Светлой памяти А. А. Амчиславской, редактора этой книги, вложившей в нее много сил и души, посвящаю.
Добавить в моё избранное
176 мин, 59 сек 15604
То есть если произведение всем строем своих образов доставляет художественное наслаждение, заставляет волноваться и жить жизнью его героев.
Возьмем, например, «Записки охотника» Тургенева, одно из замечательнейших произведений русской классической литературы. Эта книга позволяет читателю широко узнать русскую жизнь середины прошлого века. При этом читатель как бы сам видит эти живописные сцены жизни, изображенные большим художником слова. Писатель не дает научного исследования своей эпохи, но через художественные образы, мастерски выписанные характеры людей, через их взаимоотношения и окружающую обстановку он раскрывает главнейшие черты жизни, труда, положения народа в те годы.
В то же время своим уважением и сочувствием к простым, трудовым людям, терпящим нужду, унижение, гнет и насилие помещиков и тем не менее не теряющим глубокого человеческого достоинства и поэтической веры в добро, автор вызывает у читателя восхищение этими людьми, сострадание к ним и гнев против их угнетателей. Талантливое произведение писателя, правдиво отразившее жизнь русской деревни, обнажило самую суть крепостничества, наглядно показало чудовищное бесправие, в котором жило крестьянство во времена Тургенева. «Записки охотника» способствовали росту освободительных, демократических настроений в России.
Таким образом, мы видим, что правдивое произведение литературы учит глубже познавать жизнь и вызывает потребность изменить ее на пользу человека.
Чудесные человеческие характеры, проникновенно написанные Тургеневым картины русской природы, необычайная живость народной речи, волнующая поэтичность авторских раздумий — все это доставляет читателю огромное художественное наслаждение, раскрывая перед ним новый, прекрасный мир мыслей и чувств.
Но, уча людей постигать красоту, искусство часто рисует и уродливые стороны жизни. Некоторые люди, не понимающие назначения искусства, склонны видеть в этом проявление плохого вкуса.
Изображение дурных, отталкивающих явлений также входит в задачи искусства. Разве не получаем мы высокого эстетического удовольствия, читая, допустим, в «Мертвых душах» Гоголя страницы о Плюшкине? А уж что может быть безобразнее и страшнее этого чудовищного, потерявшего в скупости человеческий облик старикашки, у которого паук обвил своими тенетами даже маятник безнадежно остановившихся часов? А офорты выдающегося испанского художника конца XVIII — начала XIX века Гойи, обличавшие ужасы войны? А карикатуры замечательного французского графика Домье, зло высмеивавшего жадных буржуа, обывателей, ханжей? А зловещие, уродливые химеры на карнизах собора Парижской богоматери, напоминающие о разных человеческих пороках? Или карикатуры на наших врагов, сделанные талантливыми Кукрыниксами?
Недаром известный французский теоретик искусства XVII века Буало писал:
В искусстве воплотясь, и чудище и гад Нам все же радуют настороженный взгляд.
Какую страшную сторону жизни приоткрывает в своем рассказе «Страсти-мордасти» Горький! А мы видим при этом лучистую, жадно пробивающуюся к свету душу маленького, живущего в обстановке продажного разврата ребенка-калеки… Сочно нарисованная Шолоховым картина нравов старого казачества, подчас во всей их жестокости и грубости, позволяет писателю еще ярче подчеркнуть в«Тихом Доне» необоримую и всеочищающую силу любви Аксиньи к Григорию.
Известно, какое огромное впечатление произвело на молодого Ленина чтение рассказа А. П. Чехова «Палата э 6», с потрясающей силой рисующего буквально ад кромешный, в котором влачат жалкое существование бесправные, больные люди. Этот рассказ содержит огромное обобщение.
Перед читателем возникает страшная картина жизни царской России того времени.
Вот как воспринял Ленин произведение Чехова:
«Когда я дочитал вчера вечером этот рассказ, мне стало прямо-таки жутко, я не мог оставаться в своей комнате, я встал и вышел. У меня было такое ощущение, точно и я заперт в палате э 6».
Искусство самого строгого вкуса может говорить и о некрасивом, страшном, дурном. Оно обязано делать это, служа людям своей разоблачающей правдой. Но показ даже самого безобразного должен осуществляться в искусстве высокохудожественными средствами, доставляющими эстетическое удовольствие, каким бы чуждым для представлений о красоте ни был, казалось, сам материал, взятый художником, иначе искусство теряет одну из своих неотъемлемых сторон — эмоциональную, чувственную, эстетическую.
Обязательное, непременное свойство каждого подлинного произведения искусства — его высокая правдивость.
Как-то в разговоре с группой студентов я услышал следующее:
— Вот вы говорите, что хороший вкус всегда стремится выразить правду… Как же в свете этого утверждения нужно рассматривать творчество Грина, где почти все — выдумка?
