Её звали Лиза. Она не верила в вампиров, но увлекалась мистикой. Лиза ничего не боялась, хотя… Это только сначала она так думала. До встречи со мной, до того как сама стала свидетелем моего проклятия… Я как раз была занята своей жертвой, когда она проходила мимо. О, какой сладкой была эта малышка… Я помню этот манящий запах свежей крови, как этот напиток жизни пульсировал у меня во рту, как быстро остывала её шея. Это наслаждение — моё проклятие.
Добавить в моё избранное
61 мин, 1 сек 2893
— Сурри мертва.
— продолжать разговор дальше стало невыносимо… Думаю, стоит немного рассказать о ней.
Сурри родилась в Морфии 684 года назад. Она была единственной эльфиней, которой удалось выжить после «Гнева Богов». Подумать только, всего лишь 42 человека смогли спастись… Их называли «счастливчиками» или«крысами» в зависимости от того, как относились ко всей этой ситуации в том мире. Некоторые уважали и восхищались ими, некоторые боялись и сторонились. В любом случае, пережить то, что пережили они — не хотел никто.
Вскоре после великой катастрофы Сурри перебралась в Агат — теперь самый большой мир, где, собственно, все мы и живём. Она почему-то выбрала именно эту жалкую планетку — Землю. Всего лишь три расы — вампиры, оборотни и, конечно, люди. Последних, естественно, здесь больше всех.
Она была целителем в нашем замке и неоднократно помогала мне. Хм… Тогда я ни капли не переживала за свою жизнь, а сейчас… Сейчас я более осторожна.
Я бы сказала, что Сурри была сплошным олицетворением доброты. Всю свою жизнь она только помогала и вряд ли смогла бы убить. Мы были близкими подругами. Я относилась к ней хорошо хотя бы потому, что она на дух не переносила Майкла.
Я никогда не забуду тот вечер, когда она помогла мне выбрать платье на бал, а потом плакала у меня на коленях, потому что какой-то мерзавец бросил ей вслед «крыса»… Сейчас мне уже всё равно, в моей жизни и так слишком много боли. Но тогда… Потерять почти всех дорогих мне людей и даже не узнать почему?
Почему?!
Гейб продолжил список жертв вервольфов. 16 имён и каждое откликалось в моей голове мучительной порцией скорби.
— Их пытали, Аннабель, — Гейб утишал меня в объятиях, — и ни один ничего не сказал.
— За что?! — я захлёбывалась слезами.
— Не знаю… Но мы найдём их, слышишь? — он уткнулся лбом в мою мокрую щёку.
— Найдём каждого, кто это сделал. Я тебе обещаю.
Я не могла успокоиться весь день. Гейб был со мной всё это время и поддерживал как мог. Майкл всё ещё не вернулся и я была рада, что его нет, но если честно… Мне этого хотелось.
Страшно становилось от этой мысли, что мне нужно его присутствие. Не знаю почему так. Возможно, я понимала, что он властен и, действительно, стоит только попросить, как все головы обидчиков покатятся к моим ногам. Звучит жутко, но тогда мне хотелось именно этого — станцевать на их трупах.
Я убедила брата, что со мной всё в порядке и он удалился, чтобы дать мне время переодеться к ужину.
В гардеробной весели только платья. Не удивительно. Майкл не раз говорил, что в них я нравлюсь ему больше всего. Поскольку, он не только не спросил, хочу ли я пожить у него, а и вещи мои собрал на своё усмотрение, я была далеко не в восторге. Но не стала выражать своё недовольство. Мне и так было очень тяжело… И всё-таки он смог меня взбесить, будучи неизвестно где. Сначала я не обратила внимания на то, какие платья там висят и просто начала искать то, которое мне было нужно. А потом до меня всё-таки дошло. Я разозлилась.
Моих вещей не было вообще, а каких-то дорогущих тряпок целая комната и каждая абсолютно точно подходила мне по размеру! Майкл… Только вернись и тебе не поздоровится.
Он знал! Он знал, что меня хотят отправить к нему! Ну да… Надо пользоваться случаем, Аннабель не принимает подарки, а тут у неё нет выбора. Придурок, только вернись.
Только вернись… Гнев сразу же сменила надежда. Он вернётся и я попрошу найти их… Наивная глупая девчонка.
— Аннабель, нельзя быть такой дурой, нельзя! — сколько раз я себе это повторяла… Он мне не нужен. Я сама их найду. Убийцы… Вам нужна я, а мне вы, значит, мы непременно встретимся.
Вздохнув, я вышла из гардеробной и направилась в ванную комнату.
— Дурацкий замок! — выругалась я, войдя не в ту дверь. Но что это за место?
Я стояла в небольшом коридорчике. Справа зарешёченное окно, позаботился, чтобы я не сбежала, ублюдок, впереди ещё одна дверь. Странно… Я пошла дальше.
Этот коридор соединял мою комнату и ещё какую-то. Разумеется, я догадалась чья она.
Стены и потолок были отделаны красным деревом, шкуры животных украшали полы из тёмного мрамора, прекрасное множество картин сочеталось с общим стилем и, куда уж без него, золото.
ЗОЛОТО.
Везде. В щелях между каменными плитами, в резьбе по дереву, в рамах картин, даже на кровати — подушки и одеяла прошиты золотом. Этот хмырь любил богатство.
