Жили-были когда-то царь и царица. Ежели бы не жили, то и сказки бы этой не было. А было это в те годы, когда росли на тополе груши, а на раките — фиалки; когда медведи хвостами дрались; когда волки с ягнятами братались, обнимались-целовались; когда на подкову блохе уходило девяносто девять ок железа (око -мера веса, приблизительно 1,2 кг.) и прыгала блоха в небесную высоту да приносила нам оттуда сказки… Тот врать мастак, кто не поверил мне.
Добавить в моё избранное
14 мин, 27 сек 6040
Не уходи от нас, потому что чуем мы беду неминуемую.
Но сколько ни уговаривали Фэт-Фрумоса и жена, и сестры, и конь, не смогли они унять его тоску по родителям. Вконец иссушила она Фэт-Фрумоса. Наконец конь и говорит:
— Раз не хочешь ты меня послушать, хозяин, то теперь, что бы с тобой ни случилось, пеняй на себя. Я тебя предупредил, а теперь, если согласишься на мое условие, отвезу я тебя обратно.
— Соглашусь, — отвечает Фэт-Фрумос с радостью.
— Говори, какое твое условие.
— Как приедем мы во дворец твоего батюшки, то, если захочешь ты хоть часок там побыть, я тебя дожидаться не стану, а сразу же вернусь назад.
— Ладно, — говорит Фэт-Фрумос.
Приготовился он к отъезду. Обнялся Фэт-Фрумос с женой и сестрами, попрощался с ними и пустился в путь. Остались они одни, опечалились, плачут, убиваются.
Доехал Фэт-Фрумос до того места, где прежде были владения ведьмы Скорпии, а там — города возвышаются. Где прежде леса стояли, там теперь поля расстилаются. Поспрашивали они одного-другого о ведьме и о ее доме, а те им в ответ, что только деды слыхали от прадедов такие небылицы.
— Как же так? — говорит им Фэт-Фрумос.
— Я ведь здесь на днях проезжал.
Рассказал он им все, как было. Только посмеялись люди над Фэт-Фрумосом, словно он бредил или грезил наяву, а он, удрученный, поехал дальше, не заметив даже, что волосы и борода у него за это время поседели.
Доехал Фэт-Фрумос до владений Геоноаи, расспросил о ней и получил такие же ответы.
Никак не мог он понять, как же могло все так сильно перемениться за несколько дней. Еще сильней Фэт-Фрумос опечалился и поехал дальше. Седая борода отросла у него уже до пояса, а ноги под ним подгибались. Достиг наконец Фэт-Фрумос царства своего отца. Здесь тоже — другие люди, другие города, а старые так изменились, что и не узнать.
Наконец доехал он до дворца, где родился. Слез с коня, конь руку ему поцеловал и говорит:
— Прощай, хозяин, я возвращаюсь назад. Коли хочешь ехать со мной, садись в седло и немедля в путь.
— Прощай, — отвечает ему Фэт-Фрумос, — надеюсь, что и я скоро вернусь.
Конь умчался, как вихрь.
Увидел Фэт-Фрумос, что отцовский дворец разрушился и зарос бурьяном. Вздохнул он, глаза его слезами затуманились. Стал он вспоминать, каким был когда-то этот дворец и как прошло здесь его детство. Обошел он дворец два-три раза, осмотрел каждую комнату, каждый уголок, напоминавший ему о прошлом, потом вышел и на конный двор, где коня себе выбрал. Спустился он в погреб, вход в который был завален всяким мусором. Стал Фэт-Фрумос шарить по всем углам, — а борода у него уж до колен доросла, веки приходится приподымать руками, а ноги еле двигаются. Нашел он только сундук ветхий, там в особой коробке хранились прежде драгоценности, — ничего в ней теперь не было. Поднял Фэт-Фрумос крышку коробки, вдруг чей-то слабый голос сказал ему:
— Добро пожаловать, Фэт-Фрумос, если бы ты запоздал еще немножко, пришел бы мне конец.
