Хрустальный мир

Даже я думаю, что продолжать его теперь не имеет смысла. «Адам» способен чувствовать и размышлять, но ему всё равно предстоит погибнуть, как и всем нам. Всё дело в питании. Мы умрём, когда закончатся вода и еда. Он исчезнет когда в генераторах закончится топливо и компьютер отключится навсегда.

— Таких дневников здесь достаточно много, — промолвил незнакомец.

— Но этот самый важный из них.

Он подошёл к журнальному столику, и присев в кресле, начал просматривать фотоальбом. Я стоял широко раскрыв глаза, руки тряслись, а сердце выпрыгивало из груди. Я последовал за этим странным человеком, всё также сжимая в одной руке дневник, подошёл к столику и сел в кресло напротив. Продолжил слушать.

— Я помню всё и храню их, сохранность воспоминаний — мой смысл, — он вытащил из альбома фотографию мужчины в белом халате и протянул её мне.

— Это доктор информационных наук Тарт Ферис, он был руководителем проекта.

— Мой лечащий врач — Тарт Ферис.

— констатировал я.

— У тебя нет врача, есть только это место и твои обрывочные данные о несуществующем прошлом. Данные — это самая важная часть программы. Но есть и ещё кое-что, и ты это видел уже много раз.

— Та тварь, что преследовала меня? — спеша спросил я.

— Именно, её не должно было существовать. Это ошибка, сбой, закрепившийся в постоянно меняющемся коде, — он поднялся с кресла, и направился к шкафу.

— Я покажу тебе Хрустальный мир.

Пространство книжного шкафа начало изменяться. По обложкам книг побежали строки бесконечно перечисляющихся цифр.

01000100… 010010010… 10010110… Я стал говорить о том, что это неправда, всё это невозможно, но получал в ответ лишь цифры, и что самое отвратительное — я понимал их значение.

Я человек… 0 (Ложь) Мои воспоминания… 0 (Ложь) Я существую… 0 (Ложь) Я посмотрел на всё ещё открытый дневник, и обнаружил, что в нём нет слов, связанных в предложения. Там расположились последовательности 0 и 1. Я понял, что они всегда там были, и я могу читать их. Когда снова я взглянул на шкаф, он представлял собой нечто похожее на экран проектора. По ту его сторону стоял я, мы смотрели друг на друга, он, с удивлением и интересом, я, с ужасом от нового открытия. Он начал подходить ближе и… всё исчезло — шкаф, дом, незнакомец. Осталось лишь болото, вода которого приобрела оттенок ржавчины, а деревья предстали в виде железных столбов. Наступал рассвет, но небо всё больше затягивало чёрно-серым смогом. Дым и гарь висели в воздухе, как напоминание сгоревшего навсегда, прошлого. Есть только будущее и вечность, не так ли?! И мне предстояло вечно убегать от существа по железнодорожной колее, а ему предстояло вечно меня преследовать. И так до тех пор, пока я не сдамся, не упаду обессиленный на рельсы.

Я заметил его вновь за массивным деревом, безумными глазами оно смотрело на меня, вырезая когтями линии на стволе. Вокруг его рта виднелись следы запёкшейся крови. Я заметил, что одна его рука тоже в крови, более того, на ней почти отсутствовала плоть. Оно безмерно голодное, настолько, что начало начало питаться собой. Мерцание. Оно уже за спиной, стоит и изображает негодование. Рука его проскальзывает над плечом, когти вонзаются в горло. Тёплая кровь струйками стекает по шее, капли падают в воду и смешиваются с ржавчиной болот. Устремив взгляд к небу, я вижу как распускаются мелкие зелёные листья на верхушках деревьев. Код снова создаёт модель Хрустального мира. Перезагрузка.

01000100 … Взгляд, чужие глаза смотрят на меня. Яркий свет, сменяется полной темнотой. Когда я очнулся, то обнаружил, что лежу на железнодорожном пути.