Ибрахим аль-Каззаз рассказывал, что в юности он очень хотел присоединиться к обучающему мастеру. Он разыскал мудреца и попросился к нему в ученики.
Добавить в моё избранное
1 мин, 12 сек 1926
— Ты еще не готов, — сказал учитель.
Но молодой человек настаивал.
— Что ж, хорошо, — согласился мудрец, — я научу тебя кое-чему. Сейчас я отправляюсь в паломничество в Мекку. Если хочешь, пойдем вместе.
Ученик был в восторге.
Итак, они собрались в дорогу. Но перед тем как тронуться в путь, мудрец сказал: «Отныне мы с тобой спутники, и потому один из нас должен руководить, а другой — повиноваться. Какая роль тебе по душе?» — Руководите мной, я буду повиноваться, — ответил юноша.
— Пусть будет по-твоему, если ты знаешь, как повиноваться.
Путь их лежал через Хиджанскую пустыню. С наступлением темноты они расположились на ночлег. Вдруг полил сильный дождь. Мастер поднялся, достал кусок материи и, натянув ее в руках, стал им укрывать юношу от дождя.
— Но ведь это входит в мои обязанности, — запротестовал Ибрахим.
— Я приказываю позволить мне укрывать тебя, — прервал его мудрец.
Утром ученик сказал: «Если вы не возражаете, сегодня я буду руководить». Мастер согласился.
— Пойду соберу немного хвороста для костра, — сказал молодой человек.
— Ты не должен этого делать. Я сам принесу хворост, — сказал мудрец.
— Я приказываю вам остаться здесь, пока я буду собирать хворост.
Но мудрец возразил:
— Подобные занятия не для тебя, ибо принципы ученичества не согласуются с тем, чтобы подчиненный позволил руководителю обслуживать себя.
Вот так каждый раз мастер демонстрировал молодому человеку, что такое ученичество.
Они расстались у ворот Святого Города. Встретившись с мудрецом позднее, юноша пристыженно потупил взор.
— То, что ты узнал тогда, — сказал старец, — открыло тебе до некоторой степени сущность ученичества.
Но молодой человек настаивал.
— Что ж, хорошо, — согласился мудрец, — я научу тебя кое-чему. Сейчас я отправляюсь в паломничество в Мекку. Если хочешь, пойдем вместе.
Ученик был в восторге.
Итак, они собрались в дорогу. Но перед тем как тронуться в путь, мудрец сказал: «Отныне мы с тобой спутники, и потому один из нас должен руководить, а другой — повиноваться. Какая роль тебе по душе?» — Руководите мной, я буду повиноваться, — ответил юноша.
— Пусть будет по-твоему, если ты знаешь, как повиноваться.
Путь их лежал через Хиджанскую пустыню. С наступлением темноты они расположились на ночлег. Вдруг полил сильный дождь. Мастер поднялся, достал кусок материи и, натянув ее в руках, стал им укрывать юношу от дождя.
— Но ведь это входит в мои обязанности, — запротестовал Ибрахим.
— Я приказываю позволить мне укрывать тебя, — прервал его мудрец.
Утром ученик сказал: «Если вы не возражаете, сегодня я буду руководить». Мастер согласился.
— Пойду соберу немного хвороста для костра, — сказал молодой человек.
— Ты не должен этого делать. Я сам принесу хворост, — сказал мудрец.
— Я приказываю вам остаться здесь, пока я буду собирать хворост.
Но мудрец возразил:
— Подобные занятия не для тебя, ибо принципы ученичества не согласуются с тем, чтобы подчиненный позволил руководителю обслуживать себя.
Вот так каждый раз мастер демонстрировал молодому человеку, что такое ученичество.
Они расстались у ворот Святого Города. Встретившись с мудрецом позднее, юноша пристыженно потупил взор.
— То, что ты узнал тогда, — сказал старец, — открыло тебе до некоторой степени сущность ученичества.
