История, написанная ниже — про мою жизнь, про мою родню. Получилось корявенько, много родственных связей и имён. Зато от чистого сердца, вам на обсуждение. Заранее благодарю за комментарии.
Добавить в моё избранное
4 мин, 4 сек 18439
События, о которых пойдёт речь, происходили в деревушке, где жила моя бабушка. Папа там родился и учился, а потом переехал в Москву работать. В городе он познакомился с моей мамой, женился, получил квартиру от строительной организации, в которой работал, и обзавёлся дочурой.
Как я уже писала в рассказе «Немного мистики», мы всей семьей ездили летом в ту деревушку. Родители — погостить и бабушку проведать, а я (дочура) оставалась там на все лето. У бабушки было много братьев и сестер. Братьев убили на войне, а сёстры жили рядом, в соседних деревеньках или в городе Вязники. Дети этих сестёр (бабушек) приходились моему отцу двоюродными братьями и сёстрами. Об одной сестре папы я и хочу поведать в своей истории.
Мою двоюродную тетю звали Катерина. Обычная семейная женщина лет 35 (на то время), довольно симпатичная хохотушка. Никаких подозрений в колдовстве не вызывала, пока я сама в двенадцатилетнем возрасте не столкнулась с ее выходками.
Пошли мы как-то с бабушкой к ее подружке — соседке Нине. Она была, на то время, уже пожилой дамой 65 лет. Для меня — бабушкой Ниной. Попили чай с пирожками, разговорились и начала она мне рассказывать, как ей плохо становится после посиделок с моей тётей Катей. А тётка моя жила через пару улиц, и у бабы Нины покупала иногда свежие яйца и парное молоко. И, как я понимаю, жители маленьких деревень часто ходят в гости к соседям и родственникам.
Я в те годы занималась на курсах экстрасенсорики и про всякую мистику любила поболтать, но почему бабушкиной подружке захотелось со мной поделиться, ума не приложу. Много она мне всего тогда рассказала — и как молоко у неё иногда киснет после прихода тети Кати, и голова болит потом долго, и из рук всё валиться начинает. Ну, а я возьми да и ляпни: «А вы иголку под порог положите, острием наружу». Эффекта я, естественно, тогда никакого не ожидала. Просто вспомнила, что нам на лекциях про злых ведьм рассказывали, и как с ними надо бороться, вот и посоветовала. Тем более, тётю свою я считала милой женщиной.
Прошло две недели. Подходит ко мне на улице баба Нина и радостно сообщает, что тётя моя перестала к ней вообще за калитку заходить и, если что нужно, с улицы её зовёт.
В то время у моей мамы был отпуск. Я прибежала домой и всё ей рассказала. Мама странно на меня покосилась и говорит: «Да колдунья твоя тётя Катя — один раз на отца порчу навела, а я по бабушкам бегала, чтобы её снять».
Со слов мамы:
«Когда мы с отцом твоим поженились, а тебя ещё в планах не было, приехала я к нему на родину — у свекрови погостить и с родней познакомиться. Пригласили всех в гости, стол накрыли, всё хорошо было. Выхожу я в сени, а там Катька с катушкой ниток черных стоит и ветровку отца твоего обматывает. Я девушка городская, никогда с таким не сталкивалась, рот открыла и стою. А Катька катушку бросила и бежать. Мужу я, конечно, рассказала, но он рукой отмахнулся.» Мало ли, — говорит, — что ей с пары рюмок в голову взбрело, не обращай внимания«. Свекрови я тоже рассказала, на что она повела плечами и говорит:» Да полно тебе, Катька у нас недалекая, может заскок какой«. Потом вернулись в Москву, и тут началось. Просыпаюсь я утром на работу, а рядом не отец твой лежит, а голова лошади. Я, конечно, понимаю, что это муж мой, но смотрю и вижу лошадь. Потом отец вести себя странно начал, глаза выпучит, дёрганый весь. Сказал, что выйдет на улицу покурить. А сам давай по дороге перед машинами бегать, туда-сюда! Я перепугалась, в церковь пошла к батюшке. Ну, что батюшка?» Молись«, — говорит. Так неделя прошла. Каждое утро — эта башка лошадиная и отец невменяемый. Я узнала, где знахарка живет и поехала к ней. Она воду наговорила для отца и молитвы почитала. Так всё через несколько дней и закончилось».
В голове моей тогда всё свернулось, потом развернулось. Ни страха, ни злости, а только интерес какой-то остался к истории мистической. Тем более не пойман — не вор, может это совпадения такие.
Когда мне было 15 лет, я опять же гостила у бабушки. Тут зашла к нам в гости тётя Катя. Мы тогда с бабушкой вдвоём были, мама с папой работали. Ну зашла и зашла, поболтали, чай попили. И вдруг ни с того ни с сего она поворачивается к тапочкам моего папы и говорит: «Ой, а это тапки Женьки(имя папы)? Смотрю, износились они. Давай я домой их возьму и зашью?» Тут меня передёрнуло, вспомнила я историю мамы. Думаю, зачем моей тётке брать тапки, зашивать? Если она и в гости, то заходит один раз за лето. Пока я думала, она тапки уже в сумку запихнула и домой направилась. Спустя время принесла тетя Катя тапки эти обратно, естественно, нигде не зашитые. Я их потом в костёр бросила, когда с бабушкой листву и ветки жгли. Никаких казусов на этот раз у нас не происходило.
