Мы с моим другом Кеном обожаем видеоигры. Однажды за одной из таких игр случилось нечто, перевернувшее наше мировосприятие.
8 мин, 57 сек 17856
— И что нам нужно делать? — спросил Кен, нажимая на все клавиши, в попытках управлять своим персонажем. Наконец, он нажал на одну из кнопок и мини Кен вытащил из-за спины огромный разделочный нож, показательно сверкнувший на экране монитора.
— Что ты сделал? — взволновано обратился я к нему.
— Не знаю, — едва живым голосом произнес Кен.
— Что за… Персонаж Кена замахнулся ножом и с периодичной последовательностью принялся втыкать его в спящего Рому. Острие ножа вонзалось в живот по самую рукоять. Из под одеяла стала сочиться густая красная кровь, пропитывающая простыню и безмолвно стекающая с кровати на пол. Кровь заливала паркет. А Кен в это время неугомонно кромсал тело, с нарастающей быстротой погружая клинок все глубже и глубже, пока не проткнул им матрас. Из динамиков доносился мучительный крик, который нас так напугал, что я предпринял попытку выключить колонки. Однако это не сработало. Истошный вопль заполнил все наше нутро. Мы были в ступоре и не пытались, как-то предотвратить убийство.
— Ты убил Рому, — выдавил я из себя одну фразу. Расширенные глаза Кена глядели на заплывший кровью экран и надпись: «blood lust! You win!» — Нет. Я не мог убить его. Конечно, он мне не нравился своим хвастовством и отношением к другим людям, и вообще я считал его по жизни полным гавном, но чтобы убить — нет. Это же игра! Всего лишь игра. С ним все в порядке, — продолжал убеждать себя Кен, а затем вдруг не выдержал, опрокинул стул на пол и начал дико кричать: -Блять! Сука! Блять!
Наконец, когда он успокоился и сел, заговорил я:
— Нужно что-то с этим делать, чувак.
— А что тут сделаешь?
— Да хотя бы сказать кому-нибудь, мы же не можем оставить это в секрете.
— Давай сломаем к черту этот комп.
— Нет, не вариант, также, как и не выполнять поручения этой садисткой игры.
— Это почему же нельзя? Нахуй твой компьютер, купишь себе новый!
— Я не из-за этого переживаю. Когда ты ушел оно было готово убить тебя, если бы ты не вернулся, но есть ли у нас гарантия, что подобная херь не произойдет, если мы уничтожим комп. Что если таким образом мы обречем себя на верную смерть?
— Что ты предлагаешь? — спросил Кен.
— Подождать до завтра и если выясниться, что с Ромой все в порядке, мы сломаем этот чертов комп, идет?
— Ладно.
Экран монитора тускло мерцал. Оказывается игра вышла в главное меню. С черного потолка свисали кровавые железные цепи, но о выходе из игры не было и речи. В школе Рома так и не появился. Мы ждали, верили, надеялись, а потом, в конце шестого урока пришел сам директор, и тогда я понял — дело дрянь. Рома умер именно так, как был убит в игре его персонаж. Директор не стал подробно расписывать нам его ужасную смерть, только сообщил, когда будут похороны, о том какая это потеря для нашей школы, о том, что скорбит вместе со всеми и прочее дерьмо, а потом ушел. Наверное домой, чтобы заказать пиццу — жирный ублюдок! Но больше всех страдали мы: я и Кен, которые каким-то мистическим образом являлись убийцами Ромы. Да, мы убийцы, как бы тяжело не было это осознавать, боже, это чертовски тяжело, даже думать об этом невыносимо.
Неконтролируемая дрожь охватила Кена.
— Возьми себя в руки, — жестко скомандовал я.
— Тебе легко говорить, это не ты нажал на кнопку, можно сказать спустил курок. Это сделал я — я убил его. Я убийца, — прошептал Кен побледнев.
После уроков мы вернулись ко мне домой, чтобы обсудить дальнейший план действий, хотя, блять, какой нахуй план, когда такой хуй навис над нами гигантский, и теперь он здесь главный, он говорит и приказывает нам, что делать, а если мы это не сделаем — сдохнем, как крысы! Мы даже сообщить об этом никому не можем, ведь какой больной шизофреник поверит в правдивость нашей истории, а если даже и поверит, не посадят ли нас за убийство в тюрягу? Я-то еще переживу, однако помнится вычитал в одной книге, что делают в тюрьме с такими, как мой друг Кен, и думаю ему бы это весьма не понравилось.
Мама, как всегда оказалась на работе, поэтому в квартире мы были одни. Друга все еще трясло, словно он заболел. Кен никак не мог поверить, что действительно убил Рому, и я его прекрасно понимаю. Хоть вина висела на нем, тем не менее, мне было также херово, как и ему.
В комнате по-прежнему работал компьютер. Меню на экране исчезло и снова началась игра. На этот раз наши персонажи находились в комнате, которую я не узнал.
— Что нам делать? — обратился ко мне Кен.
Я нажал на «Esc» в очередной попытке вырубить игру, но все повторилось сначала:«Play or die» — Может на этот раз убивать не придется, — сказал я, однако мальчик лежащий на кровати и наши герои, окружившие его с двух сторон, полагали иначе. Он был одет в синюю пижаму, но никого из знакомых нам не напоминал.
