Переулок

Ленка уже ждала меня дома и я со смехом рассказал ей байку про ведьму и про то, как мы сегодня проверяли переулок. Она взъерошила волосы на моей голове и рассмеявшись, щёлкнула по носу.

— Смотри у меня, ели задержишься на работе — буду знать, что с ведьмой шашни по переулкам крутишь!

Следующие несколько смен прошли спокойно, мы с Лёхой доходили до злосчастного переулка, потом он отправлялся на пост, а я — домой. Так прошла неделя.

В очередной раз, как обычно, мы с Лёхой, шли до переулка, обсуждая погоду и женщин. Дворняга, которой до сих пор не удосужились дать кличку, внезапно заскулила, как от боли и прихрамывая, метнулась от нас к забору, напротив переулка. Я, на всякий случай скользнув лучом фонаря по темноте между стен, подбежал к забившемуся и тихо скулящему псу.

— Ну что такое?, — ласково пробормотал я испуганной собаке и взял её лапу.

— Бедолага.

Крупный осколок стекла пронзал насквозь лапу животного и густая, тёмная кровь капала на землю.

— На стекло наступила! — крикнул я стоящему на дороге Лёхе и повернулся к нему. Сердце перестало биться и волосы поднялись дыбом на голове. Прямо за спиной напарника, в темноте переулка светились огромные глаза и улыбка. Дыхание перехватило, я дрожащей рукой направил на Лёху луч фонаря, но вырвавшаяся из под ног собака выбила его у меня из рук и с диким визгом убежала в темноту. Фонарь упал на землю и выключился, я на секунду отвлёкся на него, а когда поднял взгляд, Лёхи уже не было. Дорога была пуста, во тьме переулка не горели глаза и даже вой дворняги скрылся где-то вдалеке.

С трудом совладав с гортанью, я прохрипел.

— Лёша!

Нет ответа.

— Лёха, выходи!

Молчание.

— Твою мать!

Пытаясь одновременно совладать с голосом, дрожащими руками и не включающимся фонарём, я на полусогнутых подошёл к переулку. Наконец, фонарь включился и луч прорезал темноту. Никого.

— Не шути, Лёх, меня сейчас приступ хватит!

Я с надеждой прислушался, надеясь услышать сдавленный смех, шорох или дыхание спрятавшегося напарника, но тишина вокруг была давящей, только скрип ржавого фонаря, качавшегося без ветра, разносился между старых заводских корпусов.

Желание сделать ноги неистово боролось с желанием найти напарника. Совершив огромное волевое усилие, я всё же сделал шаг в переулок. Он мог прятаться за поворотом. Я уже почти дошёл до угла, когда позади послышался лёгкий шорок — я резко обернулся, но это дворняга с любопытством, заглядывала в переулок. Спустя секунду я понял, что смотрит она не на меня… Чей-то выдох за спиной легонько коснулся волос на моей макушке и словно спусковой крючок, толкнул меня, как пулю, из этого переулка. Я побежал не потому, что кто-то дышал позади меня, ведь это мог быть шутивший Лёха. Я побежал потому, что ОНО дышало на меня так, будто было трёхметрового роста. Я бежал и бежал, стараясь выжать максимум из своих ног. Не помню, как очутился у двери дома, не помню, как запер за собой дверь и сполз по ней, стараясь удержать сердце в груди. Ленки дома не было, в пустой квартире тихо тикали лишь настенные часы.

На дрожащих ногах я подошёл к окну и стоя в темноте, смотрел на дорогу и заводские корпуса внизу. Выход из переулка был хорошо виден отсюда, но ни Лёхи, ни пса, ни того, что дышало мне в макушку, никого там не было. Пустота.

В двери зазвенели ключи. Я вздрогнул было, но поняв, что просто вернулась Ленка, чуть-чуть расслабился, продолжая рассматривать пустую дорогу. Ухо уловило, как по комнате прошло какое то животное и сзади, в спину, мне упёрлись собачьи лапы.

На оконном стекле, будто от чьего то дыхания, выступила испарина, на которой стали выводиться буквы.

«Обернись, зайчишка».

Я увидел, как во окне отразились два огромных блюдца-глаза и улыбка за моей спиной… Ярик возвращался с дневной смены на своей новой работе. Был уже поздний вечер да и о районе ходило много слухов, но деньги платили неплохие, даже очень, поэтому исчезнувший молодой парень, чьё место он теперь занимал, его мало волновал. Из будничных мыслей его вырвал голос молодой, красивой девчонки.

— Эй, красавчик, не поможешь слабой девушке? У меня тут два тяжеленных чемодана из квартиры спустить надо.

Парень окинул взглядом привлекательную брюнетку и не смог отказать. Чемоданы действительно оказались тяжеленные, он с трудом донёс их, сначала до лифта, а затем и до открытого багажника машины.

— Что у тебя там? — отдуваясь, со смешком спросил Ярик.

— Бывший парень, — рассмеялась девушка, — страшно люблю расчленёнку и чёрный юмор!

Сделав паузу, она окинула Ярика оценивающим взглядом.

— И молодых, сильных красавчиков. Правда, пёсик?

Непонятно откуда взявшаяся дворняга весело гавкнула и упёрлась в Ярика своими лапами…