Жил на свете бедный сирота, мальчик по имени Андерс. Негде было ему голову приклонить, нечего есть, некуда руки приложить; надумал он отправиться по белу свету, какое ни на есть дело себе приискать.
Добавить в моё избранное
12 мин, 57 сек 301
Сперва спросит у него мой батюшка-колдун:
— Где моя дочка?
А ты стой рядом с королем и отвечай:
— На дне морском! Тогда он спросит:
— А признаешь ты мою дочку?
— Как не признать! — ответишь ты. Пройдут мимо тебя девушки гурьбой — все на одно лицо, волос в волос, голос в голос. Самому тебе меня нипочем среди них не признать. Тогда я подам тебе знак, как стану мимо проходить. Ты хватай меня тогда за руку и держи крепко, не выпускай. Вот и отгадаешь первую загадку колдуна.
А потом спросит колдун:
— Где мое сердце? Выходи вперед и отвечай:
— В рыбьем брюхе!
— А признаешь ты ту рыбу?
— Как не признать! — ответишь ты. Проплывет тут мимо тебя стая рыб — все одна в одну. Самому тебе нипочем ту, что надо, не признать. Но я уж буду держаться поблизости и толкну тебя, когда та рыба мимо поплывет. Хватай сразу рыбу да вспори ей брюхо ножом. Тут колдуну и конец! А мы с тобой никогда больше не расстанемся.
Выслушал Анд ере советы Хельги и обещал ей все исполнить в точности. А как пришло время ему назад плыть, стал он вспоминать те слова, что говаривал, бывало, колдун, когда ворожил. Хельга тех слов не знала, а Андерс их, видно, начисто позабыл.
Бродил он день-деньской, думал-думал — никак вспомнить не может! И ночью ему не спалось, все думал да вспоминал; чуть забылся Андерс на рассвете, его и осенило:
— Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре — випс!
Рыбкой, малый, обернись!
Едва произнес Андерс слова — обернулся рыбкой и — плюх в воду! Кликнул тут колдун Андерса, переплыл тот одним махом море и речку и вот уж у берега ныряет.
А на берегу колдун стоит и свои непонятные слова бормочет:
— Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре — випс! Человеком обернись!
Обернулась рыбка человеком.
— Ну как, доволен службой? — спрашивает колдун.
— По душе тебе рыбкой плавать?
— Еще бы не доволен, — отвечает Андерс.
— Лучше службы на всем свете не сыщешь!
И сказать по правде — душой он не покривил. Полюбилась ему красавица Хельга, по сердцу пришлась жизнь на дне морском.
Показал колдун Андерсу три мешка далеров, что он в тот год заработал. Стояли те мешки рядом с тремя прежними и было теперь у парня всего шесть мешков золота.
— Может, послужишь еще год? — спрашивает колдун.
— Заработаешь еще шесть мешков далеров в придачу. Всего будет у тебя двенадцать. Такое богатство на дороге не валяется!
— Нет! — отвечает Андерс.
— С меня и этих денег хватит. Хочу по другим землям побродить, у других людей послужить, их обычаи поглядеть, ума-разума набраться. Может, когда-то вернусь к тебе назад.
— Приходи, коли вздумаешь! — говорит колдун.
— Ты верно служил мне три года, как уговорились. А удержать тебя не в моей воле!
Взял парень свои шесть мешков далеров и пустился в дорогу, в то самое ближнее королевство, о котором толковала его невеста Хельга.
Зарыл он золото в надежном месте, неподалеку от королевского двора, пошел к королю и попросился на службу. Наняли его конюхом, королевских лошадей холить да чистить.
Вскоре приметил Андерс: затужил-загоревал король. Гложет короля горе, гневается он на всех и про веселье забыл.
Приходит однажды король в конюшню, конюх ему и говорит:
— Дозвольте, ваше величество, спросить, от чего печалитесь? Почему гневаетесь и про веселье забыли?
— Что проку толковать попусту, — отвечает король, — все равно ты от меня беду не отведешь.
— Как знать! — говорит конюх.
— Может, мне и ведомо, какое горе сердце ваше королевское гложет. Может статься, помогу я вам.
Обрадовался король несказанно и стал конюха расспрашивать: что ему делать да как быть.
— Дам я вам, ваше величество, шесть мешков далеров долг ваш колдуну уплатить, да только с уговором: возьмите меня с собой, как пойдете долг платить. А я выряжусь посмешнее, прикинусь королевским шутом и впереди побегу.
Набедокурю я там, напроказничаю. Только вы, ваше величество, не опасайтесь. Беды от того не случится.
— Быть по-твоему! — весело сказал король.
— А теперь самое время в путь.
Пришли они к горе в лесу, а там прежнего жилья колдуна как не бывало. Зато вырос на взгорье хрустальный замок, которого Андерс раньше и не видывал.
Но знал он про хитрости колдуна и вовсе не удивился бы, исчезни неожиданно хрустальный замок, как неожиданно он и появился по велению колдуна.
Подошли они к замку поближе.
Прикинулся Андерс королевским шутом и ну проказничать, ну разные скоморошьи коленца выкидывать: задом наперед ходит, на голове стоит. А потом вдруг хрустальные двери да окна бить начал и все, что под руку попадется, ломать. Беда да и только!
