Могу рассказать, после чего я стала ходить в церковь обязательно три раза в месяц и ставить свечку за здравие семьи своей.
Добавить в моё избранное
1 мин, 14 сек 12083
Все ведь знают про теракт на Дубровке — когда террористы захватили зрителей и актеров во время мюзикла «Норд Ост».
Дело в том, что я и мои родители купили билеты аккурат на это самое представление. А купили вместе еще с несколькими ребятами и учителями, в школе, у распространителя. Помню, очень хотелось нам на мюзикл поспать. Я за несколько дней до него начала выбирать, что надеть и так далее. А аккурат в день представления я, пойдя в школу, вернулась после первого урока с температурой 38, которая потом поднялась до 39. Естественно, вызвали врача, и встал вопрос, идти без меня или нет идти вовсе.
Я расплакалась, просила родителей не ходить без меня, говорила — мне очень обидно будет. Это я потом начала понимать, что внутри что-то такое давило и сжималось, кричало, что б даже и не думали ходить. В общем — пришел с работы отец, глянул на меня и сказал, что не страшно, выздоровею — еще куда-нибудь сходим. Короче говоря, все поужинали, меня взяли на диван и все вместе сидели что-то смотрели. До сих пор помню реакцию родителей, когда вдруг включился экстренный выпуск новостей и передали, что театр захвачен террористами. Отец тогда от шока выругался таким матом, которого я от него больше никогда не слышала. Мама валерьянки напилась, а на утро побежала в церковь, ставить свечки за здравие и нашей семьи и тех, кто все же туда пошел.
Там погибло 2 моих подруги и учительница истории.
А те билеты мама выкинула прямо сразу, сказала, что надо избавиться от всего, что напоминает.
Дело в том, что я и мои родители купили билеты аккурат на это самое представление. А купили вместе еще с несколькими ребятами и учителями, в школе, у распространителя. Помню, очень хотелось нам на мюзикл поспать. Я за несколько дней до него начала выбирать, что надеть и так далее. А аккурат в день представления я, пойдя в школу, вернулась после первого урока с температурой 38, которая потом поднялась до 39. Естественно, вызвали врача, и встал вопрос, идти без меня или нет идти вовсе.
Я расплакалась, просила родителей не ходить без меня, говорила — мне очень обидно будет. Это я потом начала понимать, что внутри что-то такое давило и сжималось, кричало, что б даже и не думали ходить. В общем — пришел с работы отец, глянул на меня и сказал, что не страшно, выздоровею — еще куда-нибудь сходим. Короче говоря, все поужинали, меня взяли на диван и все вместе сидели что-то смотрели. До сих пор помню реакцию родителей, когда вдруг включился экстренный выпуск новостей и передали, что театр захвачен террористами. Отец тогда от шока выругался таким матом, которого я от него больше никогда не слышала. Мама валерьянки напилась, а на утро побежала в церковь, ставить свечки за здравие и нашей семьи и тех, кто все же туда пошел.
Там погибло 2 моих подруги и учительница истории.
А те билеты мама выкинула прямо сразу, сказала, что надо избавиться от всего, что напоминает.
