Слух о том, что ворожея лежит при смерти разнесся за считанные часы по всей деревне. Ее положили на постель в чулане, двери в чулан были заперты на замок, окна плотно закрыты занавесками…
Добавить в моё избранное
7 мин, 16 сек 16841
У кузнеца не было дочери, и жена больше не могла иметь детей, он решил, что ведьма не в себе и, не задумываясь, согласился.
— А точно поможешь? Не будет плохо? — спросил Яков.
— Плохо не бывает, если все справедливо, — ответила ворожея.
Ведьма вылечила сына Якова. А через год, у кузнеца родилась дочь, которую назвали Мила. Пришлось Якову вспомнить про уговор с ведьмой. С тех пор, каждые три месяца, он состригал волосы Милы и относил их ворожее. Девочка росла и хорошела, единственным неудобством было то, что она всегда была подстрижена как мальчик. Никто не знал, зачем ведьме волосы девочки, видимо для каких-то своих ритуалов. А когда девочке исполнилось 12 лет, и Яков в последний раз понес ведьме локоны — он и застал ее в недобром здравии, лежащую почти обессиленную у себя в чулане. Ведьма скоро должна была умереть.
Народ собрался неподалеку от дома ведьмы. Вспоминалось все то, что происходило за время ее проживания в деревне. Кто и что знал или придумал про ее «нечистые дела». До вечера было решено даже не подходить близко к дому. Главные ворота были забиты на гвозди. Пришел даже батюшка из церкви и освятил место будущего погребения ворожеи. Дом было решено сжечь после того, как ведьма испустит дух. Среди собравшихся была и Мила, дочь кузнеца. Она с интересом наблюдала за всем происходящим вокруг и ничего не понимала, почему столько шумихи из-за этого. Ее старший брат бдительно нес дозор, чтобы она даже близко не подходила к дому ведьмы. Его отвлек отец, которому было поручено заняться обеспечением зажигательной смеси для поджога. Пока Яков с сыном разговаривали, Мила обратила внимание, что калитка, с задней стороны ведьминского двора была приоткрыта. Она подошла к ней и увидела пристройку к дому из соломы. Это был словно маленький, отдельный от основного, дом. Он был словно живой. Будто этот маленький домик дышал. Мила подошла ближе. На двери пристройки висел большой замок, но тут же стены словно живые начали расходиться, образуя новую дверь, ведущую внутрь. Девочка стояла в изумлении этого чуда. Это было похоже на множество мелких волосков, связанных и сплетенных между собой. Будто вся эта пристройка была сделана из миллионов тонких локонов.
— Войди, девочка, — услышала Мила голос из домика.
Мила вошла внутрь, стены за ней сомкнулись, и от входа, через, который девочка вошла, ни осталось и следа. На постели лежала ворожея. Она тяжело дышала и с трудом смотрела на девочку.
— Подойди ко мне, — прохрипела ведьма, протягивая руку к Миле.
Обнаружение исчезновения дочери заставило Якова и его сына бежать со всех ног к дому ведьмы. Они перелезли через главные ворота и услышали голоса, доносившиеся из чулана дома. Яков судорожно достал ключ из кармана брюк и в панике стал открывать дверь. Его сын кричал, прислонившись к стенам пристройки, чтобы Мила уходила оттуда и ни при каких обстоятельствах не трогала ведьму за руку. Замок на двери никак не открывался, ключ заедал и не хотел прокручиваться. Яков даже попытался пробить стену лежащим на траве топором, но соломенная пристройка была очень крепка, и чтобы сломать ее стены понадобится очень много времени. Небо стало хмурым, тучи закрыли собой солнце. В этот момент замок отворился, и кузнец с сыном забежали внутрь. Мила сидела у изголовья ведьмы и держала ее за руку. Девочка дрожала, и было видно, что никак не может отпустить руку ворожеи. Старуха залилась зловещим смехом, над головой девочки образовалось черное облако темной сущности, и в этот момент ведьма оттолкнула девочку от себя.
— Уходите! — заорала она.
— Живо уходите отсюда!
Яков схватил дочь, и они выбежали на улицу. Следом бежал его сын. Черное облако бросилось к выходу, но ведьма, словно воздушного змея, держала его рукой. Соломенный домик вспыхнул, словно сухая трава. Над домом повисло черное облако, которое стало таять на глазах. В воздухе раздался дикий раздирающий крик, темная сущность ведьмы бесследно умирала, не найдя никакой новой формы для продолжения своего существования… Захарову Нину Григорьевну похоронили на деревенском кладбище рядом с ее мужем. До сих пор можно увидеть там необычную, выкованную вручную, оградку в виде тонких волосков, переплетающихся между собой и надгробную плиту, на которой выгравировано изречение: «Плохо не бывает, если все справедливо»…
— А точно поможешь? Не будет плохо? — спросил Яков.
