На острове Зеландия, посреди Драгсхольмского леса, стояла высокая гора. Жил в той горе старый тролль, и наводил он страх на всю округу. И в дневную пору обходили люди это место стороной, а уж в сумерки и вовсе носу туда не казали.
Добавить в моё избранное
16 мин, 52 сек 19302
Ударили они по рукам и сговорились, что явится Кристофер к троллю на закате солнца. Пришел Кристоффер домой и рассказал матери, что нанялся в работники к троллю. Всплеснула вдова руками, заплакала:
— Что ж ты, сынок, натворил! Или не знаешь: кто к троллю попадет, вовек света белого не увидит и к людям не вернется!
А Кристоффер только посмеивается:
— Ничего, матушка! Авось все обойдется!
Собрал он свои вещички в узелок, надел теплую куртку на меху — единственное отцово наследство — да и пошел себе потихоньку в лес. А тролль уж его дожидается.
— Ну, говори, что делать надо? — спрашивает его Кристоффер.
— Пойдем натаскаем воды из ручья. Кирстен сегодня пиво варить будет.
А Кирстен хозяйство у тролля вела. И была она такая грязнущая да лохматая, что страх брал глядеть на нее. Тролль ее молодой девушкой от отца с матерью к себе в услужение забрал и навеки в своей горе заточил. И хоть прошло уж с того времени триста лет, оставалась Кирстен все такой же молодой, потому что те, кто у троллей живут, ни на один день не старятся.
Стал тролль по воду собираться и притащил из горы два большущих ведра.
— Вот и ведра, — говорит он Кристофферу.
— Одно ты возьмешь, а другое я.
А Кристоффер видит, что ему и порожнее-то ведро не поднять, не то что с водой. Он и говорит троллю:
— Много ль в эти ведра воды наберешь? Давай лучше разом весь ручей домой притащим!
— И то дело! — обрадовался тролль.
— Пойду скажу Кирстен.
Отшвырнул он ведро и назад к горе побежал. А потом вернулся и говорит:
— Кирстен не велела весь ручей тащить. Говорит, воды девать некуда будет.
— А я за такой малостью не пойду! — отвечает Кристоффер.
— Я-то думал, у тебя и впрямь стоящее дело для меня найдется!
Сунул он руки в карманы, повернулся и прочь пошел.
Совестно тут стало троллю, что нет у него для Кристоффера работы по плечу. Взял он ведра и поплелся к ручью сам. Принес тролль воды и говорит Кристофферу:
— Пойдем на болото, надо торфу для печи натаскать.
Взяли они по плетеной корзине, а в каждую — человек пять упрятать можно. Еле-еле притащил Кристоффер пустую корзину на болото. А там торфу целые горы. Поглядел на них Кристоффер и говорит троллю:
— Чем такую малость тащить, не лучше ли все болото разом уволочь?
— И то правда! — обрадовался тролль.
— Сбегаю скажу Кирстен.
Потом воротился и говорит:
— Кирстен не велела все болото тащить. Говорит, некуда ей будет столько торфу девать.
— Ну, тогда я и рук марать не стану, — отвечает Кристоффер.
— Я-то думал, у тебя и впрямь стоящее дело для меня найдется.
И опять совестно стало троллю. Набрал он две корзины торфу и сам домой потащил. А Кристоффер руки в карманы заложил и идет себе рядом, посвистывает.
Вернулись они домой, а к тому времени солнце взошло, и тролль спать улегся. Дневного-то света тролли не переносят, и, когда все добрые люди трудятся, они спят.
Кирстен меж тем за прялку села, а Кристоффер рядышком примостился. Спать ему не хотелось — не больно-то он наработался нынче. Вот прядет Кирстен, а волосы ее нечесаные все в прялку лезут. Проведет она рукой по лицу, а на щеках полосы черные остаются. Стал тут Кристоффер над ней насмехаться, а Кирстен рассердилась и говорит:
— Что ты все зубы скалишь? Я-то, было, обрадовалась тебе. Думала, будет с кем словом перемолвиться. Ведь уж триста лет тут ни одной человечьей души не было.
— А ты бы умылась да причесалась, — отвечает ей Кристоффер.
— Вот бы я и не стал над тобой насмехаться.
И тут рассказала ему Кирстен, что тролль уж давно к ней сватается, а она ему сказала, что не даст согласия, покуда не умоется и не причешется. Вот и ходит она теперь нечесаная и чумазая, только бы за тролля замуж не идти.
— Ну, тогда придется тебе потерпеть, покуда я с ним не разделаюсь, — сказал Кристоффер.
К вечеру пробудился тролль и велит Кристофферу с ним в лес по дрова идти.
— А топоры где же? — спрашивает парень.
— Топоры нам ни к чему, — отвечает тролль, — я деревья прямо с корнем из земли вытаскиваю.
— И верно, так-то оно лучше, — говорит Кристоффер.
Пришли они в лес и стали деревья выбирать. Видят — большущее дерево стоит, ствол в три обхвата.
— Вот это подойдет, — говорит тролль. А Кристоффер смеется:
— Этакая лучинка? Ну уж нет, выбирать, так выбирать. Пошли они дальше по лесу и видят другое дерево.
А ствол у него такой, что и шестеро не обхватят. Кристоффер на него и показал: «Вот это возьмем».
