В начале 90-х наш небольшой подмосковный городок на протяжении месяца гудел, как растревоженный улей. Еще бы! К нам пожаловал экстрасенс со своей программой. Тогдашние обыватели ассоциировали этого загадочного человечка, как среднее между чародеем и фокусником, ну, а сам герой времени называл себя скромно: белый колдун Король. Ажиотаж, вызванный его появлением, был сродни приезду самой-самой именитой звезды эстрады.
Добавить в моё избранное
6 мин, 53 сек 2066
На шоу, проходящее в здании Дома культуры, моя шустрая сестра раздобыла билеты, и мы отправились с ней в один из вечеров в сопровождении наших мужей.
Битком набитый зал с благоговейным трепетом взирал на сцену. Вскоре появился мужчина лет сорока в белых одеяниях. Его темные волосы аккуратными локонами спускались на плечи, на лице колосилась растительность в виде окладистой бородки. Голос его был мягким и хорошо поставленным. Я была премного наслышана о его потрясающих способностях, но относилась ко всему с долей здорового скепсиса, или, как говорила одна моя знакомая бабуля: «Верю всякому зверю, а тебе, ежу — погожу!» Король начал вещать со сцены. Говорил он ни о чем, а именно: у него необыкновенные способности, он умеет управлять как толпой в целом, так каждым индивидуумом в отдельности и… бла-бла-бла. В самом начале наш колдун попросил сцепить пальцы рук, положить их на колени и тихо слушать его ахинею. По истечении пяти минут маг констатировал:«А сейчас я скажу: раз-два-три… и те, у кого пальцы не расплелись — будьте любезны пройти для дальнейшего контакта!». Мои пальцы, естественно, расплелись, но я скрепила их снова, и как ни в чем не бывало, прошла к сцене, где стояла очередь из таких же, «поддающихся» чарам колдуна.
Далее был совершенный цирк. «Поддающийся» поднимался на сцену, вставал у одного края, а наш колдунишка вставал с противоположной стороны и, размахивая руками в воздухе, осторожными шажками приближался к жертве. Далее дядька демонстрировал толчок руками в воздухе, и жертва благополучно падала назад, как заправский манекен, аккурат в руки ассистента. Это называлось: объект созрел. Дождавшись своей очереди, я взгромоздилась на сцену, и стала с ехидной улыбочкой смотреть в ясны очи«шарлатана». Софиты слепили так, что зал я не видела совершенно, но очень хорошо видела, как на меня с вылезшими из орбит синими водянистыми глазами надвигается это мудрило. Его длинные костлявые пальцы уже мелькали перед моим носом, но я совсем не хотела по — театральному хлопаться в мнимый обморок и тем самым подыгрывать шельмецу. Меня сочли «неподдающейся» великим чарам мудреца и выпроводили обратно в зал. Увы! Теперь я стала не участником, а обычным зрителем. Посмотреть было на что! Под чутким руководством«дирижера» группа внушаемых, оставшаяся на сцене, плясала цыганочку, говорила на чистейшем английском, отправлялась в путешествие в свои прошлые жизни. Шоу удалось! Море оваций!
Как выяснилось, это была всего лишь первая часть, затравка. Далее началось действо! Король переоделся в черное, и начал со сцены нести очередную ахинею, типа: «Сейчас я силой своих способностей призову сюда тех, кто имеет сглаз, порчу, одержимость. Уважаемые родственники! Не держите своих близких. Они сами найдут дорогу. Если они поднялись со своих мест, значит, им нужна моя помощь»… и опять, бла-бла-бла… Далее стало происходить что-то невероятное! Из зала (включая балкон) к сцене стал стекаться народ. Их было немного, единицы. Они шли медленно, раскачиваясь из стороны в сторону, словно живые мертвецы. Сначала мне подумалось, что это — очередная подстава, но контингент был разнообразен: мимо прошел ребенок, вытянув впереди себя руки, с другой стороны шла девушка, рыдая в голос, за ней следовал мужик, издавая звуки, сродни нечеловеческому вою, откуда-то вылезла старуха, которая лаяла по-собачьи. Волосы у всех остальных, остававшихся на своих местах, стали вставать дыбом. Когда я в ужасе обернулась (места наши были около среднего прохода), то увидела молодого парня, который плелся, спотыкаясь. У него не было глаз, вернее, глаза он закатил так, что зияли одни белки. Он шел вслепую прямо к сцене. Я вжалась в кресло и уже готова была сползти от страха на пол!
Ассистенты сопровождали убогих на сцену и выстраивали их в ряд. К каждому по очереди подходил Король, и с помощью все тех же ассистентов, переставлявших микрофон от колдуна к жертве, мы слышали диалог. Например, на ребенке была жуткая порча и маг (разговаривая с телом ребенка, а по сути, вместо детского голоска шел голос взрослого человека, наведшего порчу), снимал все это с помощью каких-то слов и манипуляцией со свечами.
Так он очень долго стоял около каждого проклятого, делая свое дело. Некоторые из несчастных просто хлопались в обмороки во время процедуры, и им даже подносили под нос ватки, смоченные (видимо) нашатырем. Жуть! Рыки, визги, слезы, вой, стенания, хохот… Не покидало ощущение, что из городской психушки тайно сбежала часть пациентов и волею судеб оказалась здесь, в центре города, в здании Дома культуры!