— Плохо не бывает, если все справедливо, — ответила ворожея.
Ведьма вылечила сына Якова. А через год, у кузнеца родилась дочь, которую назвали Мила. Пришлось Якову вспомнить про уговор с ведьмой. С тех пор, каждые три месяца, он состригал волосы Милы и относил их ворожее. Девочка росла и хорошела, единственным неудобством было то, что она всегда была подстрижена как мальчик. Никто не знал, зачем ведьме волосы девочки, видимо для каких-то своих ритуалов. А когда девочке исполнилось 12 лет, и Яков в последний раз понес ведьме локоны — он и застал ее в недобром здравии, лежащую почти обессиленную у себя в чулане. Ведьма скоро должна была умереть.
Народ собрался неподалеку от дома ведьмы. Вспоминалось все то, что происходило за время ее проживания в деревне. Кто и что знал или придумал про ее «нечистые дела». До вечера было решено даже не подходить близко к дому. Главные ворота были забиты на гвозди. Пришел даже батюшка из церкви и освятил место будущего погребения ворожеи. Дом было решено сжечь после того, как ведьма испустит дух. Среди собравшихся была и Мила, дочь кузнеца. Она с интересом наблюдала за всем происходящим вокруг и ничего не понимала, почему столько шумихи из-за этого. Ее старший брат бдительно нес дозор, чтобы она даже близко не подходила к дому ведьмы. Его отвлек отец, которому было поручено заняться обеспечением зажигательной смеси для поджога. Пока Яков с сыном разговаривали, Мила обратила внимание, что калитка, с задней стороны ведьминского двора была приоткрыта. Она подошла к ней и увидела пристройку к дому из соломы. Это был словно маленький, отдельный от основного, дом. Он был словно живой. Будто этот маленький домик дышал. Мила подошла ближе. На двери пристройки висел большой замок, но тут же стены словно живые начали расходиться, образуя новую дверь, ведущую внутрь. Девочка стояла в изумлении этого чуда. Это было похоже на множество мелких волосков, связанных и сплетенных между собой. Будто вся эта пристройка была сделана из миллионов тонких локонов.
— Войди, девочка, — услышала Мила голос из домика.
Мила вошла внутрь, стены за ней сомкнулись, и от входа, через, который девочка вошла, ни осталось и следа. На постели лежала ворожея. Она тяжело дышала и с трудом смотрела на девочку.
— Подойди ко мне, — прохрипела ведьма, протягивая руку к Миле.
Обнаружение исчезновения дочери заставило Якова и его сына бежать со всех ног к дому ведьмы. Они перелезли через главные ворота и услышали голоса, доносившиеся из чулана дома. Яков судорожно достал ключ из кармана брюк и в панике стал открывать дверь. Его сын кричал, прислонившись к стенам пристройки, чтобы Мила уходила оттуда и ни при каких обстоятельствах не трогала ведьму за руку. Замок на двери никак не открывался, ключ заедал и не хотел прокручиваться. Яков даже попытался пробить стену лежащим на траве топором, но соломенная пристройка была очень крепка, и чтобы сломать ее стены понадобится очень много времени. Небо стало хмурым, тучи закрыли собой солнце. В этот момент замок отворился, и кузнец с сыном забежали внутрь. Мила сидела у изголовья ведьмы и держала ее за руку. Девочка дрожала, и было видно, что никак не может отпустить руку ворожеи. Старуха залилась зловещим смехом, над головой девочки образовалось черное облако темной сущности, и в этот момент ведьма оттолкнула девочку от себя.
— Уходите! — заорала она.
— Живо уходите отсюда!
Яков схватил дочь, и они выбежали на улицу. Следом бежал его сын. Черное облако бросилось к выходу, но ведьма, словно воздушного змея, держала его рукой. Соломенный домик вспыхнул, словно сухая трава. Над домом повисло черное облако, которое стало таять на глазах. В воздухе раздался дикий раздирающий крик, темная сущность ведьмы бесследно умирала, не найдя никакой новой формы для продолжения своего существования… Захарову Нину Григорьевну похоронили на деревенском кладбище рядом с ее мужем. До сих пор можно увидеть там необычную, выкованную вручную, оградку в виде тонких волосков, переплетающихся между собой и надгробную плиту, на которой выгравировано изречение: «Плохо не бывает, если все справедливо»…
Страница 2 из 2
