В своей новейшей «Энциклопедии таинственных мест Москвы и МО», изданной в 2009 году, известный писатель и уфолог, руководитель ассоциации «Космопоиск» Вадим Чернобров рассказывает о Нижнем Барском саде, который находится возле села Яковлево, Заокского района Тульской области…
Добавить в моё избранное
6 мин, 30 сек 14019
Собственно, рядом с селом находятся два старинных сада: Верхний Барский и Нижний Барский. В верхнем до сих пор растут яблони и пасутся телята, а нижний уже много лет как превратился в зловещие непроходимые джунгли, где практически никто не ходит. Размером он, казалось бы, невелик — всего-то километра на два, но именно там завелась какая-то ужасная и огромная тварь.
В 2008 году в «Космопоиск» пришло письмо от жительницы Яковлево, 23-летнего юриста Елены. По ее словам все началось в 1999 году, когда у одного местного жителя в нижний сад убежало около сотни кроликов. Потом неведомый некто стал этих кроликов ловить и поедать. На следующий год в Нижний Барский сад из большого леса переселились вороны-падальщики. Далее Елена писала:«Было это в 2001 году. Мы в то время с друзьями во время летних каникул устраивали ролевые игры. Разделились на группы следопытов (мы так себя называли). Я попала в группу, куда вошли мой брат и моя подруга. т. к. игра длилась все три месяца, то нужно было найти надежное долговременное убежище. Мы нашли хорошее место у реки, но другая группа нас каким-то образом вычислила. И нам пришлось искать другое. Подругу Маринку мы отправили в разведку, а сами с братом Женькой пошли искать подходящее место. Не найдя ничего в деревне, мы решили пойти в тот самый нижний сад, потому как мы решили, туда никто не пойдет из» врагов«. Да и дебри там такие, что спрятаться очень легко.»
Так вот, идем мы вдоль сада, не заходя вовнутрь, ищем подходящее место. Наконец, решили войти, но вход преграждала траншея, выкопанная во время ВОВ. Брат перепрыгнул через нее, а я решила перелезть. Когда я уже лезла вверх и хотела было положить руку на землю, чтобы опереться о нее и вылезти, вдруг увидела, что прямо под моей рукой лежит оторванная часть передней лапы собаки. Я оглянулась, а вокруг, словно пазлы, лежали остальные части убитой собаки, расчлененные по суставам. Самое интересное, что они были не отрезаны, а оторваны, включая голову. Я тогда еще подумала: это ж какой силой надо обладать, чтобы оторвать такой здоровой собаке голову! Брат мой, не верящий ни во что сверхъестественное, не придал этому значения, а вот я уже струхнула. Мы перелезли через овраг и пошли дальше. Метров через 200 вдруг начало пахнуть падалью.
Здесь я от страха была уже при смерти, но не подавала вида, чтобы не опозориться перед братом. Еще метров через 50, Женька нашел приличное место. Чуть наклоненный клен мог служить сиденьем, причем всем троим; место было хорошо закрыто, хотя было и недалеко от выхода, при этом двухметровая густая крапива хорошо закрывала нас от вражеской разведки. Но и впереди, где начинались дебри сада, стояли густые кусты, да такие, из-за которых ничего не было видно. Как сейчас помню, я прислонилась к клену (уже вся белая от ужаса, т. к. предчувствовала что-то плохое), а Женька взял какую-то палку и, подняв ее вверх, стал рассуждать, как сделать из нее «меч». Вдруг метрах в 50 от нас за кустами раздался такой страшный рев-вопль-крик, что у меня волосы зашевелились! Я смотрю на Женьку, но он вроде никакого вида не показывает. Ну, я и подумала, что мне это почудилось. Но буквально секунд через 5 уже прямо за кустами, т. е. за спиной брата раздался такой же рев-вопль-крик, и повеяло падалью или зверьем каким-то… У Женьки из рук выпала палка, мы замерли на мгновение, после чего единственное, что смог прохрипеть брат, — это еле слышное «бежим».
Я не помню, как мы перелезали овраг-окоп, как лезли сквозь крапиву, да и вообще, как мы убегали, но в деревне мы оказались минут через 10, хотя пешком идти около 30 минут. Мы рассказали родителям, но они нам не верили. И мы решили не рассказывать остальным игрокам«.»
Через год история получила свое продолжение. У моей тетки огород находится за деревней (но живет она с нами в нашем доме), как раз недалеко от Нижнего сада. Однажды они с моей мамкой пошли к тетке на огород рано утром, чтобы накопать молодой картошечки. Вдруг, минут через 15, они прилетели домой все запыхавшиеся. Мы спрашиваем, в чем дело, а они рассказывают, что там, на огороде — глубокие следы, но не просто следы, а очень странные: размером с ногу взрослого мужчины (даже чуть побольше), но не ботинок, а босая нога. Земля вдавлена на глубину 10 см. И такие следы по всему огороду… Летом 2003 г. в деревню приехали мой родной брат Сашка и его друг Димка, обоим тогда по 30 лет было. Я случайно рассказала Димке эту историю, и он уговорил нас с Сашкой пойти туда. Я привела их к тому самому клену и рассказываю: «Вот тут стою я, вон там, где вы, стоял Женька, и вдруг»… В этот момент мой рассказ перебил рык, но не такой, как в прошлый раз. Когда животное не нападает, а рычит. И это был не рык собаки или другого зверя, а какой-то утробный, вызывающий первобытный страх! Я вжалась в брата и только увидела, что два здоровых 30-летних мужика покрылись потом. В таком оцепенении мы стояли минут 10. Рык не прекращался, но никто не нападал.