— Ты, хозяин, снизу тащи, а я тебе сверху помогать буду, — говорит он троллю.
Обрадовался тролль. «Вот, — думает, — славно! Сразу с двух концов тащить будем.
— Что ж ты, сынок, натворил! Или не знаешь: кто к троллю попадет, вовек света белого не увидит и к людям не вернется!
А Кристоффер только посмеивается:
— Ничего, матушка! Авось все обойдется!
Собрал он свои вещички в узелок, надел теплую куртку на меху — единственное отцово наследство — да и пошел себе потихоньку в лес. А тролль уж его дожидается.
— Ну, говори, что делать надо? — спрашивает его Кристоффер.
— Пойдем натаскаем воды из ручья. Кирстен сегодня пиво варить будет.
А Кирстен хозяйство у тролля вела. И была она такая грязнущая да лохматая, что страх брал глядеть на нее. Тролль ее молодой девушкой от отца с матерью к себе в услужение забрал и навеки в своей горе заточил. И хоть прошло уж с того времени триста лет, оставалась Кирстен все такой же молодой, потому что те, кто у троллей живут, ни на один день не старятся.
Стал тролль по воду собираться и притащил из горы два большущих ведра.
— Вот и ведра, — говорит он Кристофферу.
— Одно ты возьмешь, а другое я.
А Кристоффер видит, что ему и порожнее-то ведро не поднять, не то что с водой. Он и говорит троллю:
— Много ль в эти ведра воды наберешь? Давай лучше разом весь ручей домой притащим!
— И то дело! — обрадовался тролль.
— Пойду скажу Кирстен.
Отшвырнул он ведро и назад к горе побежал. А потом вернулся и говорит:
— Кирстен не велела весь ручей тащить. Говорит, воды девать некуда будет.
— А я за такой малостью не пойду! — отвечает Кристоффер.
— Я-то думал, у тебя и впрямь стоящее дело для меня найдется!
Сунул он руки в карманы, повернулся и прочь пошел.
Совестно тут стало троллю, что нет у него для Кристоффера работы по плечу. Взял он ведра и поплелся к ручью сам. Принес тролль воды и говорит Кристофферу:
— Пойдем на болото, надо торфу для печи натаскать.
Взяли они по плетеной корзине, а в каждую — человек пять упрятать можно. Еле-еле притащил Кристоффер пустую корзину на болото. А там торфу целые горы. Поглядел на них Кристоффер и говорит троллю:
— Чем такую малость тащить, не лучше ли все болото разом уволочь?
— И то правда! — обрадовался тролль.
— Сбегаю скажу Кирстен.
Потом воротился и говорит:
— Кирстен не велела все болото тащить. Говорит, некуда ей будет столько торфу девать.
— Ну, тогда я и рук марать не стану, — отвечает Кристоффер.
— Я-то думал, у тебя и впрямь стоящее дело для меня найдется.
И опять совестно стало троллю. Набрал он две корзины торфу и сам домой потащил. А Кристоффер руки в карманы заложил и идет себе рядом, посвистывает.
Вернулись они домой, а к тому времени солнце взошло, и тролль спать улегся. Дневного-то света тролли не переносят, и, когда все добрые люди трудятся, они спят.
Кирстен меж тем за прялку села, а Кристоффер рядышком примостился. Спать ему не хотелось — не больно-то он наработался нынче. Вот прядет Кирстен, а волосы ее нечесаные все в прялку лезут. Проведет она рукой по лицу, а на щеках полосы черные остаются. Стал тут Кристоффер над ней насмехаться, а Кирстен рассердилась и говорит:
— Что ты все зубы скалишь? Я-то, было, обрадовалась тебе. Думала, будет с кем словом перемолвиться. Ведь уж триста лет тут ни одной человечьей души не было.
— А ты бы умылась да причесалась, — отвечает ей Кристоффер.
— Вот бы я и не стал над тобой насмехаться.
И тут рассказала ему Кирстен, что тролль уж давно к ней сватается, а она ему сказала, что не даст согласия, покуда не умоется и не причешется. Вот и ходит она теперь нечесаная и чумазая, только бы за тролля замуж не идти.
— Ну, тогда придется тебе потерпеть, покуда я с ним не разделаюсь, — сказал Кристоффер.
К вечеру пробудился тролль и велит Кристофферу с ним в лес по дрова идти.
— А топоры где же? — спрашивает парень.
— Топоры нам ни к чему, — отвечает тролль, — я деревья прямо с корнем из земли вытаскиваю.
— И верно, так-то оно лучше, — говорит Кристоффер.
Пришли они в лес и стали деревья выбирать. Видят — большущее дерево стоит, ствол в три обхвата.
— Вот это подойдет, — говорит тролль. А Кристоффер смеется:
— Этакая лучинка? Ну уж нет, выбирать, так выбирать. Пошли они дальше по лесу и видят другое дерево.
А ствол у него такой, что и шестеро не обхватят. Кристоффер на него и показал: «Вот это возьмем».
— Ты, хозяин, снизу тащи, а я тебе сверху помогать буду, — говорит он троллю.
Обрадовался тролль. «Вот, — думает, — славно! Сразу с двух концов тащить будем.
Страница 2 из 5