Я прошла дальше. Огромная кровать с колоннами и балдахином, прихваченным грубой лентой, была больше моей в три раза. И зачем ему столько места? С другой стороны стояла невысокая лавочка, обтянутая кожей бардового цвета из такого же тёмного дерева, как и вся комната.
В конце апартаментов окно высотой от потолка до пола и шириной в десять меня, так же из золота.
— продолжать разговор дальше стало невыносимо… Думаю, стоит немного рассказать о ней.
Сурри родилась в Морфии 684 года назад. Она была единственной эльфиней, которой удалось выжить после «Гнева Богов». Подумать только, всего лишь 42 человека смогли спастись… Их называли «счастливчиками» или«крысами» в зависимости от того, как относились ко всей этой ситуации в том мире. Некоторые уважали и восхищались ими, некоторые боялись и сторонились. В любом случае, пережить то, что пережили они — не хотел никто.
Вскоре после великой катастрофы Сурри перебралась в Агат — теперь самый большой мир, где, собственно, все мы и живём. Она почему-то выбрала именно эту жалкую планетку — Землю. Всего лишь три расы — вампиры, оборотни и, конечно, люди. Последних, естественно, здесь больше всех.
Она была целителем в нашем замке и неоднократно помогала мне. Хм… Тогда я ни капли не переживала за свою жизнь, а сейчас… Сейчас я более осторожна.
Я бы сказала, что Сурри была сплошным олицетворением доброты. Всю свою жизнь она только помогала и вряд ли смогла бы убить. Мы были близкими подругами. Я относилась к ней хорошо хотя бы потому, что она на дух не переносила Майкла.
Я никогда не забуду тот вечер, когда она помогла мне выбрать платье на бал, а потом плакала у меня на коленях, потому что какой-то мерзавец бросил ей вслед «крыса»… Сейчас мне уже всё равно, в моей жизни и так слишком много боли. Но тогда… Потерять почти всех дорогих мне людей и даже не узнать почему?
Почему?!
Гейб продолжил список жертв вервольфов. 16 имён и каждое откликалось в моей голове мучительной порцией скорби.
— Их пытали, Аннабель, — Гейб утишал меня в объятиях, — и ни один ничего не сказал.
— За что?! — я захлёбывалась слезами.
— Не знаю… Но мы найдём их, слышишь? — он уткнулся лбом в мою мокрую щёку.
— Найдём каждого, кто это сделал. Я тебе обещаю.
Я не могла успокоиться весь день. Гейб был со мной всё это время и поддерживал как мог. Майкл всё ещё не вернулся и я была рада, что его нет, но если честно… Мне этого хотелось.
Страшно становилось от этой мысли, что мне нужно его присутствие. Не знаю почему так. Возможно, я понимала, что он властен и, действительно, стоит только попросить, как все головы обидчиков покатятся к моим ногам. Звучит жутко, но тогда мне хотелось именно этого — станцевать на их трупах.
Я убедила брата, что со мной всё в порядке и он удалился, чтобы дать мне время переодеться к ужину.
В гардеробной весели только платья. Не удивительно. Майкл не раз говорил, что в них я нравлюсь ему больше всего. Поскольку, он не только не спросил, хочу ли я пожить у него, а и вещи мои собрал на своё усмотрение, я была далеко не в восторге. Но не стала выражать своё недовольство. Мне и так было очень тяжело… И всё-таки он смог меня взбесить, будучи неизвестно где. Сначала я не обратила внимания на то, какие платья там висят и просто начала искать то, которое мне было нужно. А потом до меня всё-таки дошло. Я разозлилась.
Моих вещей не было вообще, а каких-то дорогущих тряпок целая комната и каждая абсолютно точно подходила мне по размеру! Майкл… Только вернись и тебе не поздоровится.
Он знал! Он знал, что меня хотят отправить к нему! Ну да… Надо пользоваться случаем, Аннабель не принимает подарки, а тут у неё нет выбора. Придурок, только вернись.
Только вернись… Гнев сразу же сменила надежда. Он вернётся и я попрошу найти их… Наивная глупая девчонка.
— Аннабель, нельзя быть такой дурой, нельзя! — сколько раз я себе это повторяла… Он мне не нужен. Я сама их найду. Убийцы… Вам нужна я, а мне вы, значит, мы непременно встретимся.
Вздохнув, я вышла из гардеробной и направилась в ванную комнату.
— Дурацкий замок! — выругалась я, войдя не в ту дверь. Но что это за место?
Я стояла в небольшом коридорчике. Справа зарешёченное окно, позаботился, чтобы я не сбежала, ублюдок, впереди ещё одна дверь. Странно… Я пошла дальше.
Этот коридор соединял мою комнату и ещё какую-то. Разумеется, я догадалась чья она.
Стены и потолок были отделаны красным деревом, шкуры животных украшали полы из тёмного мрамора, прекрасное множество картин сочеталось с общим стилем и, куда уж без него, золото.
ЗОЛОТО.
Везде. В щелях между каменными плитами, в резьбе по дереву, в рамах картин, даже на кровати — подушки и одеяла прошиты золотом. Этот хмырь любил богатство.
Я прошла дальше. Огромная кровать с колоннами и балдахином, прихваченным грубой лентой, была больше моей в три раза. И зачем ему столько места? С другой стороны стояла невысокая лавочка, обтянутая кожей бардового цвета из такого же тёмного дерева, как и вся комната.
В конце апартаментов окно высотой от потолка до пола и шириной в десять меня, так же из золота.
Страница 10 из 17