Колдун чуть не задохнулся от злости.
— Где моя дочка?
А ты стой рядом с королем и отвечай:
— На дне морском! Тогда он спросит:
— А признаешь ты мою дочку?
— Как не признать! — ответишь ты. Пройдут мимо тебя девушки гурьбой — все на одно лицо, волос в волос, голос в голос. Самому тебе меня нипочем среди них не признать. Тогда я подам тебе знак, как стану мимо проходить. Ты хватай меня тогда за руку и держи крепко, не выпускай. Вот и отгадаешь первую загадку колдуна.
А потом спросит колдун:
— Где мое сердце? Выходи вперед и отвечай:
— В рыбьем брюхе!
— А признаешь ты ту рыбу?
— Как не признать! — ответишь ты. Проплывет тут мимо тебя стая рыб — все одна в одну. Самому тебе нипочем ту, что надо, не признать. Но я уж буду держаться поблизости и толкну тебя, когда та рыба мимо поплывет. Хватай сразу рыбу да вспори ей брюхо ножом. Тут колдуну и конец! А мы с тобой никогда больше не расстанемся.
Выслушал Анд ере советы Хельги и обещал ей все исполнить в точности. А как пришло время ему назад плыть, стал он вспоминать те слова, что говаривал, бывало, колдун, когда ворожил. Хельга тех слов не знала, а Андерс их, видно, начисто позабыл.
Бродил он день-деньской, думал-думал — никак вспомнить не может! И ночью ему не спалось, все думал да вспоминал; чуть забылся Андерс на рассвете, его и осенило:
— Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре — випс!
Рыбкой, малый, обернись!
Едва произнес Андерс слова — обернулся рыбкой и — плюх в воду! Кликнул тут колдун Андерса, переплыл тот одним махом море и речку и вот уж у берега ныряет.
А на берегу колдун стоит и свои непонятные слова бормочет:
— Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре — випс! Человеком обернись!
Обернулась рыбка человеком.
— Ну как, доволен службой? — спрашивает колдун.
— По душе тебе рыбкой плавать?
— Еще бы не доволен, — отвечает Андерс.
— Лучше службы на всем свете не сыщешь!
И сказать по правде — душой он не покривил. Полюбилась ему красавица Хельга, по сердцу пришлась жизнь на дне морском.
Показал колдун Андерсу три мешка далеров, что он в тот год заработал. Стояли те мешки рядом с тремя прежними и было теперь у парня всего шесть мешков золота.
— Может, послужишь еще год? — спрашивает колдун.
— Заработаешь еще шесть мешков далеров в придачу. Всего будет у тебя двенадцать. Такое богатство на дороге не валяется!
— Нет! — отвечает Андерс.
— С меня и этих денег хватит. Хочу по другим землям побродить, у других людей послужить, их обычаи поглядеть, ума-разума набраться. Может, когда-то вернусь к тебе назад.
— Приходи, коли вздумаешь! — говорит колдун.
— Ты верно служил мне три года, как уговорились. А удержать тебя не в моей воле!
Взял парень свои шесть мешков далеров и пустился в дорогу, в то самое ближнее королевство, о котором толковала его невеста Хельга.
Зарыл он золото в надежном месте, неподалеку от королевского двора, пошел к королю и попросился на службу. Наняли его конюхом, королевских лошадей холить да чистить.
Вскоре приметил Андерс: затужил-загоревал король. Гложет короля горе, гневается он на всех и про веселье забыл.
Приходит однажды король в конюшню, конюх ему и говорит:
— Дозвольте, ваше величество, спросить, от чего печалитесь? Почему гневаетесь и про веселье забыли?
— Что проку толковать попусту, — отвечает король, — все равно ты от меня беду не отведешь.
— Как знать! — говорит конюх.
— Может, мне и ведомо, какое горе сердце ваше королевское гложет. Может статься, помогу я вам.
Обрадовался король несказанно и стал конюха расспрашивать: что ему делать да как быть.
— Дам я вам, ваше величество, шесть мешков далеров долг ваш колдуну уплатить, да только с уговором: возьмите меня с собой, как пойдете долг платить. А я выряжусь посмешнее, прикинусь королевским шутом и впереди побегу.
Набедокурю я там, напроказничаю. Только вы, ваше величество, не опасайтесь. Беды от того не случится.
— Быть по-твоему! — весело сказал король.
— А теперь самое время в путь.
Пришли они к горе в лесу, а там прежнего жилья колдуна как не бывало. Зато вырос на взгорье хрустальный замок, которого Андерс раньше и не видывал.
Но знал он про хитрости колдуна и вовсе не удивился бы, исчезни неожиданно хрустальный замок, как неожиданно он и появился по велению колдуна.
Подошли они к замку поближе.
Прикинулся Андерс королевским шутом и ну проказничать, ну разные скоморошьи коленца выкидывать: задом наперед ходит, на голове стоит. А потом вдруг хрустальные двери да окна бить начал и все, что под руку попадется, ломать. Беда да и только!
Колдун чуть не задохнулся от злости.
Страница 3 из 4