Тетя Катя умерла от инсульта 9 лет назад, будучи ещё не старой женщиной. Поэтому я и решилась написать этот рассказ про свою родню.
Как я уже писала в рассказе «Немного мистики», мы всей семьей ездили летом в ту деревушку. Родители — погостить и бабушку проведать, а я (дочура) оставалась там на все лето. У бабушки было много братьев и сестер. Братьев убили на войне, а сёстры жили рядом, в соседних деревеньках или в городе Вязники. Дети этих сестёр (бабушек) приходились моему отцу двоюродными братьями и сёстрами. Об одной сестре папы я и хочу поведать в своей истории.
Мою двоюродную тетю звали Катерина. Обычная семейная женщина лет 35 (на то время), довольно симпатичная хохотушка. Никаких подозрений в колдовстве не вызывала, пока я сама в двенадцатилетнем возрасте не столкнулась с ее выходками.
Пошли мы как-то с бабушкой к ее подружке — соседке Нине. Она была, на то время, уже пожилой дамой 65 лет. Для меня — бабушкой Ниной. Попили чай с пирожками, разговорились и начала она мне рассказывать, как ей плохо становится после посиделок с моей тётей Катей. А тётка моя жила через пару улиц, и у бабы Нины покупала иногда свежие яйца и парное молоко. И, как я понимаю, жители маленьких деревень часто ходят в гости к соседям и родственникам.
Я в те годы занималась на курсах экстрасенсорики и про всякую мистику любила поболтать, но почему бабушкиной подружке захотелось со мной поделиться, ума не приложу. Много она мне всего тогда рассказала — и как молоко у неё иногда киснет после прихода тети Кати, и голова болит потом долго, и из рук всё валиться начинает. Ну, а я возьми да и ляпни: «А вы иголку под порог положите, острием наружу». Эффекта я, естественно, тогда никакого не ожидала. Просто вспомнила, что нам на лекциях про злых ведьм рассказывали, и как с ними надо бороться, вот и посоветовала. Тем более, тётю свою я считала милой женщиной.
Прошло две недели. Подходит ко мне на улице баба Нина и радостно сообщает, что тётя моя перестала к ней вообще за калитку заходить и, если что нужно, с улицы её зовёт.
В то время у моей мамы был отпуск. Я прибежала домой и всё ей рассказала. Мама странно на меня покосилась и говорит: «Да колдунья твоя тётя Катя — один раз на отца порчу навела, а я по бабушкам бегала, чтобы её снять».
Со слов мамы:
«Когда мы с отцом твоим поженились, а тебя ещё в планах не было, приехала я к нему на родину — у свекрови погостить и с родней познакомиться. Пригласили всех в гости, стол накрыли, всё хорошо было. Выхожу я в сени, а там Катька с катушкой ниток черных стоит и ветровку отца твоего обматывает. Я девушка городская, никогда с таким не сталкивалась, рот открыла и стою. А Катька катушку бросила и бежать. Мужу я, конечно, рассказала, но он рукой отмахнулся.» Мало ли, — говорит, — что ей с пары рюмок в голову взбрело, не обращай внимания«. Свекрови я тоже рассказала, на что она повела плечами и говорит:» Да полно тебе, Катька у нас недалекая, может заскок какой«. Потом вернулись в Москву, и тут началось. Просыпаюсь я утром на работу, а рядом не отец твой лежит, а голова лошади. Я, конечно, понимаю, что это муж мой, но смотрю и вижу лошадь. Потом отец вести себя странно начал, глаза выпучит, дёрганый весь. Сказал, что выйдет на улицу покурить. А сам давай по дороге перед машинами бегать, туда-сюда! Я перепугалась, в церковь пошла к батюшке. Ну, что батюшка?» Молись«, — говорит. Так неделя прошла. Каждое утро — эта башка лошадиная и отец невменяемый. Я узнала, где знахарка живет и поехала к ней. Она воду наговорила для отца и молитвы почитала. Так всё через несколько дней и закончилось».
В голове моей тогда всё свернулось, потом развернулось. Ни страха, ни злости, а только интерес какой-то остался к истории мистической. Тем более не пойман — не вор, может это совпадения такие.
Когда мне было 15 лет, я опять же гостила у бабушки. Тут зашла к нам в гости тётя Катя. Мы тогда с бабушкой вдвоём были, мама с папой работали. Ну зашла и зашла, поболтали, чай попили. И вдруг ни с того ни с сего она поворачивается к тапочкам моего папы и говорит: «Ой, а это тапки Женьки(имя папы)? Смотрю, износились они. Давай я домой их возьму и зашью?» Тут меня передёрнуло, вспомнила я историю мамы. Думаю, зачем моей тётке брать тапки, зашивать? Если она и в гости, то заходит один раз за лето. Пока я думала, она тапки уже в сумку запихнула и домой направилась. Спустя время принесла тетя Катя тапки эти обратно, естественно, нигде не зашитые. Я их потом в костёр бросила, когда с бабушкой листву и ветки жгли. Никаких казусов на этот раз у нас не происходило.
Тетя Катя умерла от инсульта 9 лет назад, будучи ещё не старой женщиной. Поэтому я и решилась написать этот рассказ про свою родню.
