Тетя Таня топила печь. Мы решили стопить ее последний раз, в надежде что она хоть как-то прогреет веранду. Но поскольку это было маловероятно, мы решили оставить греться на затопленной лежанке одеяла, что бы как следует нагреть их перед тем как отнести на веранду. Я стоял возле лежанки, когда мы наскоро поужинали и следил за тем, что бы одеяла не сгорели, изредка их переворачивая. Второго пожара никто не хотел…
Добавить в моё избранное
7 мин, 8 сек 15340
Мне было немного не по себе и побыстрее забрал кота, захлопнув дверь. ока мы все на его не насмотрелись и не погладили его, искренне удивленные такому его появлению, мы не успокоились. А потом я забрался в кровать вместе с котом, а тетя Таня, погасив свет, медленно побрела до своей постели. Василий никак не хотел лежать по одеялом, не смотря на то, что уши и лапы у него были холодными. Он очень резво пытался избавиться от теплых объятий и в конце концов с удовольствием вылез из под одеяла и уселся на подоконнике незанавешенного окна.
Когда мы уже начали засыпать нас разбудил отчетливый и громкий стук в окошко, раздававшийся из избы. Кто-то постучал в окошко на кухне. Мы все сразу же проснулись.
— Ты слышала?
— Кого хоть там посреди ночи принесло?
— Не ходи… Тетя Таня опять встала и стала смотреть в окошко из веранды, хотя кухонная сторона дома находилась совсем с другой, стороны, и отсюда ее было не разглядеть.
— Ну… и вправду кого-то принесло. Калитка вон открытая.
Через несколько секунд стук опять повторился. После длительных споров пойти или не пойти посмотреть кто же там все таки стучится в окошко, а стуки между тем стихли и более не продолжались, мы пришли к общему мнению, что идти все же не стоит. А тетя Таня, между тем, в полной темноте стояла у окошка и ждала пока стучавший выйдет и покажется у калитки. Где-то через минуту она кого-то увидела:
— Во, вышла.
— Кто там?
— Нинка.
— Тетя Нина?
— Ну!
— А чего она среди ночи-то приперлась?
— Да кто его знает, что и за чертовщина тут теперь творится.
— Да что хоть ей не спится-то.
— И Тима ведь молчит, хоть бы голос подал.
— Ну… поперлась куда-то… мимо своего дома прошла.
— На деревню пошла что ли?
— Нет, в сторону кладбища.
— Еще не легче.
Тетя Вера тоже встала и подошла окошку с другого края так, что бы их нельзя было разглядеть с улица. Аккуратно отодвинув прозрачную занавеску она уставилась в окно и на минуту все замолчали. Не выдержав такого длительного напряжения я еле слышно спросил:
— Ну что там?
— Смотри-ка, еле ноги переставляет.
— Куда хоть она идет-то?
— Смотри, за забор что ли свернула?
— Куда?
— Да к нам за огород.
— На огород?
— Да не на огород, а за забором у огорода, на задворок пошла.
— Да что хоть она бродит то среди ночи?
— Да черт ее знает, может лунатит?
— Ничего не видно.
— Надо к другому окошку подойти.
— Да не открывай там, а то потом не повесить будет.
— Да я через щелочку.
Тетя Таня с тетей Верой подошли к окну, которое было за нашей кроватью. Мы с мамой продолжали лежать под одеялом, пытаясь выяснить подробности происходящего. Пока они аккуратно пытались отодвинуть развешанные шубы и ковры в темноте прошло не менее минуты. Нащупав удобный краешек, тетя Вера попыталась заглянуть в образовавшуюся щель, но тут же громко вскрикнула и отпрянула.
— Что там?
— Да ты чего?
— Что с тобой?
— Стоит там… — Кто?
— Да она… прям перед окном стоит… Тетя Таня встав на место своей младшей сестры повозилось немного с навешанными шубами и тоже выглянула в окошко. Повисла гробовая тишина. Как же мне хотелось что бы она хоть что-нибудь сказала, но она просто молчала и все. Может ничего нету, раз молчит? Может тете Вере привиделось?
— Ты чего тут бродишь? А ну прочь отсюдова! Я щас выйду, да как кочергой охерачу! Нечего тут шляться по огородам в ночи!
Мое сердце замерло. Тетя Таня поспешно отошла от окошка и замотала его пуще прежнего. Старательно приглаживая шубы и ковры она сказала что лучше всем лечь спать и по окнам не смотреть. Тетя Вера еще раз хотела взглянуть, но старшая сестра ее не пустила.
— Нечего, нечего на это смотреть!
— Что там? Кого вы там увидели? Нинка что ли?
