Как я пострадала от книг Натальи Степановой

У меня в детстве было наивное, светлое желание — стать волшебницей, чтобы помогать людям, делать добро. Годам к 14, то ли под влиянием похода к «бабке», которая лечила меня уж не помню, от чего, и вызвала интерес к ее деятельности, то ли просто от подростковой тяги ко всему таинственному, я всерьез задумала стать колдуньей. Ну, естественно, доброй… Общения со взрослым мудрым человеком, который смог бы меня избавить от глупых иллюзий, не было. Поэтому, как только мне исполнилось 15, я пошла в книжный магазин за соответствующим пособием. А там, как все знают — просто море разливанное оккультной литературы. Я остановилась на «Большой книге магии» Натальи Степановой. Очень она понравилась мне: оформлена красиво, как настоящая волшебная, а читать — не перечитать! Вот я и стала ее читать.

И, разумеется, сразу же практиковать. Я начала с простого: читала заговоры, чтобы нравиться людям, чтобы хорошо росли волосы, унять зубную боль. К моему тогдашнему огромному сожалению, эффекта не было никакого. Теперь я думаю, что, наверное, это Бог, жалея мою юность, препятствовал мне вступить на тот скользкий и страшный путь, каким является магия… Но я была упорна. «Большую книгу магии» я читала по порядку, и, когда заговоры из первой книги («Белой») не сработали, я обратилась ко второй. Как вы догадались, вторая носила название «Черной». Хотя от православия в то время я была, конечно, страшно далека, все-таки название меня смутило. Вдруг появились сомнения, что же это за книга такая, что же я хочу делать. Я послала письмо Степановой, в котором спросила, не получится ли, что, занимаясь черной магией, я продаю душу дьяволу? Пришел мне глупейший ответ: «Пользуйтесь книгами и советами из них. Душу продавать никому не надо».

Скоро сомнения куда-то ушли, а интерес к книге все возрастал. Среди текстов заклинаний я прочитала «добрый» совет Степановой: чтобы заговоры лучше получались, чтобы приручить мир духов к себе (на самом-то деле, кто кого приручает!), надо прочитать специальные слова на посвящение книги, в соответствующей обстановке.

И вот я их прочитала… С тех пор заговоры стали у меня получаться, причем, все чаще и чаще. И вместе с этим успехом во мне день ото дня росло чувство собственной избранности. Ничто не стало мне интересно, кроме степановской книги, в том числе школьная учеба. Я все больше ощущала себя избранной, великой, необыкновенной. Вообще, характер мой стал меняться. Появилось какое-то раздражение ко всем людям, они стали казаться мне глупыми. Правда, я помнила о том, что с помощью магии хотела творить им добро, и время от времени пыталась это делать. Только все мое «добро» имело одно свойство: сменяться еще большим злом, чем было до этого. Заговоренный мной сосед-алкоголик на одно время перестал пить, зато потом совсем скатился в пучину пьянства. Вылеченные зубы на другой день дико начинали болеть. Заговор на деньги (помочь маме) мог и вправду принести какую-то сумму, но потом сразу же появлялись неожиданные расходы или деньги просто терялись.

В целом желание кому-то помочь все больше вытеснялось у меня гордыней. Я уже пробовала и заговоры, несущие откровенное зло: поссорить одноклассников, испортить хозяйке обед, удачно обмануть. На удивление, все эти вещи получались у меня легко и складно. А я гордилась своим «могуществом». Однажды, поругавшись с матерью, я крикнула ей: «Сейчас пожалеешь, что это сказала! Заболит у тебя что-нибудь!» И тут же у нее стала раскалываться от боли голова. Она испугалась тогда. Но будучи, как многие, запутана выступлениями экстрасенсов с экрана, даже в какой-то мере стала гордиться моими внезапно открывшимися способностями. Мол, моя дочь — тоже экстрасенс! Действительно, с тех пор как получилось вызвать боль, у меня сбывались и многие другие пожелания, помимо моей воли.

Я продолжала изучать и применять заговоры Натальи Степановой. Вызывала духов, гадала, неизменно получая ответы на свои вопросы. Меня уже не волновало, из какого источника все это приходит. Свою книгу я не позволяла никому брать в руки, почему-то боясь, что от этого она потеряет силу. Я порой даже клала ее под кровать перед сном. А в 16 лет купила себе продолжение — «Большую книгу магии-2». В ней, как, впрочем, и в первой, содержались тексты с проклятиями, призываниями чертей («чертушки-братушки»), иногда «для дела» требовалось снять крест, а порой вынести иконы.

Не смущало меня то, что при этом Степанова порой писала о церкви, Боге, что, дескать, надо всем ходить в церковь, ставить свечки. В некоторых случаях предлагала креститься второй раз. Все эти лживые рассуждения как бы успокаивали: ну, значит, она добрый человек, и я ничего такого плохого не делаю… Между тем, как говорится в сказке Кэррола, со мной становилось «все страньше и страньше». Я вдруг начинала испытывать какой-то необъяснимый страх. Боялась оставаться дома одна. То казалось, что надо мной кто-то смеется, то будто бы двигаются предметы.