— А где масло, дядя Нанди? — спросил Оджо…
193 мин, 38 сек 13269
Вот мы и сажаем его в тюрьму, чтобы он окреп духом и обрел достаточно сил, чтобы противостоять искусу нарушения закона. Доброта делает людей сильными духом и храбрыми — вот мы и относимся по-доброму к нашим арестантам.
— А я-то думал, что с арестантами всегда обращаются грубо в наказание, — сказал после некоторого раздумья Оджо.
— Что ты! — вскричала Толлидигль.
— Провинившийся и так наказан сознанием того, что поступил дурно. Разве ты не раскаиваешься, Оджо, в том, что нарушил закон?
— Я… я такой же, как и все прочие люди… — Если тебя признают виновным, ты, конечно, будешь вынужден как-то искупить вину, — сказала женщина.
— Я не знаю, что сделает с тобой Озма, — впервые в этой стране кто-то нарушил закон. Но знай: она проявит милосердие и справедливость. Жители Изумрудного Города слишком довольны судьбой, чтобы совершать проступки, но ты, наверное, из какого-то дальнего уголка и, толком не зная, какая удивительная у нас правительница, неосторожно нарушил закон.
— Да, — признал Оджо.
— Я прожил всю жизнь в густом дремучем лесу и не видел ни одной живой души, кроме дяди Найди.
— Я так и подумала, — сказала Толлидигль.
— Но хватит разговоров. Давай-ка поиграем в какуюнибудь игру.
Дороти Гейл сидела в одной из своих комнат в королевском дворце. У ее ног, свернувшись клубочком, лежала черная косматая собачка с блестящими глазками. На девочке было белое платье и никаких украшений, если не считать изумрудно-зеленой ленточки для волос. Роскошь, окружавшая эту девочку, ничуть ее не испортила. Когда-то Дороти жила в канзасских степях. Но на роду ей было написано стать путешественницей, и, несколько раз побывав в Стране Оз, она в конце концов осталась в ней навсегда. Ее лучшая подруга Озма так полюбила Дороти, что отвела ей покои в своем дворце. Озма также доставила сюда из Канзаса единственных родственников Дороти — дядю Генри и тетю Эм. Дороти знала почти всех в Стране Оз. Это она нашла Страшилу, Железного Дровосека, Трусливого Льва и Тик-Тока. Хотя она и стала принцессой, но не важничала и оставалась все той же милой и доброй Дороти Гейл из Канзаса.
Дороти читала книгу, когда к ней вошла служанка Джелия Джемм и сообщила, что ее хочет видеть Косматый.
— Пусть приходит, — сказала девочка.
— Но с ним какие-то престранные существа, — заметила Джелия.
— Я таких отроду не видывала.
— Неважно. Пусть приходят все, — сказала Дороти.
Но когда дверь отворилась и в ее комнату вслед за Косматым вошли Лоскутушка, Вузи и Стеклянный Кот, Дороти ошеломленно уставилась на гостей. Особенно поразила ее Лоскутушка: Дороти сперва не могла взять в толк, настоящая ли это девушка, или кукла, или вообще привидение. Тотошка, песик Дороти, подошел к Лоскутушке, обнюхал ее, но тотчас же снова улегся, давая понять, что тау кие создания его совершенно не интересуют.
— Мы не знакомы, — обратилась Дороти к Лоскутушке.
— Расскажи, откуда ты.
— Я? — переспросила та, глядя не на Дороти, а на ее комнату.
— Думаю, что из лоскутного одеяла. А зовут меня Заплатка. Теперь ты знаешь обо мне все.
— Не совсем, — улыбнулась Дороти.
— Расскажи, как тебя оживили.
— То была пара пустяков, — отвечала Заплатка, усаживаясь в кресло и подпрыгивая на его пружинах.
— Марголотте понадобилась служанка, вот она и смастерила меня из старого, ненужного лоскутного одеяла. Набила ватой, пришила две пуговицы вместо глаз, сделала из красного плюша язык, а из бусин — жемчужины-зубы. Кривой Колдун изготовил Оживительный Порошок и посыпал им меня — вот я и ожила. Я — очень разноцветная. Воспитанный и образованный господин по имени Страшила сказал, что я самое красивое существо в Стране Оз. Я ему верю.
— Ты уже познакомилась со Страшилой? — спросила Дороти, слегка оторопев от такого краткого рассказа.
— Да, он прелесть!
— У Страшилы много прекрасных качеств, но ты меня огорчила историей о Кривом Колдуне. Озма будет вне себя от гнева. Опять он взялся за магию. Она же велела ему перестать!
— Он делает это только для семейных нужд, — пояснил Стеклянный Кот, держась на почтительном расстоянии от Тотошки.
— Ой, а тебя я и не заметила! — воскликнула Дороти.
— Ты из стекла?
— Из прозрачного стекла, — отозвался Стеклянный Кот, довольный, что на него обратили внимание. И еще у меня розовые мозги. Ты можешь увидеть, как они работают.
— Правда? Ну так подойди ближе, и я погляжу.
Стеклянный Кот заколебался, опасаясь Тотошки.
— Прогони этого зверя, и я подойду, — наконец сказал он.
— Зверя? Это мой песик Тотошка. Добрее его нет собаки на земле! Он очень много знает, почти столько же, сколько я.
