Кырмыза

Те, кого он сватал, не соглашались, а те, что сами набивались, ему не по душе были. Встревожился Ион и пошел к знахарке, что гадала по звездам, кто для кого создан, бобы бросала да счастье узнавала. И вот что поведала парню ворожея:

— Отправляйся в среду затемно в Варабоены на ярмарку и первого приехавшего туда, не задумываясь, бери, будь то старуха или дед, мужик иди баба, парень или девица. Веди его домой и живи с ним вместе: так бобы говорят, счастье тебе сулят.

Чуть забрезжил рассвет, парень уже к Барабоенской ярмарке подъезжал. Гайтан — волшебный конь — знал о том, что Ион выехал из Фрасинешт, и говорит Кырмызе:

— Хозяйка-хозяйка, сунь руку в мое правое ухо, достань оттуда одежду да надень ее.

Протянула Кырмыза руку и достала пару чабанских шаровар, длинную крестьянскую рубаху с вышитым воротом и рукавами, красный, как огонь, пояс, высокую островерхую кушму и пару постолов с вздернутыми носками — все новое. Кырмыза оделась, косы под кушму спрятала и стала походить на доброго юношу, стройного, как ель, красивого на диво.

Как начали звезды на кебе гаснуть да туман пополз из долины к вершинам холмов, подъехал и Ион, весь в поту.

— С добрым утром, парень, — молвил Ион издали.

— Доброе утро! — тот ему в ответ. Слово за слово, а Иони говорит прямо:

— Поехали ко мне жить.

После долгих споров-уговоров отправились вместе во Фрасинешты.

Но как бы тучи ни заволакивали небо, земля нет-нет да и увидит солнечный луч. Так и до Иона время от времени доходили то взгляд, то улыбка, то слово понежнее, и сердце говорило ему, что не парень с ним едет, а девица, да все не верилось. Думал он, гадал, совсем растерялся и опять пошелк знахарке.

— Бабуся, — говорит он, — нет мне покою от парня, которого привел я сегодня с ярмарки: гляжу на него и все мне мерещится, будто девица это. Зажгла старуха уголек, поглядела на пламя и отвечает:

— Коль сомневаешься, испытай его. Выезжайте вдвоем верхами в чисто поле, поскачите наперегонки. Если обгонит тебя — не иначе как парень, а коль отстанет, так и знай, что девка проклятая.

Вернулся Ион домой и, увидев что парень призадумался, сказал:

— Давай верхами покатаемся, — Чего же, можно!

Выехав в поле, Ион встал на стременах и показал ему вдали большой курган.

— Давай, парень, спорить: кто первый объедет тот курган да сюда вернется?

Кырмыза прошептала: «Скачи, волшебный конь Гайтан!» И только он ее и видел, а Ион плетью хлещет коня, да куда ему, не та прыть! Давно уж потерял он парня из виду и встревожился, а вдруг тот не вернется. Стал он подъезжать к холму, а парень ветром навстречу несется.

Повернул Ион коня и хлесть, хлесть! хлыстом, раз, два по коню, но куда там! Пока объезжал он курган, тот уже семь курганов объехал и давно ожидал его на старом месте.

Слишком отстал Ион от парня и теперь, опустив голову, стоял опечаленный, пристыженный. Только не успокоился он и опять пошел к старухе.

Вновь она раздула уголек и говорит ему:

— Лежит у тебя во дворе пара возов жердей. Подведи его к ним да спроси: «Для чего сгодятся эти жерди?» Коль девка, так сразу ответит:«Что за кудельники для прялки, какой челнок, какое веретено можно изготовить». Коль парень он хозяйственный, так скажет: «Ясли добры смастерить, али дом огородить!» Возвращается Ион домой и подводит как бы невзначай приятеля своего к жердям.

— Хороши жерди! Что бы нам из них смастерить?

— Эгей, братец! Ясли добрые могли бы мы сделать да плетень хороший. А какой домище таким плетнем огородить можно!

Ион только глаза раскрыл пошире да опять к знахарке побежал, а та, узнав в чем дело, так молвила:

— Ступай домой да возле сабель, стрел, копий и булавы развесь на стене полотенца цветастые, салфетки вышитые да пару мотков шерсти. Как выполнишь это, веди гостя, пусть поглядит. Коль на оружие глянет, знай, что мужчина, а коль засмотрится на вышивки да на мотки шерсти — не иначе как женщина. Вернулся Ион одним духом домой, выполнил наказ знахарки, а потом зовет товарища, вроде как бы оружие показать. Тот уставился на оружие, снимал его со стены, в руках вертел, осматривал, ржавчину счистить да смазать велел, и тут же послал его за паклей да смазкой, чтоб за работу взяться. На остальное он даже не взглянул. Вышел Ион из дому опечаленный и в четвертый раз пошел к знахарке с поклоном.

Сморщенная старуха в печь подула, заговор свой нашептала, в ладони погадала да потом сказала:

— Иди-ка домой да брось метлу на порог. А парня-то возьми с собой да поведи, куда душе угодно. А как будете возвращаться да в дом входить, в оба гляди: коль наступит он на метлу, аль перешагнет через нее, знай, что мужчина, а коль поднимет да подметет, а потом в уголок поставит палкой кверху, не иначе как девка.

Выполнил он старухи наказ. Обошли они все село и вот возвращаются домой.