Всем известно, что люди могут общаться друг с другом на больших расстояниях. Ну, а как насчет городов? Да, именно, самых настоящих больших и маленьких городов. Вы думаете, они не умеют общаться? И все эти здания, памятники, проспекты и бульвары, они неживые? Ошибаетесь.
Добавить в моё избранное
1 мин, 19 сек 5548
Раньше всех из больших городов на земле просыпается Токио. Он расположен на самом дальнем Востоке нашей планеты. Многомиллионный город тихо потягивается со сна, открывает глаза и задумчиво смотрит на нежный солнечный свет, который выплывает из-за горизонта на небо, рассыпаясь по крышам домов и утопая в легком утреннем тумане. Постепенно солнце озаряет весь город, и Токио, освежив свое лицо прохладным воздухом и слегка растормошившись, спокойно принимается за свою дневную работу. Как самый ранний петушок, окинув прозорливым взглядом земные просторы, Токио будит всю округу. Позывные его звонкого голоса летят во все стороны и добираются до других городов. Вот и Москва услышала, проснулась, но еще не встала, решила немного понежиться в постели. А там, следом за ней, другие города пробудились ото сна. Только Лондон долго не просыпается, будто и не слышит голосов соседей, нехотя расставаясь с тишиной раннего утра.
Наконец, все проснулись, приободрились, и началась перекличка.
— Эй, Париж! Как там у тебя погода?
— Да, вроде ничего. Солнечно. И Эйфелева башня хорошо видна!
— Лондон, а ты как, проснулся?
— Да уж, с вами выспишься!
— Посмотри на Биг Бэн, сколько натикало?
— Не так уж много, меньше, чем у тебя.
— А у меня, знаешь, уже целый этаж нового небоскреба выстроили, пока ты спал, — хвастается Токио.
— Это что, у меня новый завод открыли, — перебивает его Пекин.
— А мой золотой кораблик на Адмиралтействе созвал все морские корабли. Вон они идут к причалу, — отзывается Санкт-Петербург.
А Киев, сверкая на солнце старинными золотыми куполами, шелестит листвой своих тенистых приднепровских парков. Он загляделся на детей, вышедших на прогулку вместе с учительницей, которая ведет их сейчас к фуникулеру, чтобы прокатить на необычном «трамвайчике» с Владимирской горки.
Наконец, все проснулись, приободрились, и началась перекличка.
— Эй, Париж! Как там у тебя погода?
— Да, вроде ничего. Солнечно. И Эйфелева башня хорошо видна!
— Лондон, а ты как, проснулся?
— Да уж, с вами выспишься!
— Посмотри на Биг Бэн, сколько натикало?
— Не так уж много, меньше, чем у тебя.
— А у меня, знаешь, уже целый этаж нового небоскреба выстроили, пока ты спал, — хвастается Токио.
— Это что, у меня новый завод открыли, — перебивает его Пекин.
— А мой золотой кораблик на Адмиралтействе созвал все морские корабли. Вон они идут к причалу, — отзывается Санкт-Петербург.
А Киев, сверкая на солнце старинными золотыми куполами, шелестит листвой своих тенистых приднепровских парков. Он загляделся на детей, вышедших на прогулку вместе с учительницей, которая ведет их сейчас к фуникулеру, чтобы прокатить на необычном «трамвайчике» с Владимирской горки.