Самое впечатляющее. Король добрался до сухенькой бабульки, которая стояла в распахнутом зимнем пальтишке на полусогнутых ногах. Сначала ничего не было слышно и видно, но потом бабка стала заваливаться на бок, один из ассистентов подхватил ее сзади, а другой сунул микрофон Королю почти в рот.
Король завопил:
— Изыди!
Изо рта худенькой старушки раздался грозный нечеловеческий рык:
— Не пойду!
Битком набитый зал с благоговейным трепетом взирал на сцену. Вскоре появился мужчина лет сорока в белых одеяниях. Его темные волосы аккуратными локонами спускались на плечи, на лице колосилась растительность в виде окладистой бородки. Голос его был мягким и хорошо поставленным. Я была премного наслышана о его потрясающих способностях, но относилась ко всему с долей здорового скепсиса, или, как говорила одна моя знакомая бабуля: «Верю всякому зверю, а тебе, ежу — погожу!» Король начал вещать со сцены. Говорил он ни о чем, а именно: у него необыкновенные способности, он умеет управлять как толпой в целом, так каждым индивидуумом в отдельности и… бла-бла-бла. В самом начале наш колдун попросил сцепить пальцы рук, положить их на колени и тихо слушать его ахинею. По истечении пяти минут маг констатировал:«А сейчас я скажу: раз-два-три… и те, у кого пальцы не расплелись — будьте любезны пройти для дальнейшего контакта!». Мои пальцы, естественно, расплелись, но я скрепила их снова, и как ни в чем не бывало, прошла к сцене, где стояла очередь из таких же, «поддающихся» чарам колдуна.
Далее был совершенный цирк. «Поддающийся» поднимался на сцену, вставал у одного края, а наш колдунишка вставал с противоположной стороны и, размахивая руками в воздухе, осторожными шажками приближался к жертве. Далее дядька демонстрировал толчок руками в воздухе, и жертва благополучно падала назад, как заправский манекен, аккурат в руки ассистента. Это называлось: объект созрел. Дождавшись своей очереди, я взгромоздилась на сцену, и стала с ехидной улыбочкой смотреть в ясны очи«шарлатана». Софиты слепили так, что зал я не видела совершенно, но очень хорошо видела, как на меня с вылезшими из орбит синими водянистыми глазами надвигается это мудрило. Его длинные костлявые пальцы уже мелькали перед моим носом, но я совсем не хотела по — театральному хлопаться в мнимый обморок и тем самым подыгрывать шельмецу. Меня сочли «неподдающейся» великим чарам мудреца и выпроводили обратно в зал. Увы! Теперь я стала не участником, а обычным зрителем. Посмотреть было на что! Под чутким руководством«дирижера» группа внушаемых, оставшаяся на сцене, плясала цыганочку, говорила на чистейшем английском, отправлялась в путешествие в свои прошлые жизни. Шоу удалось! Море оваций!
Как выяснилось, это была всего лишь первая часть, затравка. Далее началось действо! Король переоделся в черное, и начал со сцены нести очередную ахинею, типа: «Сейчас я силой своих способностей призову сюда тех, кто имеет сглаз, порчу, одержимость. Уважаемые родственники! Не держите своих близких. Они сами найдут дорогу. Если они поднялись со своих мест, значит, им нужна моя помощь»… и опять, бла-бла-бла… Далее стало происходить что-то невероятное! Из зала (включая балкон) к сцене стал стекаться народ. Их было немного, единицы. Они шли медленно, раскачиваясь из стороны в сторону, словно живые мертвецы. Сначала мне подумалось, что это — очередная подстава, но контингент был разнообразен: мимо прошел ребенок, вытянув впереди себя руки, с другой стороны шла девушка, рыдая в голос, за ней следовал мужик, издавая звуки, сродни нечеловеческому вою, откуда-то вылезла старуха, которая лаяла по-собачьи. Волосы у всех остальных, остававшихся на своих местах, стали вставать дыбом. Когда я в ужасе обернулась (места наши были около среднего прохода), то увидела молодого парня, который плелся, спотыкаясь. У него не было глаз, вернее, глаза он закатил так, что зияли одни белки. Он шел вслепую прямо к сцене. Я вжалась в кресло и уже готова была сползти от страха на пол!
Ассистенты сопровождали убогих на сцену и выстраивали их в ряд. К каждому по очереди подходил Король, и с помощью все тех же ассистентов, переставлявших микрофон от колдуна к жертве, мы слышали диалог. Например, на ребенке была жуткая порча и маг (разговаривая с телом ребенка, а по сути, вместо детского голоска шел голос взрослого человека, наведшего порчу), снимал все это с помощью каких-то слов и манипуляцией со свечами.
Так он очень долго стоял около каждого проклятого, делая свое дело. Некоторые из несчастных просто хлопались в обмороки во время процедуры, и им даже подносили под нос ватки, смоченные (видимо) нашатырем. Жуть! Рыки, визги, слезы, вой, стенания, хохот… Не покидало ощущение, что из городской психушки тайно сбежала часть пациентов и волею судеб оказалась здесь, в центре города, в здании Дома культуры!
Самое впечатляющее. Король добрался до сухенькой бабульки, которая стояла в распахнутом зимнем пальтишке на полусогнутых ногах. Сначала ничего не было слышно и видно, но потом бабка стала заваливаться на бок, один из ассистентов подхватил ее сзади, а другой сунул микрофон Королю почти в рот.
Король завопил:
— Изыди!
Изо рта худенькой старушки раздался грозный нечеловеческий рык:
— Не пойду!
Страница 1 из 2
