Одна светская дама, назовём её Лариской, внезапно овдовела. Её супруг, назовём его Борис Борисович, одним совершенно обычным вечером пришёл с работы, как всегда посидел в сортире час-полтора с газетами и журналами (была у него такая привычка), а выйдя оттуда, уселся перед телевизором в ожидании ужина и — умер. Заходит жена в комнату с подносом, а он там посередине дивана сидит (как всегда), на Горбачёва в «ящике» пялится. А глаза как оледенели.
Добавить в моё избранное
3 мин, 40 сек 16690
Дама сперва даже не поверила, скорую вызвала. Но, увы, супруг её скончался, так и не поевши. Сердце. Ожирение, нервная руководящая должность, «Перестройка»… Похоронили Бориса Борисовича с подобающей пышностью. Многочисленные друзья, сослуживцы и просто благодарные люди сказали над гробом много тёплых слов, съели-выпили на поминках припасов на всю имевшуюся у Лариски на руках наличность и как будто забыли, что был такой солидный товарищ, царство ему небесное. Хотя, какое там царство — коммунисты же все. Лариска, поносивши траур положенные сорок дней, активно принялась за поиски второй половины. Тоже можно понять — не молодка уже, а жить привыкла семейно.
И её поиски вскоре увенчались успехом. Мужчина, назовём его Стасом, высоко ценил свою Ларисочку и её многочисленные домохозяйственные таланты. К тому же, это был Мужчина, в отличие от покойного муженька, которого «хронический нестоит» одолел ещё раньше, чем была зачата их младшая дочь. Лариска ухватилась за этот шанс изо всех сил и упускать не собиралась. Стас тоже был рад переселиться от соседей на подселении в благоустроенную«трёшку»… Но вот беда — в квартире стало неспокойно. Слышались грузные шаги в коридоре, скрипел и как будто проваливался посередине диван, сама собою открывалась дверца бара… Но самые выразительны звуки раздавались из туалета, и по большей части как раз тогда, когда любовники начинали миловаться. Стаса это очень отвлекало. Лариска страшно злилась, плохо поминала Бориса Борисовича (а кому ещё там быть?) и, как последняя дурочка, бегала за «этим делом» к Стасу в строительный вагончик. Сил и дальше делать вид, что ничего особенного не происходит, больше не было, и дама приступила к решительным мерам по устранению ревнивого не-покойника. То есть, обратилась за помощью к самому известному в её кругах экстрасенсу Люсеньке. Уж не знаю, были ли у этой дамочки какой паранормальный талант, но среди подружек она числилась специалистом.
Помедитировав, Люсенька обошла квартиру с рамками и вынесла вердикт: дух облюбовал в качестве основного пристанища унитаз. И по уму бы от него (в смысле, от унитаза) стоило бы избавиться.
Но, во-первых, второго такого голубого импортного компакта на замену не было, а простой советский агригат с трубой до потолка — это сами понимаете… Во-вторых, а вдруг это не поможет, а хорошая вещь пропадёт? Решили оздоравливать астральное поле без ущерба для имущества. Дамы провели «мозговой штурм» на тему«что его тут задержало» и пришли к выводу, что Борис Борисович, человек крепких привычек, не успел в тот трагический вечер поужинать. Лариска приготовила то же самое блюдо, что и тогда, до полноты поставила на поднос ещё и чарку водки с хлебушком сверху (для покойника ведь) и установила всё это пиршество на табуретке в сортире. Люсенька расставила по углам свечки и ароматические палочки, прочла заклинания. Дамы закрыли помещение и отправились на кухню лечить нервы коньяком. Лечились до полного умиления, и совсем было сочли свою миссию успешно выполненной, как сама собой открылась запертая на щеколду дверь туалета, а на кухне стало вдруг очень холодно (это летом-то, в Средней Азии). Мигом протрезвевшие подружки отправились ночевать к Люсеньке только что не бегом.
В общем, в квартире у Лариски стало совсем плохо. Упорная Люсенька старалась как могла: и молитвы читала по книжке с ятями, и ароматы меняла, и серебром воду «там» ионизировала… Результат не наступал. А тут и Ларискины дочки вернулись из пионерского лагеря. Лариска ничего им не говорила, да и себя стала уже уже убеждать, что дело в её голове, и начала подыскивать платного психиатра. Но, когда старшая дочка заявила, что сходит в туалет к соседке потому, что«в нашем опять папа засел», бросила эту дурь и стала искать попа. Но ни одного священника в Ларискином окружении не было. Хотела она уже сама за попом в Ташкент ехать, да знающие женщины объяснили, что «батюшки» некрещённых не обслуживают. Дочки стали часто ночевать у подруг и знакомых, что плохо сказывалось на успеваемости. Волей-неволей, пришлось бедной женщине решать проблему самостоятельно.
