Анаит

Он лишь опасался, как бы этим поступком сын не настроил против себя надменных князей. Но когда он узнал, что крестьяне рады выбору царевича, что Анаит пользуется у них большой любовью, он сам стал уговаривать царицу дать свое согласие на этот брак… На следующий день родители вызвали Вачагана, сообщили о своем решении, и Вагинака с двумя почтенными князьями, с богатыми дарами послали в Хацик сватать Анаит.

Когда они прибыли в дом пастуха, Аран их радушно приветствовал. Анаит дома не было. Гости расселись в просторной комнате на новом ковре, разостланном Араном, сам он сел рядом с ними.

Этот ковер привлек внимание гостей своими замечательными узорами, яркостью красок и тонкостью исполнения.

— Какой прекрасный ковер, — сказал Вагинак.

— Его, наверное, соткала хозяйка дома.

— Нет у меня жены, она умерла пять лет назад. Этот ковер выткала наша Анаит. Но ей он не нравится, говорит, получилось не то, что хотела. Начала ткать новый, вон он на станке покрыт холстом.

— Даже во дворце нашего царя нет такого украшения, — сказал один из князей и, обратившись к Арану, добавил: — Мы рады, что твоя дочь такая мастерица. Слава о ней дошла до нашего царя. И вот он послал нас к тебе сосватать Анаит. Царь желает, чтобы ты отдал свою дочь за его единственного сына Вачагана — наследника престола.

Сказав это, князь ожидал, что Аран либо не поверит, либо подпрыгнет от радости. Но Аран не сделал ни того, ни другого, а опустил голову и в задумчивости стал водить пальцем по узору на ковре. Из раздумья его вывел Вагинак.

— Почему ты загрустил, Аран? Мы принесли тебе радость, а не печаль Мы насильно не увезем твою дочь. Это зависит лишь от твоей воли: захочешь — отдашь дочь, не захочешь-не отдашь. Нам только нужно, чтобы ты сказал прямо: согласен ты или нет.

— Мои почтенные гости, — ответил Аран.

— Я очень благодарен, что наш владыка царь украшение для своего роскошного дворца хочет взять из бедной хижины своего слуги. Может быть, такого украшения, как вы сказали о ковре, нет в его дворце, но я скажу вам правду: я не волен отдать или не отдать дочь. Вот придет она, спросите ее: если согласится, мне нечего будет сказать.

Как раз во время этого разговора пришла Анаит с корзиной, полной винограда, персиков, груш и яблок. Поклонилась гостям, о приходе которых ей уже дали знать, переложила фрукты на медный поднос, подала им. Сама же подошла к станку, откинула холст и стала ткать начатый ковер. Князья смотрели, как работает Анаит, и были изумлены ловкости ее быстрых пальцев.

— Анаит, почему ты ткешь одна? — спросил Вагинак.

— Я слышал, у тебя много девушек-учениц.

— Да, есть у меня человек двадцать, — ответила Анаит, — но сейчас время сбора фруктов, я отпустила их. Да если б даже они были здесь, я бы не дала им ткать этот ковер. Его должна соткать я одна.

— Слышал, что ты обучаешь своих учениц чтению… — Да, обучаю. Сейчас каждый человек должен уметь читать. На днях снова приезжал старец Месрон и строго наказал, чтобы все научились грамоте, сами могли читать и понимать евангелие. Теперь даже наши пастухи умеют читать, обучают друг друга во время пастьбы. Если сейчас пройтись по нашим лесам, то можно увидеть, как исписана кора на толстых деревьях. Третьего дня на одном дереве я прочла десять стихов из псалмов. Все стены крепостей, все скалы исписаны углем. Один пишет несколько строк из евангелия, а другие продолжают. Вот так наши горы и ущелья заполнились письменами.

— У нас ученье не так распространено, наши люди ленивы, но я надеюсь, что когда мы увезем тебя в наш город, ты наших ленивцев сделаешь усердными и трудолюбивыми. Оставь на минуту свою работу, Анаит, подойди, нам надо с тобой поговорить. Вот, посмотри, что тебе прислал наш царь.

Говоря это, Вагинак раскрыл сверток и достал из него золотые украшения и шелковые наряды.

Анаит этим драгоценностям не удивилась, как невидали, а скромно спросила:

— Можно ли узнать, почему царь оказал мне такую честь?

— Сын нашего царя, Вачаган, видел тебя у родника, ты дала ему напиться, и очень ему понравилась. Теперь царь послал нас, чтобы мы сосватали тебя за его сына. Вот это кольцо, это ожерелье, этот браслет — все для тебя.

— Значит, тот охотник был царевичем?

— Да.

— Он, видно, хороший юноша, но знает ли он какое-либо ремесло?

— Он сын царя, Анаит, зачем ему ремесло? Он властелин всей страны, все жители ее — его слуги.

— Да, это так. Но кто знает, что может случиться в жизни. Сегодняшний хозяин завтра сам может стать слугой, даже если он и был царем. Ремесло должен знать каждый человек, будь то слуга или хозяин, царь или князь.

Услышав эти слова, князья переглянулись. Посмотрели они на Арана и увидели, что он одобряет слова дочери. Затем они спросили Анаит:

— Значит, ты не выйдешь замуж за сына царя только потому, что он не знает ремесла?