А это, оказывается, была его Смерть. Совсем она иссохла, так долго пришлось сидеть ей, скрючившись в коробке. Дала она Фэт-Фрумосу пощечину, упал он на землю мертвым и тут же обратился в прах.
А я на коня сел верхом И рассказал вам обо всем.
Но сколько ни уговаривали Фэт-Фрумоса и жена, и сестры, и конь, не смогли они унять его тоску по родителям. Вконец иссушила она Фэт-Фрумоса. Наконец конь и говорит:
— Раз не хочешь ты меня послушать, хозяин, то теперь, что бы с тобой ни случилось, пеняй на себя. Я тебя предупредил, а теперь, если согласишься на мое условие, отвезу я тебя обратно.
— Соглашусь, — отвечает Фэт-Фрумос с радостью.
— Говори, какое твое условие.
— Как приедем мы во дворец твоего батюшки, то, если захочешь ты хоть часок там побыть, я тебя дожидаться не стану, а сразу же вернусь назад.
— Ладно, — говорит Фэт-Фрумос.
Приготовился он к отъезду. Обнялся Фэт-Фрумос с женой и сестрами, попрощался с ними и пустился в путь. Остались они одни, опечалились, плачут, убиваются.
Доехал Фэт-Фрумос до того места, где прежде были владения ведьмы Скорпии, а там — города возвышаются. Где прежде леса стояли, там теперь поля расстилаются. Поспрашивали они одного-другого о ведьме и о ее доме, а те им в ответ, что только деды слыхали от прадедов такие небылицы.
— Как же так? — говорит им Фэт-Фрумос.
— Я ведь здесь на днях проезжал.
Рассказал он им все, как было. Только посмеялись люди над Фэт-Фрумосом, словно он бредил или грезил наяву, а он, удрученный, поехал дальше, не заметив даже, что волосы и борода у него за это время поседели.
Доехал Фэт-Фрумос до владений Геоноаи, расспросил о ней и получил такие же ответы.
Никак не мог он понять, как же могло все так сильно перемениться за несколько дней. Еще сильней Фэт-Фрумос опечалился и поехал дальше. Седая борода отросла у него уже до пояса, а ноги под ним подгибались. Достиг наконец Фэт-Фрумос царства своего отца. Здесь тоже — другие люди, другие города, а старые так изменились, что и не узнать.
Наконец доехал он до дворца, где родился. Слез с коня, конь руку ему поцеловал и говорит:
— Прощай, хозяин, я возвращаюсь назад. Коли хочешь ехать со мной, садись в седло и немедля в путь.
— Прощай, — отвечает ему Фэт-Фрумос, — надеюсь, что и я скоро вернусь.
Конь умчался, как вихрь.
Увидел Фэт-Фрумос, что отцовский дворец разрушился и зарос бурьяном. Вздохнул он, глаза его слезами затуманились. Стал он вспоминать, каким был когда-то этот дворец и как прошло здесь его детство. Обошел он дворец два-три раза, осмотрел каждую комнату, каждый уголок, напоминавший ему о прошлом, потом вышел и на конный двор, где коня себе выбрал. Спустился он в погреб, вход в который был завален всяким мусором. Стал Фэт-Фрумос шарить по всем углам, — а борода у него уж до колен доросла, веки приходится приподымать руками, а ноги еле двигаются. Нашел он только сундук ветхий, там в особой коробке хранились прежде драгоценности, — ничего в ней теперь не было. Поднял Фэт-Фрумос крышку коробки, вдруг чей-то слабый голос сказал ему:
— Добро пожаловать, Фэт-Фрумос, если бы ты запоздал еще немножко, пришел бы мне конец.
А это, оказывается, была его Смерть. Совсем она иссохла, так долго пришлось сидеть ей, скрючившись в коробке. Дала она Фэт-Фрумосу пощечину, упал он на землю мертвым и тут же обратился в прах.
А я на коня сел верхом И рассказал вам обо всем.
Страница 4 из 4
