Волшебство Страны Оз (1919 год)

— Я не могу ни с кем подружиться. С кем бы я ни встретилась — со зверем, птицей или человеком, — очень скоро хочется с ним распрощаться. Еще несколько минут — и ваше общество тоже станет мне в тягость. Что же касается занятий, то все, кто попадается на моем пути, чем-то заняты. Но это так уныло и бессмысленно, что я предпочитаю безделье.

— Разве тебе не приходится добывать себе пищу охотой? — спросила Трот.

— Нет. В моем Алмазном Дворце, который расположен выше по реке, пища подается мне волшебным образом. Но я редко ем, потому что это так вульгарно.

— Ты, наверное, волшебная Утка, — предположил Капитан Билл.

— Почему это?

— Просто у обычных уток не бывает алмазных дворцов, где пища подается волшебным образом.

— Верно. Вот еще одна причина моего одиночества. Не забудьте, что я единственная утка в Стране Оз и не похожа на уток в других странах.

— Мне кажется, что тебе очень нравится одиночество, — заметил Капитан Билл.

— Не то чтобы мне это нравилось, — ответила разноцветная птица, — но раз такова моя судьба, я горжусь ею.

— Как получилось, что единственная утка в Стране Оз? — удивленно спросила Трот.

— Много лет назад я знала, почему так получилось, но теперь позабыла, — призналась Утка.

— Дело не в причине, а в самом явлении. Так что вряд ли так уж обязательно помнить, почему я стала одинокой. Важно, что я Одинокая Утка.

— Мне кажется, тебе было бы веселее жить, если бы ты нашла чем заняться, — посоветовала Трот.

— Если тебе не нужно ничего для самой себя, попробуй сделать чтото для других. Тогда у тебя появятся друзья, и тебе не будет одиноко.

— Вот теперь ты мне нравишься все меньше и меньше, — промолвила Утка, — и вскоре мне придется уплыть.

— А ты не могла бы нам помочь? — спросила Трот.

— Ведь если ты и впрямь волшебная Утка, тебе нетрудно вызволить нас из беды.

— Я не настолько волшебная, чтобы спасти вас, — сказала Утка.

— Волшебства во мне немного, но мне одной его вполне хватает.

— Если бы мы могли присесть хоть ненадолго, мы бы почувствовали себя гораздо лучше, — заметила Трот.

— Но тут присесть не на что.

— Значит, придется постоять, — сказала Одинокая Утка.

— А разве ты не смогла бы наколдовать нам пару табуреток? — спросил Капитан Билл.

— Откуда Утке знать, что такое табуретки? — последовал ответ.

— Но ты же не похожа на обычных уток.

— Пожалуй, вы правы.

— Странное создание на мгновение задумалось, поглядывая на пленников острова своими круглыми глазками. Затем Утка сказала: — Иногда, когда солнце начинает слишком уж припекать, я велю вырасти мухомору и под ним нахожу тень. Может, вы хотите посидеть на мухоморах?

— Если они выдержат нас, то почему бы нет, — сказал Капитан Билл.

— Мы согласны.

— Тогда, прежде чем распрощаться, я сделаю вам парочку, — ответила Одинокая Утка и начала издавать какие-то звуки, похожие на тихое кряканье. На это ушло столь много времени, что Трот не вытерпела:

— Ты бы не могла поторопиться и закончить свои причитания? — сказала она.

— Если у тебя уйдет все лето, чтобы вырастить мухомор-другой, грош цена твоему волшебству.

— Не мешайте! — суровым голосом отозвалась Одинокая Утка.

— Если ваше общество слишком быстро мне сделается в тягость, я буду вынуждена покинуть вас, и вы не получите мухоморов.

Трот мигом притихла, а Одинокая Утка снова взялась что-то шептать и покрякивать. Капитан Билл вдруг захихикал и пробормотал на ухо Трот:

— Для птицы, страдающей от безделья, она что-то слишком уж суетится. Даже если она вырастит мухоморы, еще большой вопрос, сможем ли мы на них сиде, ть.

Не успев закончить фразу, моряк почувствовал, как что-то коснулось его сзади. Повернувшись, он увидел у себя за спиной большой мухомор. Он сел на него и почувствовал себя очень удобно. Такой же мухомор вырос и рядом с Трот. Радостно вскрикнув, девочка уселась на гриб-табуретку, оценив ее мягкость и прочность. Когда пленники уселись поудобнее, они заметили, что Одинокая Утка заковыляла к воде.

— Огромное спасибо! — крикнула ей вслед Трот, а Капитан Билл добавил:

— Весьма признателен.

Но Одинокая Утка словно не расслышала. Даже не обернувшись, разноцветная птица вошла в воду и грациозно поплыла прочь от острова.

Когда Кики стал превращать обезьян в солдат, он сделал их слишком большими, и, хотя деревья в этой части леса росли не так часто, туловища воинов получились такими могучими, что они оказались буквально втиснутыми между деревьями.

Кики совершил ошибку: его воины не могли выбраться из леса. Они даже не могли сделать и шага — мешали ветки и сучья. Даже если бы воины-гиганты собрались на лесной полянке, они вряд ли сумели бы выбраться с нее.