— Да не Нинка это!
— А кто?
— Не знаю… чужая какая-то бабка. Не знаю такой. Нечего смотреть. Не выглядывайте в окна больше.
С этими словами она занавесила скатертью со стола оставшееся окошка, выгнав с него кота, и улеглась в кровать. Тетя Вера последовала ее примеру. Мы все лежали в кровати и молчали. Кто-то «чужая бабка какая-то» бродила у нас под окнами. А мы лежали в кроватях на веранде и молчали. Теперь спать перехотелось окончательно.
Когда мы уже начали засыпать нас разбудил отчетливый и громкий стук в окошко, раздававшийся из избы. Кто-то постучал в окошко на кухне. Мы все сразу же проснулись.
— Ты слышала?
— Кого хоть там посреди ночи принесло?
— Не ходи… Тетя Таня опять встала и стала смотреть в окошко из веранды, хотя кухонная сторона дома находилась совсем с другой, стороны, и отсюда ее было не разглядеть.
— Ну… и вправду кого-то принесло. Калитка вон открытая.
Через несколько секунд стук опять повторился. После длительных споров пойти или не пойти посмотреть кто же там все таки стучится в окошко, а стуки между тем стихли и более не продолжались, мы пришли к общему мнению, что идти все же не стоит. А тетя Таня, между тем, в полной темноте стояла у окошка и ждала пока стучавший выйдет и покажется у калитки. Где-то через минуту она кого-то увидела:
— Во, вышла.
— Кто там?
— Нинка.
— Тетя Нина?
— Ну!
— А чего она среди ночи-то приперлась?
— Да кто его знает, что и за чертовщина тут теперь творится.
— Да что хоть ей не спится-то.
— И Тима ведь молчит, хоть бы голос подал.
— Ну… поперлась куда-то… мимо своего дома прошла.
— На деревню пошла что ли?
— Нет, в сторону кладбища.
— Еще не легче.
Тетя Вера тоже встала и подошла окошку с другого края так, что бы их нельзя было разглядеть с улица. Аккуратно отодвинув прозрачную занавеску она уставилась в окно и на минуту все замолчали. Не выдержав такого длительного напряжения я еле слышно спросил:
— Ну что там?
— Смотри-ка, еле ноги переставляет.
— Куда хоть она идет-то?
— Смотри, за забор что ли свернула?
— Куда?
— Да к нам за огород.
— На огород?
— Да не на огород, а за забором у огорода, на задворок пошла.
— Да что хоть она бродит то среди ночи?
— Да черт ее знает, может лунатит?
— Ничего не видно.
— Надо к другому окошку подойти.
— Да не открывай там, а то потом не повесить будет.
— Да я через щелочку.
Тетя Таня с тетей Верой подошли к окну, которое было за нашей кроватью. Мы с мамой продолжали лежать под одеялом, пытаясь выяснить подробности происходящего. Пока они аккуратно пытались отодвинуть развешанные шубы и ковры в темноте прошло не менее минуты. Нащупав удобный краешек, тетя Вера попыталась заглянуть в образовавшуюся щель, но тут же громко вскрикнула и отпрянула.
— Что там?
— Да ты чего?
— Что с тобой?
— Стоит там… — Кто?
— Да она… прям перед окном стоит… Тетя Таня встав на место своей младшей сестры повозилось немного с навешанными шубами и тоже выглянула в окошко. Повисла гробовая тишина. Как же мне хотелось что бы она хоть что-нибудь сказала, но она просто молчала и все. Может ничего нету, раз молчит? Может тете Вере привиделось?
— Ты чего тут бродишь? А ну прочь отсюдова! Я щас выйду, да как кочергой охерачу! Нечего тут шляться по огородам в ночи!
Мое сердце замерло. Тетя Таня поспешно отошла от окошка и замотала его пуще прежнего. Старательно приглаживая шубы и ковры она сказала что лучше всем лечь спать и по окнам не смотреть. Тетя Вера еще раз хотела взглянуть, но старшая сестра ее не пустила.
— Нечего, нечего на это смотреть!
— Что там? Кого вы там увидели? Нинка что ли?
— Да не Нинка это!
— А кто?
— Не знаю… чужая какая-то бабка. Не знаю такой. Нечего смотреть. Не выглядывайте в окна больше.
С этими словами она занавесила скатертью со стола оставшееся окошка, выгнав с него кота, и улеглась в кровать. Тетя Вера последовала ее примеру. Мы все лежали в кровати и молчали. Кто-то «чужая бабка какая-то» бродила у нас под окнами. А мы лежали в кроватях на веранде и молчали. Теперь спать перехотелось окончательно.
Страница 2 из 2
