Моя история

Секс с этой женщиной был просто чудесным. Правда повторялась старая история, когда я опять не мог кончить. Он предложил заняться сексом с ним. Я попробовал вставить в него свой член, но у меня ничего не получилось. Я вдруг отчётливо понял, что мне не нравиться такой секс. Теперь я понимал, что я не гомосексуалист. Он не стал настаивать. Мы разошлись по разным комнатам и легли спать. На следующее утро я проснулся рано и пошёл в душ. На обратном пути я зашёл в комнату любовников. Они спали обнажёнными. Увидев женщину — я возбудился и залез под одеяло. Там я стал ласкать её. Она, ещё не проснувшись, спокойно принимала мои ласки, медленно возбуждаясь. Я ввёл в её влагалище свой член и начал ритмичные движения. Вся эта обстановка вдруг возбудила меня и неожиданно для себя я кончил! Это был первый раз, когда за 29 лет жизни, я смог завершить половой акт.

Через два дня они со мной расстались. Он позвонил мне, сказав, что ему нужен половой партнёр для него, а не для неё. Я не настаивал на встрече, понимая, что всё это не для меня. Со мной творилось что-то странное. Когда он прикоснулся ко мне во время секса — у меня в голове что-то сработало. Сломался какой-то шлюз в моей памяти и меня захлестнули воспоминания. Я вдруг отчётливо вспомнил, что со мной происходило в детском саду. Я вспомнил то чувство страха и беспомощности, которое долгие годы преследовало меня. Я вдруг стал понимать, что я не шизофреник, просто мою психику сломали, и я никак не мог это преодолеть.

Что со всем этим делать я не понимал. Надо было идти к психиатру и закрепить успех, но обстоятельства заставили пересмотреть все мои планы. У нас на работе работало три водителя, и четыре грузчика. Один из грузчиков был я. Иногда на работе мы отмечали праздники и дни рождения. Я тоже был на этих пьянках. На одной из таких пьянок у кого-то возникла идея съездить на рыбалку. Все поддержали эту идею, но не было машины, которая смогла бы увести всех. В тоже время было две газели, на которых возили различные товары. Одна из них была грузовой газелью с будкой. В будку было решено поставить старый диван. На этом диване спокойно могли уместиться три человека. Внутрь будки провели свет и поставили небольшой столик. Теперь можно было ехать с комфортом, даже выпивая и закусывая по дороге. В кузов село три человека. Спереди был водитель и два пассажира. На трассе газель, обгоняя попутную машину, выехала на встречную полосу движения и лоб в лоб столкнулась с КАМАЗом. Скорости сложились, и получился сильный удар. От газели мало что осталось, хотя и КАМАЗ тоже пострадал. Пять человек погибли сразу, один скончался в больнице. Я отчётливо понимал, что в третий раз столкнулся со смертью. В первый раз, когда врач прослушала моё воспаление лёгких. Второй, когда пытался покончить с собой, и сейчас, когда я мог оказаться в этой машине. Меня тоже звали на эту рыбалку, но я отказался.

Это сильно напугало меня. Я понял, что могу умереть в любой момент, даже просто переходя дорогу. Всё на этой работе напоминало о моих умерших коллегах. Кроме того от больших физических нагрузок у меня стало сильно болеть колено. Надо было срочно менять работу. И я эту работу нашёл. Я стал кладовщиком на складе автосервиса. Эта работа была, пожалуй, самой лучшей терапией для меня. Если раньше между мной и другими людьми была непробиваемая стена, кокон, из которого я выталкивал всех остальных, то теперь этот кокон стал рассыпаться. На предыдущей работе моё тело испытывало большие физические нагрузки, а мозг мой был свободен. Я не грузил себя чужими проблемами и даже не пытался кому-то сочувствовать. Я — это я! У меня есть личное пространство, и никто не может в него вторгаться! Я холил и лелеял свой кокон. А здесь он стал рассыпаться. Мне нужно было выдать запчасти и записать это в журнал. После этого я должен был выписать все выданные запчасти в заказ — наряд в компьютерной программе. Фокус был в том, что если я забывал выписать ту или иную запчасть, то мне приходилось за это платить из собственного кармана. Если раньше за всё, что я выдавал со склада, нёс ответственность кладовщик, то теперь ответственность ложилась на мои плечи. Мне пришлось бегать, просить, уговаривать, чтобы списать ту или иную запчасть, или разпровести заказ-наряд, чтобы я успел выписать забытые запчасти. В общем, я стал делать то, что никогда не делал до этого — общаться с людьми! Моя скорлупа начала потихоньку трескаться, а потом совсем рассыпалась. Через пару лет я уже спокойно общался со всеми в цехе, без всяких комплексов.

После двух лет работы в Копейске я перевёлся работать в Челябинск. Сам я живу в Челябинске, и мне было неудобно ездить на работу в соседний город. Всё это время в Челябинске строился новый сервис. В Челябинске и Копейске были разные юридические лица, поэтому я должен был сначала уволиться в Копейске, а потом был принят на работу в Челябинске. При увольнении мне выдали зарплату и отпускные. Денег хватило, чтобы купить стиральную машину и холодильник.