Николо-Архангельское кладбище Москвы, одно из самых больших (если не самое большое), находится от меня всего в 15 минутах ходьбы. История эта случилась со мной несколько лет назад, точно уже и не помню. В Москве трудно найти тихий уголок, а тут — надо же — лес, большие деревья, асфальтовые дорожки, море зелени и почти нет людей. Во всяком случае, в обычные дни. А ещё и любопытство: ах, кто же там похоронен, что за знаменитости? Кстати, Жанна Фриске тогда ещё пела и только через несколько лет ляжет в эту землю.
Добавить в моё избранное
6 мин, 32 сек 7931
И вот однажды, в тихий солнечный день конца августа, я отправился туда на разведку. По цвету зелени уже чувствовалось приближение осени, и в то же время лето ещё буйствовало вовсю: солнце пекло, стрекотали в траве кузнечики, порхали бабочки. В общем, первый раз всё прошло нормально, да и был я в основном недалеко от главного входа. А вот во второй раз! Как-то так получилось, что первая половина дня у меня была занята, и только после 17.00 я миновал главный вход, попыхивающий дымком крематорий и углубился в аллеи. Людей было мало, можно сказать, единицы, солнце ещё довольно высоко, и ничего не мешало попробовать разгадать тайну смерти, а ведь согласитесь, многих она будоражит, отравляя существование: сегодня человек жив (неважно, богатый ты или бедный, мужчина или женщина, старый или молодой), а завтра его нет и непонятно, где он теперь. А всё непонятное вызывает страх или, по крайней мере, беспокойство. Вот это беспокойство и толкнуло меня пройтись по кладбищенским аллеям в надежде хоть что-нибудь понять. И если уж не смысл смерти, то хотя бы смысл жизни.
Осмотрев ещё какую-то часть кладбища, я обратил внимание, что заметно стемнело, а из-за высоких деревьев и густых кустов в боковых маленьких аллейках наступили настоящие сумерки. Надо было уходить, тем более что забрался я довольно далеко вглубь, да и ничего интересного не обнаружил. И вот, когда я выбирался (уже минут 40), путаясь, чертыхаясь и иногда возвращаясь к исходной точке, и наконец вступил в последнюю, боковую, полутёмную аллею, которая должна была вывести меня на главную, а там уже и рукой подать до входа, из кустов вышла женщина. Было это метров за 20 до меня. Она не то чтобы вышла, она как бы материализовалась, ибо, если бы она шла мне наперерез (а именно так она и должна была идти), я бы её непременно заметил — кусты там были жиденькие, но она появилась из ниоткуда.
Была она абсолютно нагой, среднего роста, короткая стрижка. На вид 37-42 года, ну, или не старше 45. Итак, она вышла из кустов и сразу направилась ко мне. Естественно, я оторопел. Как раз недавно я прочитал книжку некоего индийского йога, который утверждал, что медитировать лучше всего на кладбищах. Мол, сядешь на могильную плиту и ничто тебя не беспокоит, и заканчивал книгу известным изречением: бояться надо не мёртвых, а живых. И я ему поверил. Да и как не поверить, все же знают, что мёртвые не ходят и вреда не причиняют, к тому же лежат глубоко в земле.
Когда женщина приблизилась метров на 5-6, я рассмотрел её лучше, а точнее, окончательно пришёл в ужас — у неё не было глаз! Вместо глаз были какие-то кровяные шарики, и кровь была не красной, а застарелой, бурой, примерно цвета йода. В остальном у неё было всё, что бывает у нормальных женщин: грудь, треугольник на лобке.
«Меня изнасиловали», — проговорила она, и гримаса страдания исказила её лицо. «Кто?» — машинально спрашиваю я, пытаясь выиграть время и пятясь от неё назад. Она не отвечает и идёт прямо на меня, вращая своими кровяными шариками в глазницах. Надо заметить, что шла она, совершенно не стесняясь своей наготы, шла свободно, раскованно, так, словно была в одежде. Каюсь, была секунда, когда мне показалось, что безглазая хочет меня прикончить, но она вдруг неожиданно развернулась и бросилась бежать по аллее с такой прытью, что только пятки сверкали да мощно работали ягодицы. Я вздохнул с облегчением. Добежав до главной аллеи, она не повернула, как я ожидал, к выходу и даже не посмотрела в ту сторону, а ещё сильнее припустилась вглубь кладбища, туда где были последние, свежие захоронения. Бежала абсолютно уверенно, видимо, кладбище ей было хорошо знакомо. Я стоял озадаченный: куда, как не к главному входу бежать изнасилованной — там охрана, там телефон, можно вызвать полицию (тогда милицию).
И уже в густых сумерках и полном смятении я подошёл к выходу, не встретив по пути ни одной живой души.
Когда я рассказал эту историю своему знакомому, он, почесав в затылке, ответил так:
— И чёрт тебя туда понёс! Вот сказала бы она, что это ты её изнасиловал, и что бы ты сейчас делал?