— А почему он ничего не скажет? — спросил Промах.
— Он не умеет говорить. Он не волшебный, а настоящий пес.
— А я-то думал, что с арестантами всегда обращаются грубо в наказание, — сказал после некоторого раздумья Оджо.
— Что ты! — вскричала Толлидигль.
— Провинившийся и так наказан сознанием того, что поступил дурно. Разве ты не раскаиваешься, Оджо, в том, что нарушил закон?
— Я… я такой же, как и все прочие люди… — Если тебя признают виновным, ты, конечно, будешь вынужден как-то искупить вину, — сказала женщина.
— Я не знаю, что сделает с тобой Озма, — впервые в этой стране кто-то нарушил закон. Но знай: она проявит милосердие и справедливость. Жители Изумрудного Города слишком довольны судьбой, чтобы совершать проступки, но ты, наверное, из какого-то дальнего уголка и, толком не зная, какая удивительная у нас правительница, неосторожно нарушил закон.
— Да, — признал Оджо.
— Я прожил всю жизнь в густом дремучем лесу и не видел ни одной живой души, кроме дяди Найди.
— Я так и подумала, — сказала Толлидигль.
— Но хватит разговоров. Давай-ка поиграем в какуюнибудь игру.
Дороти Гейл сидела в одной из своих комнат в королевском дворце. У ее ног, свернувшись клубочком, лежала черная косматая собачка с блестящими глазками. На девочке было белое платье и никаких украшений, если не считать изумрудно-зеленой ленточки для волос. Роскошь, окружавшая эту девочку, ничуть ее не испортила. Когда-то Дороти жила в канзасских степях. Но на роду ей было написано стать путешественницей, и, несколько раз побывав в Стране Оз, она в конце концов осталась в ней навсегда. Ее лучшая подруга Озма так полюбила Дороти, что отвела ей покои в своем дворце. Озма также доставила сюда из Канзаса единственных родственников Дороти — дядю Генри и тетю Эм. Дороти знала почти всех в Стране Оз. Это она нашла Страшилу, Железного Дровосека, Трусливого Льва и Тик-Тока. Хотя она и стала принцессой, но не важничала и оставалась все той же милой и доброй Дороти Гейл из Канзаса.
Дороти читала книгу, когда к ней вошла служанка Джелия Джемм и сообщила, что ее хочет видеть Косматый.
— Пусть приходит, — сказала девочка.
— Но с ним какие-то престранные существа, — заметила Джелия.
— Я таких отроду не видывала.
— Неважно. Пусть приходят все, — сказала Дороти.
Но когда дверь отворилась и в ее комнату вслед за Косматым вошли Лоскутушка, Вузи и Стеклянный Кот, Дороти ошеломленно уставилась на гостей. Особенно поразила ее Лоскутушка: Дороти сперва не могла взять в толк, настоящая ли это девушка, или кукла, или вообще привидение. Тотошка, песик Дороти, подошел к Лоскутушке, обнюхал ее, но тотчас же снова улегся, давая понять, что тау кие создания его совершенно не интересуют.
— Мы не знакомы, — обратилась Дороти к Лоскутушке.
— Расскажи, откуда ты.
— Я? — переспросила та, глядя не на Дороти, а на ее комнату.
— Думаю, что из лоскутного одеяла. А зовут меня Заплатка. Теперь ты знаешь обо мне все.
— Не совсем, — улыбнулась Дороти.
— Расскажи, как тебя оживили.
— То была пара пустяков, — отвечала Заплатка, усаживаясь в кресло и подпрыгивая на его пружинах.
— Марголотте понадобилась служанка, вот она и смастерила меня из старого, ненужного лоскутного одеяла. Набила ватой, пришила две пуговицы вместо глаз, сделала из красного плюша язык, а из бусин — жемчужины-зубы. Кривой Колдун изготовил Оживительный Порошок и посыпал им меня — вот я и ожила. Я — очень разноцветная. Воспитанный и образованный господин по имени Страшила сказал, что я самое красивое существо в Стране Оз. Я ему верю.
— Ты уже познакомилась со Страшилой? — спросила Дороти, слегка оторопев от такого краткого рассказа.
— Да, он прелесть!
— У Страшилы много прекрасных качеств, но ты меня огорчила историей о Кривом Колдуне. Озма будет вне себя от гнева. Опять он взялся за магию. Она же велела ему перестать!
— Он делает это только для семейных нужд, — пояснил Стеклянный Кот, держась на почтительном расстоянии от Тотошки.
— Ой, а тебя я и не заметила! — воскликнула Дороти.
— Ты из стекла?
— Из прозрачного стекла, — отозвался Стеклянный Кот, довольный, что на него обратили внимание. И еще у меня розовые мозги. Ты можешь увидеть, как они работают.
— Правда? Ну так подойди ближе, и я погляжу.
Стеклянный Кот заколебался, опасаясь Тотошки.
— Прогони этого зверя, и я подойду, — наконец сказал он.
— Зверя? Это мой песик Тотошка. Добрее его нет собаки на земле! Он очень много знает, почти столько же, сколько я.
— А почему он ничего не скажет? — спросил Промах.
— Он не умеет говорить. Он не волшебный, а настоящий пес.
Страница 34 из 55