Лоскутушка из Страны Оз (1913 год)

Я-то сам не ем, — пояснил он, — потому что сделан из соломы. Ну что скажешь, дружище Кводлинг?

— Договорились, — сказал тот.

— Я вам помогу, но и вам придется потрудиться. К тому же жена пошла ловить красных угрей, поэтому кому-то из вас придется присмотреть за детьми.

Лоскутушка пообещала ими заняться, и дети очень обрадовались, когда она стала с ними возиться. Понравился им и Тотошка. Он позволил гладить себя по голове, что доставило детям много радости.

У дома лежало несколько деревьев. Кводлинг взял топор, разрубил их на бревна одинаковой длины. Затем он позаимствовал бельевую веревку своей жены, чтобы связать их в плот. Оджо отыскал еще несколько досок и прибил их по краям, чтобы плот получился прочнее. Страшила и Дороти катали бревна и носили доски. Но чтобы сделать плот, понадобилось очень много времени. Его удалось закончить его к вечеру, когда вернулась с рыбалки жена Кводлинга.

Она оказалась вспыльчивой и сердитой особой — возможно, потому, что поймала всего одного угря. Увидев, что муж взял бельевую веревку, а также израсходовал бревна, предназначенные для очага, доски для починки сарая и золотые гвозди, она и вовсе осерчала. Лоскутушка решила хорошенько потрясти ее, чтобы научить обходительности, но Дороти завела с ней спокойный разговор. Она сообщила, что является принцессой Страны Оз и подругой правительницы страны Озмы и по возвращении в Изумрудный Город пришлет много разных вещей взамен тех, что пошли на плот, в том числе и новую бельевую веревку. Это очень обрадовало женщину, и она сменила гнев на милость, предложив путникам переночевать у них и пуститься в плавание наутро.

Они неплохо провели время в домике Кводлинга, наслаждаясь гостеприимством, на которое были способны небогатые хозяева. Кводлинг то и дело стонал и жаловался, что сильно перетрудился, махая топором, но Страшила дал ему еще две Питательные Таблетки, и ленивец успокоился.

Наутро путники столкнули плот в воду и забрались на него. Пока они это делали, Кводлинг крепко держал плот, а течение старалось вырвать его и унести с собой.

Только они крикнули «до свидания» хозяевам, домик Кводлингов почти тотчас же исчез из вида.

Страшила сказал:

— Если мы поплывем с такой скоростью, то быстро окажемся в Стране Мигунов.

Не успели они порадоваться скорости, как плот вдруг замедлил ход, остановился, а потом поплыл обратно.

— Что это? — удивилась Дороти.

Но ее друзья и сами не могли понять, в чем дело. Вскоре, однако, они смекнули, что к чему: течение в этом месте поворачивало вспять и несло плот назад, к горам.

Друзья узнавали места, мимо которых проплыли раньше. Вот показался и домик Кводлинга. Хозяин увидел их и крикнул:

— Как дела? Забыл вам сказать: река эта меняет течение. Она течет то в одну сторону, то в другую.

Ответить они не успели, потому что плот стремительно пронесло мимо дома.

— Нас несет туда, куда нам не надо, — сказала Дороти, — и лучше бы нам выйти на берег, пока не поздно.

Но этого-то как раз было нельзя сделать. Ни весел, ни шеста у них не было. Они оказались во власти мощного течения, а потому сидели и ждали, что будет дальше. Наконец плот замедлил ход, потом остановился и поплыл назад. Вскоре они снова увидели знакомого Кводлинга, который крикнул:

— Привет! Рад вас снова видеть. Похоже, мы теперь будем часто видеться, если вы не спрыгнете с плота и не приплывете к берегу.

К этому времени плот уже снова миновал его домик и несся по направлению к Стране Мигунов.

— Ты плавать умеешь? — спросила Дороти Оджо.

— Нет.

— Я тоже. Тотошка немножко умеет, но от этого нам мало толку.

— Не знаю, умею я плавать или нет, но от воды мои краски поплывут, уж это как пить дать, — сказала Заплатка.

— Моя солома промокнет, и я пойду ко дну, — сообщил Страшила.

Выхода из затруднительного положения не было, и друзья сидели на плоту, не зная, что и предпринять. Оджо, находившийся впереди, заметил в воде больших рыб. Тогда он взял свободный конец веревки, скреплявшей бревна, вынул из кармана золотой гвоздь, сделал из него крючок, насадил кусок хлеба и бросил в воду. Тотчас же на наживку клюнула огромная рыбина и потащила плот вперед еще стремительнее. Рыба сильно испугалась и потому опрометью понеслась по течению. Поскольку она крепко заглотнула крючок, а другой конец веревки был обмотан вокруг бревен, ей пришлось тащить за собой на буксире плот.

Когда рыба-буксир дотащила плот до того места, где течение поворачивало, плот сбросил скорость, но не повернул обратно. Рыба неслась вперед и тащила за собой плот с путешественниками.

— Только бы у нее хватило сил дотащить нас до места, где течение снова поворачивает, — сказал Оджо.

Рыба не подкачала. Она дотащила плот до нового поворота течения и поплыла дальше. Но силы ее шли на убыль.