В 2008 году в «Космопоиск» пришло письмо от жительницы Яковлево, 23-летнего юриста Елены. По ее словам все началось в 1999 году, когда у одного местного жителя в нижний сад убежало около сотни кроликов. Потом неведомый некто стал этих кроликов ловить и поедать. На следующий год в Нижний Барский сад из большого леса переселились вороны-падальщики. Далее Елена писала:«Было это в 2001 году. Мы в то время с друзьями во время летних каникул устраивали ролевые игры. Разделились на группы следопытов (мы так себя называли). Я попала в группу, куда вошли мой брат и моя подруга. т. к. игра длилась все три месяца, то нужно было найти надежное долговременное убежище. Мы нашли хорошее место у реки, но другая группа нас каким-то образом вычислила. И нам пришлось искать другое. Подругу Маринку мы отправили в разведку, а сами с братом Женькой пошли искать подходящее место. Не найдя ничего в деревне, мы решили пойти в тот самый нижний сад, потому как мы решили, туда никто не пойдет из» врагов«. Да и дебри там такие, что спрятаться очень легко.»
Так вот, идем мы вдоль сада, не заходя вовнутрь, ищем подходящее место. Наконец, решили войти, но вход преграждала траншея, выкопанная во время ВОВ. Брат перепрыгнул через нее, а я решила перелезть. Когда я уже лезла вверх и хотела было положить руку на землю, чтобы опереться о нее и вылезти, вдруг увидела, что прямо под моей рукой лежит оторванная часть передней лапы собаки. Я оглянулась, а вокруг, словно пазлы, лежали остальные части убитой собаки, расчлененные по суставам. Самое интересное, что они были не отрезаны, а оторваны, включая голову. Я тогда еще подумала: это ж какой силой надо обладать, чтобы оторвать такой здоровой собаке голову! Брат мой, не верящий ни во что сверхъестественное, не придал этому значения, а вот я уже струхнула. Мы перелезли через овраг и пошли дальше. Метров через 200 вдруг начало пахнуть падалью.
Здесь я от страха была уже при смерти, но не подавала вида, чтобы не опозориться перед братом. Еще метров через 50, Женька нашел приличное место. Чуть наклоненный клен мог служить сиденьем, причем всем троим; место было хорошо закрыто, хотя было и недалеко от выхода, при этом двухметровая густая крапива хорошо закрывала нас от вражеской разведки. Но и впереди, где начинались дебри сада, стояли густые кусты, да такие, из-за которых ничего не было видно. Как сейчас помню, я прислонилась к клену (уже вся белая от ужаса, т. к. предчувствовала что-то плохое), а Женька взял какую-то палку и, подняв ее вверх, стал рассуждать, как сделать из нее «меч». Вдруг метрах в 50 от нас за кустами раздался такой страшный рев-вопль-крик, что у меня волосы зашевелились! Я смотрю на Женьку, но он вроде никакого вида не показывает. Ну, я и подумала, что мне это почудилось. Но буквально секунд через 5 уже прямо за кустами, т. е. за спиной брата раздался такой же рев-вопль-крик, и повеяло падалью или зверьем каким-то… У Женьки из рук выпала палка, мы замерли на мгновение, после чего единственное, что смог прохрипеть брат, — это еле слышное «бежим».
Я не помню, как мы перелезали овраг-окоп, как лезли сквозь крапиву, да и вообще, как мы убегали, но в деревне мы оказались минут через 10, хотя пешком идти около 30 минут. Мы рассказали родителям, но они нам не верили. И мы решили не рассказывать остальным игрокам«.»
Через год история получила свое продолжение. У моей тетки огород находится за деревней (но живет она с нами в нашем доме), как раз недалеко от Нижнего сада. Однажды они с моей мамкой пошли к тетке на огород рано утром, чтобы накопать молодой картошечки. Вдруг, минут через 15, они прилетели домой все запыхавшиеся. Мы спрашиваем, в чем дело, а они рассказывают, что там, на огороде — глубокие следы, но не просто следы, а очень странные: размером с ногу взрослого мужчины (даже чуть побольше), но не ботинок, а босая нога. Земля вдавлена на глубину 10 см. И такие следы по всему огороду… Летом 2003 г. в деревню приехали мой родной брат Сашка и его друг Димка, обоим тогда по 30 лет было. Я случайно рассказала Димке эту историю, и он уговорил нас с Сашкой пойти туда. Я привела их к тому самому клену и рассказываю: «Вот тут стою я, вон там, где вы, стоял Женька, и вдруг»… В этот момент мой рассказ перебил рык, но не такой, как в прошлый раз. Когда животное не нападает, а рычит. И это был не рык собаки или другого зверя, а какой-то утробный, вызывающий первобытный страх! Я вжалась в брата и только увидела, что два здоровых 30-летних мужика покрылись потом. В таком оцепенении мы стояли минут 10. Рык не прекращался, но никто не нападал.
Страница 1 из 2