Я не вижу в творчестве такого своеобразного и талантливого писателя, как А. С. Грин, признаков ухода от подлинной художественной правды.
Возьмем, например, «Записки охотника» Тургенева, одно из замечательнейших произведений русской классической литературы. Эта книга позволяет читателю широко узнать русскую жизнь середины прошлого века. При этом читатель как бы сам видит эти живописные сцены жизни, изображенные большим художником слова. Писатель не дает научного исследования своей эпохи, но через художественные образы, мастерски выписанные характеры людей, через их взаимоотношения и окружающую обстановку он раскрывает главнейшие черты жизни, труда, положения народа в те годы.
В то же время своим уважением и сочувствием к простым, трудовым людям, терпящим нужду, унижение, гнет и насилие помещиков и тем не менее не теряющим глубокого человеческого достоинства и поэтической веры в добро, автор вызывает у читателя восхищение этими людьми, сострадание к ним и гнев против их угнетателей. Талантливое произведение писателя, правдиво отразившее жизнь русской деревни, обнажило самую суть крепостничества, наглядно показало чудовищное бесправие, в котором жило крестьянство во времена Тургенева. «Записки охотника» способствовали росту освободительных, демократических настроений в России.
Таким образом, мы видим, что правдивое произведение литературы учит глубже познавать жизнь и вызывает потребность изменить ее на пользу человека.
Чудесные человеческие характеры, проникновенно написанные Тургеневым картины русской природы, необычайная живость народной речи, волнующая поэтичность авторских раздумий — все это доставляет читателю огромное художественное наслаждение, раскрывая перед ним новый, прекрасный мир мыслей и чувств.
Но, уча людей постигать красоту, искусство часто рисует и уродливые стороны жизни. Некоторые люди, не понимающие назначения искусства, склонны видеть в этом проявление плохого вкуса.
Изображение дурных, отталкивающих явлений также входит в задачи искусства. Разве не получаем мы высокого эстетического удовольствия, читая, допустим, в «Мертвых душах» Гоголя страницы о Плюшкине? А уж что может быть безобразнее и страшнее этого чудовищного, потерявшего в скупости человеческий облик старикашки, у которого паук обвил своими тенетами даже маятник безнадежно остановившихся часов? А офорты выдающегося испанского художника конца XVIII — начала XIX века Гойи, обличавшие ужасы войны? А карикатуры замечательного французского графика Домье, зло высмеивавшего жадных буржуа, обывателей, ханжей? А зловещие, уродливые химеры на карнизах собора Парижской богоматери, напоминающие о разных человеческих пороках? Или карикатуры на наших врагов, сделанные талантливыми Кукрыниксами?
Недаром известный французский теоретик искусства XVII века Буало писал:
В искусстве воплотясь, и чудище и гад Нам все же радуют настороженный взгляд.
Какую страшную сторону жизни приоткрывает в своем рассказе «Страсти-мордасти» Горький! А мы видим при этом лучистую, жадно пробивающуюся к свету душу маленького, живущего в обстановке продажного разврата ребенка-калеки… Сочно нарисованная Шолоховым картина нравов старого казачества, подчас во всей их жестокости и грубости, позволяет писателю еще ярче подчеркнуть в«Тихом Доне» необоримую и всеочищающую силу любви Аксиньи к Григорию.
Известно, какое огромное впечатление произвело на молодого Ленина чтение рассказа А. П. Чехова «Палата э 6», с потрясающей силой рисующего буквально ад кромешный, в котором влачат жалкое существование бесправные, больные люди. Этот рассказ содержит огромное обобщение.
Перед читателем возникает страшная картина жизни царской России того времени.
Вот как воспринял Ленин произведение Чехова:
«Когда я дочитал вчера вечером этот рассказ, мне стало прямо-таки жутко, я не мог оставаться в своей комнате, я встал и вышел. У меня было такое ощущение, точно и я заперт в палате э 6».
Искусство самого строгого вкуса может говорить и о некрасивом, страшном, дурном. Оно обязано делать это, служа людям своей разоблачающей правдой. Но показ даже самого безобразного должен осуществляться в искусстве высокохудожественными средствами, доставляющими эстетическое удовольствие, каким бы чуждым для представлений о красоте ни был, казалось, сам материал, взятый художником, иначе искусство теряет одну из своих неотъемлемых сторон — эмоциональную, чувственную, эстетическую.
Обязательное, непременное свойство каждого подлинного произведения искусства — его высокая правдивость.
Как-то в разговоре с группой студентов я услышал следующее:
— Вот вы говорите, что хороший вкус всегда стремится выразить правду… Как же в свете этого утверждения нужно рассматривать творчество Грина, где почти все — выдумка?
Я не вижу в творчестве такого своеобразного и талантливого писателя, как А. С. Грин, признаков ухода от подлинной художественной правды.
Страница 10 из 52