— Значит так: ничего трогать мы не будем, клавиши не нажимай.
— Что ты сделал? — взволновано обратился я к нему.
— Не знаю, — едва живым голосом произнес Кен.
— Что за… Персонаж Кена замахнулся ножом и с периодичной последовательностью принялся втыкать его в спящего Рому. Острие ножа вонзалось в живот по самую рукоять. Из под одеяла стала сочиться густая красная кровь, пропитывающая простыню и безмолвно стекающая с кровати на пол. Кровь заливала паркет. А Кен в это время неугомонно кромсал тело, с нарастающей быстротой погружая клинок все глубже и глубже, пока не проткнул им матрас. Из динамиков доносился мучительный крик, который нас так напугал, что я предпринял попытку выключить колонки. Однако это не сработало. Истошный вопль заполнил все наше нутро. Мы были в ступоре и не пытались, как-то предотвратить убийство.
— Ты убил Рому, — выдавил я из себя одну фразу. Расширенные глаза Кена глядели на заплывший кровью экран и надпись: «blood lust! You win!» — Нет. Я не мог убить его. Конечно, он мне не нравился своим хвастовством и отношением к другим людям, и вообще я считал его по жизни полным гавном, но чтобы убить — нет. Это же игра! Всего лишь игра. С ним все в порядке, — продолжал убеждать себя Кен, а затем вдруг не выдержал, опрокинул стул на пол и начал дико кричать: -Блять! Сука! Блять!
Наконец, когда он успокоился и сел, заговорил я:
— Нужно что-то с этим делать, чувак.
— А что тут сделаешь?
— Да хотя бы сказать кому-нибудь, мы же не можем оставить это в секрете.
— Давай сломаем к черту этот комп.
— Нет, не вариант, также, как и не выполнять поручения этой садисткой игры.
— Это почему же нельзя? Нахуй твой компьютер, купишь себе новый!
— Я не из-за этого переживаю. Когда ты ушел оно было готово убить тебя, если бы ты не вернулся, но есть ли у нас гарантия, что подобная херь не произойдет, если мы уничтожим комп. Что если таким образом мы обречем себя на верную смерть?
— Что ты предлагаешь? — спросил Кен.
— Подождать до завтра и если выясниться, что с Ромой все в порядке, мы сломаем этот чертов комп, идет?
— Ладно.
Экран монитора тускло мерцал. Оказывается игра вышла в главное меню. С черного потолка свисали кровавые железные цепи, но о выходе из игры не было и речи. В школе Рома так и не появился. Мы ждали, верили, надеялись, а потом, в конце шестого урока пришел сам директор, и тогда я понял — дело дрянь. Рома умер именно так, как был убит в игре его персонаж. Директор не стал подробно расписывать нам его ужасную смерть, только сообщил, когда будут похороны, о том какая это потеря для нашей школы, о том, что скорбит вместе со всеми и прочее дерьмо, а потом ушел. Наверное домой, чтобы заказать пиццу — жирный ублюдок! Но больше всех страдали мы: я и Кен, которые каким-то мистическим образом являлись убийцами Ромы. Да, мы убийцы, как бы тяжело не было это осознавать, боже, это чертовски тяжело, даже думать об этом невыносимо.
Неконтролируемая дрожь охватила Кена.
— Возьми себя в руки, — жестко скомандовал я.
— Тебе легко говорить, это не ты нажал на кнопку, можно сказать спустил курок. Это сделал я — я убил его. Я убийца, — прошептал Кен побледнев.
После уроков мы вернулись ко мне домой, чтобы обсудить дальнейший план действий, хотя, блять, какой нахуй план, когда такой хуй навис над нами гигантский, и теперь он здесь главный, он говорит и приказывает нам, что делать, а если мы это не сделаем — сдохнем, как крысы! Мы даже сообщить об этом никому не можем, ведь какой больной шизофреник поверит в правдивость нашей истории, а если даже и поверит, не посадят ли нас за убийство в тюрягу? Я-то еще переживу, однако помнится вычитал в одной книге, что делают в тюрьме с такими, как мой друг Кен, и думаю ему бы это весьма не понравилось.
Мама, как всегда оказалась на работе, поэтому в квартире мы были одни. Друга все еще трясло, словно он заболел. Кен никак не мог поверить, что действительно убил Рому, и я его прекрасно понимаю. Хоть вина висела на нем, тем не менее, мне было также херово, как и ему.
В комнате по-прежнему работал компьютер. Меню на экране исчезло и снова началась игра. На этот раз наши персонажи находились в комнате, которую я не узнал.
— Что нам делать? — обратился ко мне Кен.
Я нажал на «Esc» в очередной попытке вырубить игру, но все повторилось сначала:«Play or die» — Может на этот раз убивать не придется, — сказал я, однако мальчик лежащий на кровати и наши герои, окружившие его с двух сторон, полагали иначе. Он был одет в синюю пижаму, но никого из знакомых нам не напоминал.
— Значит так: ничего трогать мы не будем, клавиши не нажимай.
Страница 2 из 3