Братья Харди — 33. Смерть на кончике биты

— Улыбка исчезла с его лица.

— Вставай! — прошипел он злобно.

— Что это вы здесь делаете? — спросил Фрэнк, поднимаясь.

Сэндлер бросил взгляд в сторону.

— В гости вот заглянули к другу, Зику Хорнеру. Ты ведь нам друг, правда, Зик?

Фрэнк перевел взгляд и увидел Хорнера. Тот сидел на полу возле кровати, связанный, с кляпом во рту.

— В чем дело, Зик? Почему не отвечаешь? — глумился Сэндлер.

— Я зык проглотил? — Он гнусно хихикнул, потом повернулся к Фрэнку.

— А ты, малыш, все таки не удержался, чтобы не вляпаться в это дело? Что ж, придется расплачиваться. Поедешь сейчас с нами… — Куда это еще? — поднял брови Фрэнк.

— На встречу с моим боссом.

— Кеннетом Уиппетом?

Сэндлер посмотрел на Фрэнка.

— А ты, я вижу, неглупый малый. Даже слишком, и это дорого тебе обойдется. Интересно, что тебе еще известно?

— Достаточно.

— Насколько я в курсе дела, слишком много, — сказал Сэндлер.

— Но это пустяки… — Он опять улыбнулся. Надо сказать, это была не очень приятная улыбка.

— Больше ты не будешь доставлять нам беспокойство… Джо в смятении наблюдал, как Дэвид Сэндлер и его усатый помощник заталкивают его брата и Зика Хорнера в кузов видавшего виды, побитого, во вмятинах зеленого фургона. Фургон отъехал от мотеля. Джо завел свою машину и осторожно двинулся следом, соблюдая дистанцию.

— Надеюсь, они ничего не сделают с Фрэнком, пока не доедут до Уиппета, — с тревогой сказал Джо. Потом он окликнул Фила: — Можно усилить звук? Я хочу слышать, что они говорят.

— О`кей, — отозвался Фил.

— Держись, Фрэнк, — стиснув зубы, пробормотал Джо.

— Я еду за тобой.

Фрэнк посмотрел на Зика Хорнера. Тот сосал нижнюю губу и отчаянно потел. Фрэнк видел, что Зик ужасно нервничает. Он был еще связан, но кляп у него вынули, так что дышать ему стало легче.

— Что вы такое натворили, что ваши друзья так взбесились, Хорнер? — спросил Фрэнк.

Тот не ответил. Он лишь попытался изменить положение: видимо, стянутые руки и ноги его совсем онемели.

— Скажи ему, Хорнер, скажи! — вмешался Сэндлер.

— Зачем держать ребенка в неведении? Верно, Макс?

Он повернулся к усатому, который кивнул и добавил:

— Пускай, жить ему все равно осталось недолго.

— А ты нынче разговорчив, Сэндлер, — процедил Хорнер сквозь зубы.

— Дерзишь, Хорнер! Не забудь, у меня пушка.

Хорнер издал какой то звук: то ли вздох, то ли стон.

— Эх, если б у меня руки не были связаны!

— Все равно бы ты ничего не сделал. Ты только болтать горазд!

— Как вы попали в эту мерзкую историю, Хорнер? — снова спросил Фрэнк.

Хорнер рассмеялся.

— Из за денег, как же еще? Все шло отлично. Я был один из лучших в бейсболе, деньги лопатой греб. Носил дорогие вещи. Ужинал в шикарных ресторанах. Делал, что хотел. Но стоило это все дороже и дороже. Бейсбольных денег мне стало не хватать… — И вы начали играть в азартные игры, — сказал Фрэнк.

Хорнер удивленно посмотрел на него.

— Верно. А ты откуда знаешь?

Фрэнк не ответил, и Хорнер воскликнул:

— Ах да, Ноулан! Впрочем, теперь это неважно… — Продолжайте, — потребовал Фрэнк, надеясь, что Фил и Джо следуют за ними достаточно близко, чтобы слышать рассказ Хорнера.

— А что продолжать то? — снова вздохнул Хорнер.

— Однажды я проиграл сразу десять тысяч.

— За один день?

— За один заезд. Мне сказали, что такая то лошадь обязательно должна выиграть. Ставки были — пятьдесят к одному. Дело, казалось, верняк. Вот я на нее и поставил все, что у меня было.

— И что же потом?

— Ее вывели из заезда: на дистанции она сбила другую лошадь. Для меня это была катастрофа. Надо было как то расплачиваться — ведь я проиграл. Пришлось одолжить деньги у ростовщиков. Но возвращал я слишком медленно, и они стали меня подбадривать… — Как это?

— Как уж они умеют. Однажды двое парней подошли ко мне после игры. В руках у них были бейсбольные биты, и они расколошматили мне машину. Проломили дверцы, выбили стекла. Потом заявили, что дают мне двадцать четыре часа, чтобы выплатить всю сумму, иначе в следующий раз они точно так же расколошматят мне голову.

— Почему же вы не пошли в полицию?

— Да не мог я, парень! Я же был профессиональным спортсменом. Если бы стало известно, что я играю на скачках, мне пришлось бы тут же поставить крест на своей карьере!

— И что вы предприняли?

— В ту ночь ко мне в гостиничный номер явился посетитель. Профессиональный игрок на скачках и ростовщик, по имени Кеннет Уиппет. Он сказал, что оплатит все мои долги, если я окажу ему одну услугу.

— Он хотел, чтобы вы свели очередной матч к проигрышу? — подсказал Фрэнк.

— Верно.