Ну что ж, логично, но только на первый взгляд. Следуя этому совету, ходить нельзя мимо любых кустов, а не только на кладбищах, а заодно и мимо подъездов, подворотен, лифтов и т. д., ведь изнасилованная может появиться откуда угодно. А если серьёзно, я обратил внимание на некоторые странности в её виде и поведении. Конечно, чтобы расставить все точки над «i», надо было бы за ней побежать, но мне как-то это в голову не пришло. Итак, что у неё с глазами? Может, её и правда изнасиловали, а перед этим сильно ударили по голове (например, бутылкой), отсюда и кровоизлияние? Но то, с какой скоростью она бежала, как-то не говорит о её плохом физическом состоянии. Кстати, а где её одежда? Не думаю, что насильник или насильники забрали её с собой, зачем она им? А может, всё-таки одежда в могиле истлела, ну не пойдёт же покойница в магазин за новой!
Осмотрев ещё какую-то часть кладбища, я обратил внимание, что заметно стемнело, а из-за высоких деревьев и густых кустов в боковых маленьких аллейках наступили настоящие сумерки. Надо было уходить, тем более что забрался я довольно далеко вглубь, да и ничего интересного не обнаружил. И вот, когда я выбирался (уже минут 40), путаясь, чертыхаясь и иногда возвращаясь к исходной точке, и наконец вступил в последнюю, боковую, полутёмную аллею, которая должна была вывести меня на главную, а там уже и рукой подать до входа, из кустов вышла женщина. Было это метров за 20 до меня. Она не то чтобы вышла, она как бы материализовалась, ибо, если бы она шла мне наперерез (а именно так она и должна была идти), я бы её непременно заметил — кусты там были жиденькие, но она появилась из ниоткуда.
Была она абсолютно нагой, среднего роста, короткая стрижка. На вид 37-42 года, ну, или не старше 45. Итак, она вышла из кустов и сразу направилась ко мне. Естественно, я оторопел. Как раз недавно я прочитал книжку некоего индийского йога, который утверждал, что медитировать лучше всего на кладбищах. Мол, сядешь на могильную плиту и ничто тебя не беспокоит, и заканчивал книгу известным изречением: бояться надо не мёртвых, а живых. И я ему поверил. Да и как не поверить, все же знают, что мёртвые не ходят и вреда не причиняют, к тому же лежат глубоко в земле.
Когда женщина приблизилась метров на 5-6, я рассмотрел её лучше, а точнее, окончательно пришёл в ужас — у неё не было глаз! Вместо глаз были какие-то кровяные шарики, и кровь была не красной, а застарелой, бурой, примерно цвета йода. В остальном у неё было всё, что бывает у нормальных женщин: грудь, треугольник на лобке.
«Меня изнасиловали», — проговорила она, и гримаса страдания исказила её лицо. «Кто?» — машинально спрашиваю я, пытаясь выиграть время и пятясь от неё назад. Она не отвечает и идёт прямо на меня, вращая своими кровяными шариками в глазницах. Надо заметить, что шла она, совершенно не стесняясь своей наготы, шла свободно, раскованно, так, словно была в одежде. Каюсь, была секунда, когда мне показалось, что безглазая хочет меня прикончить, но она вдруг неожиданно развернулась и бросилась бежать по аллее с такой прытью, что только пятки сверкали да мощно работали ягодицы. Я вздохнул с облегчением. Добежав до главной аллеи, она не повернула, как я ожидал, к выходу и даже не посмотрела в ту сторону, а ещё сильнее припустилась вглубь кладбища, туда где были последние, свежие захоронения. Бежала абсолютно уверенно, видимо, кладбище ей было хорошо знакомо. Я стоял озадаченный: куда, как не к главному входу бежать изнасилованной — там охрана, там телефон, можно вызвать полицию (тогда милицию).
И уже в густых сумерках и полном смятении я подошёл к выходу, не встретив по пути ни одной живой души.
Когда я рассказал эту историю своему знакомому, он, почесав в затылке, ответил так:
— И чёрт тебя туда понёс! Вот сказала бы она, что это ты её изнасиловал, и что бы ты сейчас делал?
Ну что ж, логично, но только на первый взгляд. Следуя этому совету, ходить нельзя мимо любых кустов, а не только на кладбищах, а заодно и мимо подъездов, подворотен, лифтов и т. д., ведь изнасилованная может появиться откуда угодно. А если серьёзно, я обратил внимание на некоторые странности в её виде и поведении. Конечно, чтобы расставить все точки над «i», надо было бы за ней побежать, но мне как-то это в голову не пришло. Итак, что у неё с глазами? Может, её и правда изнасиловали, а перед этим сильно ударили по голове (например, бутылкой), отсюда и кровоизлияние? Но то, с какой скоростью она бежала, как-то не говорит о её плохом физическом состоянии. Кстати, а где её одежда? Не думаю, что насильник или насильники забрали её с собой, зачем она им? А может, всё-таки одежда в могиле истлела, ну не пойдёт же покойница в магазин за новой!
Страница 1 из 2
