Тёмная комната, больше похожая на коробку из-за идеально кубической формы и отделки досками. В центре круглый стол тёмного дуба, у него два плетёных кресла. В креслах сидят два человека, за их спиной камин. На каминной полке портреты викторианского периода. На столе, что в центре комнаты, стоит свеча.
Добавить в моё избранное
0 мин, 48 сек 7880
— Забавно.
— Забавно? — голос человека, сидящего слева, доносился будто из-за могильной плиты.
— Это я и сказал. А ещё обидно. Очень обидно… Точно ничего уже не сделать?
— Ну, если ты сможешь поставить мат одним королём… На столе лежала шахматная доска, прямо на месте исчезнувшей свечи.
— Никогда бы не подумал, что у типа вроде тебя может быть чувство юмора.
Свет камина плясал на стене, вырисовывая неясные очертания моего собеседника.
— Ты тянешь время.
— Я думал, это и называется жизнью.
— Свечи осталось меньше чем на минуту.
Я вглядывался в огонь свечи, пытаясь разгадать его танец.
— Чего же тогда медлить?
Король в моей руке казался слегка шершавым. Звук фигуры, опускаемой на доску, был ударом колокола. В ответ чёрный ферзь двинулся через всю доску. Я смотрел на неё и слезы текли по моей щеке.
— Всё?
— Я готов.
Собеседник протянул мне руку. Свеча, закачавшись, упала, потухла и скатилась со стола, разбрызгивая красный воск. Я улыбнулся, задержал дыхание, и принял его сухие костлявые пальцы в свою ладонь.
— Забавно? — голос человека, сидящего слева, доносился будто из-за могильной плиты.
— Это я и сказал. А ещё обидно. Очень обидно… Точно ничего уже не сделать?
— Ну, если ты сможешь поставить мат одним королём… На столе лежала шахматная доска, прямо на месте исчезнувшей свечи.
— Никогда бы не подумал, что у типа вроде тебя может быть чувство юмора.
Свет камина плясал на стене, вырисовывая неясные очертания моего собеседника.
— Ты тянешь время.
— Я думал, это и называется жизнью.
— Свечи осталось меньше чем на минуту.
Я вглядывался в огонь свечи, пытаясь разгадать его танец.
— Чего же тогда медлить?
Король в моей руке казался слегка шершавым. Звук фигуры, опускаемой на доску, был ударом колокола. В ответ чёрный ферзь двинулся через всю доску. Я смотрел на неё и слезы текли по моей щеке.
— Всё?
— Я готов.
Собеседник протянул мне руку. Свеча, закачавшись, упала, потухла и скатилась со стола, разбрызгивая красный воск. Я улыбнулся, задержал дыхание, и принял его сухие костлявые пальцы в свою ладонь.