С оказией была доставлена фляга святой воды аж из самой Москвы. Лариска взяла ту самую мужнину одежду, в которой он приставился, и этим здороенным комом трижды вымыла всю квартиру со святой водой. При этом она такие «заклинания» читала, что притихшие дочери внимали, открывши рты. Никогда с мужем при его жизни не скандалила, а тут высказала бедняге всё, что было не так за без малого двадцать лет идеального брака! И что вы думаете? Когда Лариска сливала последний таз с грязной водой, унитаз лопнул! Вместе с трубой! Потоп, конечно, случился грандиозный. После Лариске даже пришлось оплачивать ремонт соседям с обоих нижних этажей. Но беспокойный дух пропал.
А что же Стас? Он бросил Лариску, и вскоре уехал в Россию. Говорят, он стал священником.
И её поиски вскоре увенчались успехом. Мужчина, назовём его Стасом, высоко ценил свою Ларисочку и её многочисленные домохозяйственные таланты. К тому же, это был Мужчина, в отличие от покойного муженька, которого «хронический нестоит» одолел ещё раньше, чем была зачата их младшая дочь. Лариска ухватилась за этот шанс изо всех сил и упускать не собиралась. Стас тоже был рад переселиться от соседей на подселении в благоустроенную«трёшку»… Но вот беда — в квартире стало неспокойно. Слышались грузные шаги в коридоре, скрипел и как будто проваливался посередине диван, сама собою открывалась дверца бара… Но самые выразительны звуки раздавались из туалета, и по большей части как раз тогда, когда любовники начинали миловаться. Стаса это очень отвлекало. Лариска страшно злилась, плохо поминала Бориса Борисовича (а кому ещё там быть?) и, как последняя дурочка, бегала за «этим делом» к Стасу в строительный вагончик. Сил и дальше делать вид, что ничего особенного не происходит, больше не было, и дама приступила к решительным мерам по устранению ревнивого не-покойника. То есть, обратилась за помощью к самому известному в её кругах экстрасенсу Люсеньке. Уж не знаю, были ли у этой дамочки какой паранормальный талант, но среди подружек она числилась специалистом.
Помедитировав, Люсенька обошла квартиру с рамками и вынесла вердикт: дух облюбовал в качестве основного пристанища унитаз. И по уму бы от него (в смысле, от унитаза) стоило бы избавиться.
Но, во-первых, второго такого голубого импортного компакта на замену не было, а простой советский агригат с трубой до потолка — это сами понимаете… Во-вторых, а вдруг это не поможет, а хорошая вещь пропадёт? Решили оздоравливать астральное поле без ущерба для имущества. Дамы провели «мозговой штурм» на тему«что его тут задержало» и пришли к выводу, что Борис Борисович, человек крепких привычек, не успел в тот трагический вечер поужинать. Лариска приготовила то же самое блюдо, что и тогда, до полноты поставила на поднос ещё и чарку водки с хлебушком сверху (для покойника ведь) и установила всё это пиршество на табуретке в сортире. Люсенька расставила по углам свечки и ароматические палочки, прочла заклинания. Дамы закрыли помещение и отправились на кухню лечить нервы коньяком. Лечились до полного умиления, и совсем было сочли свою миссию успешно выполненной, как сама собой открылась запертая на щеколду дверь туалета, а на кухне стало вдруг очень холодно (это летом-то, в Средней Азии). Мигом протрезвевшие подружки отправились ночевать к Люсеньке только что не бегом.
В общем, в квартире у Лариски стало совсем плохо. Упорная Люсенька старалась как могла: и молитвы читала по книжке с ятями, и ароматы меняла, и серебром воду «там» ионизировала… Результат не наступал. А тут и Ларискины дочки вернулись из пионерского лагеря. Лариска ничего им не говорила, да и себя стала уже уже убеждать, что дело в её голове, и начала подыскивать платного психиатра. Но, когда старшая дочка заявила, что сходит в туалет к соседке потому, что«в нашем опять папа засел», бросила эту дурь и стала искать попа. Но ни одного священника в Ларискином окружении не было. Хотела она уже сама за попом в Ташкент ехать, да знающие женщины объяснили, что «батюшки» некрещённых не обслуживают. Дочки стали часто ночевать у подруг и знакомых, что плохо сказывалось на успеваемости. Волей-неволей, пришлось бедной женщине решать проблему самостоятельно.
С оказией была доставлена фляга святой воды аж из самой Москвы. Лариска взяла ту самую мужнину одежду, в которой он приставился, и этим здороенным комом трижды вымыла всю квартиру со святой водой. При этом она такие «заклинания» читала, что притихшие дочери внимали, открывши рты. Никогда с мужем при его жизни не скандалила, а тут высказала бедняге всё, что было не так за без малого двадцать лет идеального брака! И что вы думаете? Когда Лариска сливала последний таз с грязной водой, унитаз лопнул! Вместе с трубой! Потоп, конечно, случился грандиозный. После Лариске даже пришлось оплачивать ремонт соседям с обоих нижних этажей. Но беспокойный дух пропал.
А что же Стас? Он бросил Лариску, и вскоре уехал в Россию. Говорят, он стал священником.
