф.
Снорк достал свою тетрадь и принялся что то быстро строчить.
А Снусмумрик сел, подпер голову лапами и запричитал.
— Ах, прекрасное море! Нет его! Пропало! Не ходить нам больше под парусами, не купаться, не ловить больших щук! Нет больше яростных бурь, нет прозрачных льдов, нет мерцающей ночной воды, в которой отражаются звезды!
Он уткнулся головой в колени и не хотел больше глядеть на белый свет.
— Но ведь нам надо на ту сторону, — сказал Снорк.
— Обойти эту пропасть до послезавтра мы не успеем!
Все молчали.
— Давайте проведем собрание, — продолжал Снорк.
— Назначаю себя председателем. Какие у нас есть возможности?
— Перелететь, — сказал Снифф, — Не валяй дурака, — сказал Снорк.
— Предложение отвергается единогласно. Кто дальше?
Все так и покатились со смеху, а водяные заколотили хвостами в барабан.
— Сыграй что нибудь, чтобы можно было подсвистывать, — попросил Муми тролль Снусмумрика.
— «Трали вали»? — спросил Снусмумрик.
— Ну ее, она такая грустная, — возразила фрекен Снорк.
— Ничего, сойдет, — сказал Муми тролль.
— Это замечательная песенка со свистом.
Снусмумрик заиграл, и все хором подхватили припев:
Мы кутили, мы гуляли, Мы плясали, трали вали!
Скоро пять.
Одиноко по дорожке Мы бредем, устали ножки Дом искать.
Фрекен Снорк положила голову на плечо Муми троллю и немножко всплакнула.
— Ведь это про нас поется, — всхлипывала она.
— Ведь это у нас такие маленькие усталые ножки, и еще неизвестно, доберемся ли мы до дому!
— Доберемся, — уверенно отвечал Муми тролль.
— Не плачь! Мы придем домой, и мама даст нам обедать и скажет: «Подумать только, вы вернулись живы здоровы!» А мы скажем:«Ты не можешь себе представить, что нам довелось пережить!» — А у меня будет ножной браслет из жемчужин, — прошептала фрекен Снорк и вытерла слезы.
— А одну жемчужину мы оставим тебе на булавку для галстука.
— Ладно, — сказал Муми тролль.
— Хотя я так редко ношу галстук!
А Снусмумрик играл песни, одну за другой, и теперь это были сумеречные колыбельные песни и прощальные, и один за другим мелкие лесные жители и водяные потянулись обратно в лес.
Древесные духи спрятались в своих жилищах, а фрекен Снорк уснула с зеркальцем в лапах.
Наконец песни смолкли, и на лужайке стало тихо. Светлячки погасли, начало медленно медленно светать.
Пятого октября не пели птицы, а солнце светило так слабо, что его едва было видно.
Зато комета над лесом выросла до размеров колеса и была окружена огненным венцом. У Снусмумрика пропала всякая охота играть.
Он шел молча и размышлял. «Таким мрачным я давно уже не бывал, — думал он.»
— Понятно, после большой пирушки всегда бываешь чуточку не в духе, только сейчас это что то другое. Противно, когда в лесу нет никаких звуков, а солнце какое то серое«.»
Другие тоже почти не разговаривали. У Сниффа болела голова, и он все время скулил.
Они шли напрямки к долине, не жалея натруженных танцами ног. Лес постепенно редел, и вот перед ними открылись пустынные песчаные дюны. Мягкие холмы песка и опять песка, да кое где сизовато серые пучки дикого овса.
— Я что то не чую запаха моря, — сказал Муми тролль и потянул носом воздух.
— Уф, как жарко!
— Может, это пустыня? — высказался Снифф.
Брести по рыхлому песку то в горку, то под горку было тяжело, дюны шли одна за другой.
— Смотрите! — воскликнул снорк.
— Вон хатифнатты!
Вдали по дюнам двигались маленькие вечные странники, устремив к горизонту застывшие взгляды.
— Они идут на восток, — сказал Снорк.
— Не лучше ли последовать за ними? Ведь они по себе чувствуют, куда надо.
— Нет, нам надо на запад, — сказал Муми тролль.
— Долина там.
— Как хочется пить! — хныкал Снифф. Ему никто не отвечал.
Усталые и унылые потащились они дальше. Мало помалу дюны становились все ниже. Вот путешественники пересекли пояс морских водорослей, мерцавших в красном свете кометы. Вот они прошли по мелкой гальке и… — Боже мой! — сказал Муми тролль.
Они стояли рядком друг возле друга и смотрели. Там, где должно было быть море — море с мягкими синими волнами и бегущими по нему парусами, — там зияла теперь громадная пропасть. Где то на огромной глубине клокотало, оттуда поднимался горячий пар и странные едкие запахи. Прямо под ногами берег срывался вниз, в пропасти с острыми краями, и дна их не было видно.
— Муми тролль, — слабым голосом сказала фрекен Снорк.
— Неужели море высохло?
— А рыбы как же? — прошептал Снифф.
Снорк достал свою тетрадь и принялся что то быстро строчить.
А Снусмумрик сел, подпер голову лапами и запричитал.
— Ах, прекрасное море! Нет его! Пропало! Не ходить нам больше под парусами, не купаться, не ловить больших щук! Нет больше яростных бурь, нет прозрачных льдов, нет мерцающей ночной воды, в которой отражаются звезды!
Он уткнулся головой в колени и не хотел больше глядеть на белый свет.
— Но ведь нам надо на ту сторону, — сказал Снорк.
— Обойти эту пропасть до послезавтра мы не успеем!
Все молчали.
— Давайте проведем собрание, — продолжал Снорк.
— Назначаю себя председателем. Какие у нас есть возможности?
— Перелететь, — сказал Снифф, — Не валяй дурака, — сказал Снорк.
— Предложение отвергается единогласно. Кто дальше?
Страница 23 из 34
