Злые духи — по-якутски абаасы (по верованию якутов) любят селиться в заброшенных етёхах (усадьбах), на ветвях раскидистых лиственниц, в которых развешаны шкуры жертвенных животных, на старых кладбищах, где маячат трухлявые могильные кресты, особенно возле арангасов (могильных лабазов) шаманов или удаганок, в верховьях многочисленных речушек, во всех малолюдных, заброшенных местах, на больших дорогах-аартыках, особенно на тех, которые идут между двух речек…
Добавить в моё избранное
5 мин, 59 сек 1195
Недаром Ньукулай этот слыл смелым и удачливым человеком, мало кто смог бы осмелиться вернуться в юрту, где воочию, собственными глазами, видел абаасы и почувствовал присутствие потусторонних сил.»
По слухам, и после случая с Хоруонай Ньукулаем были смельчаки, которые отваживались зайти в заброшенную юрту купца Расторгуева. Однако, как гласит та же молва, ни одному из них не удалось не то что переночевать в ней, но даже и поужинать, обычно незадачливые путники, побросав все и трясясь от страха, выскакивали из злополучной юрты и приходили в себя, только когда оказывались достаточно далеко от этого места. Так, злой дух усадьбы Расторгуева в образе страшной старушки отпугивал всех желающих приблизиться к этим местам и держал на расстоянии… * * * Еще один похожий случай, в котором фигурирует такой же злой дух, причем также в образе страшной, худой старухи, произошел в одном улусе с двумя рыбаками. Однажды двое мужчин рыбачили на озере в одном заречном улусе, заодно промышляли перелетную птицу. Стояла поздняя осень. Рыбаки, увлекшись своим делом, не заметили, как быстротечный осенний день пошел на убыль.
— Здесь поблизости имеется старый етёх с сохранившимся камельком, давай сегодня заночуем там, а завтра на зорьке постреляем уток, — предложил старший из мужчин, Афанасий, заядлый рыбак и охотник.
С тем и решили и, собрав свои рыбачьи принадлежности и улов, отправились на поиски ночлега. И вовремя, так как начался довольно холодный осенний дождь, который, кажется, зарядил на всю ночь. К тому же стало совсем темно, хоть выколи глаза. Но все же, поплутав совсем немного, мужчины вышли к небольшой елани, посередине которой виднелось небольшое круглое озерцо, а на опушке леса виднелся заброшенный етёх Обрадованные тем, что не придется ночевать в такую промозглую погоду под открытым небом, мужчины сноровисто натаскали хворосту и затопили печку-камелек. Затем не спеша сварили из наловленной рыбу наваристую уху и, подвинув маленький трехногий столик поближе к очагу, с аппетитом покушали и, разморившись от сытной еды и тепла, крепко заснули. Глубокой ночью младшего мужчину разбудил какой-то шум, который шел откуда-то из-за камелька. Мышь скребется, наверное, подумал он, прислушиваясь, затем повернулся на другой бок, чтобы снова заснуть, до утра было далеко. Товарищ его храпел рядом. И тут в ноздри его ударил невообразимо мерзкий запах, смрад. «Пахай! (междометие, выражающее отвращение — якут.) Что за мерзкий запах! Откуда он?» — с этими словами он вскочил с нар и стал шарить рукой в поисках карманного фонарика. В темноте что-то уронил, от его шума проснулся и Афанасий. И они вдвоем стали искать источник запаха, обогнули камелек и… одновременно вскрикнули: за печкой, протянув к ним костлявую сморщенную руку, стояла маленькая высохшая до кости старушка, одетая в какое-то тряпье и источающая зловоние… Крича от ужаса, мужчины в чем были выскочили на улицу и дали деру. Опомнились только далеко в лесу. Ночь провели, сидя под лиственницей и дрожа от холода и страха, пока достаточно не рассвело и можно было вернуться за своими вещами…
По слухам, и после случая с Хоруонай Ньукулаем были смельчаки, которые отваживались зайти в заброшенную юрту купца Расторгуева. Однако, как гласит та же молва, ни одному из них не удалось не то что переночевать в ней, но даже и поужинать, обычно незадачливые путники, побросав все и трясясь от страха, выскакивали из злополучной юрты и приходили в себя, только когда оказывались достаточно далеко от этого места. Так, злой дух усадьбы Расторгуева в образе страшной старушки отпугивал всех желающих приблизиться к этим местам и держал на расстоянии… * * * Еще один похожий случай, в котором фигурирует такой же злой дух, причем также в образе страшной, худой старухи, произошел в одном улусе с двумя рыбаками. Однажды двое мужчин рыбачили на озере в одном заречном улусе, заодно промышляли перелетную птицу. Стояла поздняя осень. Рыбаки, увлекшись своим делом, не заметили, как быстротечный осенний день пошел на убыль.
— Здесь поблизости имеется старый етёх с сохранившимся камельком, давай сегодня заночуем там, а завтра на зорьке постреляем уток, — предложил старший из мужчин, Афанасий, заядлый рыбак и охотник.
С тем и решили и, собрав свои рыбачьи принадлежности и улов, отправились на поиски ночлега. И вовремя, так как начался довольно холодный осенний дождь, который, кажется, зарядил на всю ночь. К тому же стало совсем темно, хоть выколи глаза. Но все же, поплутав совсем немного, мужчины вышли к небольшой елани, посередине которой виднелось небольшое круглое озерцо, а на опушке леса виднелся заброшенный етёх Обрадованные тем, что не придется ночевать в такую промозглую погоду под открытым небом, мужчины сноровисто натаскали хворосту и затопили печку-камелек. Затем не спеша сварили из наловленной рыбу наваристую уху и, подвинув маленький трехногий столик поближе к очагу, с аппетитом покушали и, разморившись от сытной еды и тепла, крепко заснули. Глубокой ночью младшего мужчину разбудил какой-то шум, который шел откуда-то из-за камелька. Мышь скребется, наверное, подумал он, прислушиваясь, затем повернулся на другой бок, чтобы снова заснуть, до утра было далеко. Товарищ его храпел рядом. И тут в ноздри его ударил невообразимо мерзкий запах, смрад. «Пахай! (междометие, выражающее отвращение — якут.) Что за мерзкий запах! Откуда он?» — с этими словами он вскочил с нар и стал шарить рукой в поисках карманного фонарика. В темноте что-то уронил, от его шума проснулся и Афанасий. И они вдвоем стали искать источник запаха, обогнули камелек и… одновременно вскрикнули: за печкой, протянув к ним костлявую сморщенную руку, стояла маленькая высохшая до кости старушка, одетая в какое-то тряпье и источающая зловоние… Крича от ужаса, мужчины в чем были выскочили на улицу и дали деру. Опомнились только далеко в лесу. Ночь провели, сидя под лиственницей и дрожа от холода и страха, пока достаточно не рассвело и можно было вернуться за своими вещами…
Страница 2 из 2
