Моя история началась еще в 2002 году, когда мне было 22 года. У меня была отличная семья: мать, отец и старший брат. Я жил в Выборге, учился в Санкт-Петербурге, на выходных приезжал проведать родителей, отдохнуть в местных клубах.
Добавить в моё избранное
6 мин, 32 сек 7649
Внутри рюмки стоял кусок засохшего хлеба в виде креста.
Пришел отец, показал ему — рюмок таких сроду у нас не было. Я отнес все это безобразие в мусорное ведро на кухне и минут через 15 мне стало по настоящему плохо. Начала отниматься рука, которой я брал эту пакость. Батя позвонил брату, а он связался с Ратмиром, объяснив всю ситуацию. У него были билеты на московский поезд «Ян Сибелиус» на 23.15; завтра он должен был лечить какого-то серьезного столичного дядьку. Антон, можно сказать, снял его с поезда и где-то через полчаса подоспела помощь.
Ратмир зашел вместе с братом в квартиру и тот аж охнул с порога. Да, говорит, не понимаю вообще, как здесь можно жить, зашел в гостиную и ахает снова. Вот мама ваша в углу стоит, душа ее неприкаянна, уйти отсюда не сможет. Рюмку трогать нельзя было вообще, она с кладбища, хлеб тоже и вообще, это кладбищенская порча, делается только сильными мастерами своего дела.
Нужно было дождаться пока он почистит квартиру. Он приказал отцу принести таз, пустую трехлитровую банку (пустых в квартире не было, отец со страха открыл соленые огурцы и вылил их в туалет) и кувшин холодной воды из под крана. Налил в таз воды из кувшина, начал проговаривать какие-то заклинания, потом я опустил туда рюмку и хлеб, а Ратмир, не касаясь предметов, вылил все это в пустую трехлитровую банку. Уберите банку и утопите ее в проточной воде, — сказал он. Меня же он посадил на стул, набрал кого-то по мобильному телефону и сказал — просто слушай.
На другом конце провода старый женский голос начал читать молитву шепотом, минут через пять мне сказали — ну все, отдай трубку Ратмиру. Тот послушал, сказал «спасибо, бабуль» и сказал, что для таких дел он еще слабоват, поэтому бабушка его помогает.
Потом он долго что-то читал и при этом постоянно зевал. Потом сказал мне встать, что я и сделал и начал делать какие-то пассы руками. Тело мое начало выгибаться, голове и ногам стало жарко. Батя и братец сидели и смотрели на меня с выпученными глазами.
Закончилось все резко. Ратмир сказал, что все будет отлично, выверни только сегодня наизнанку пододеяльник и наволочку перед тем как ляжешь спать. По маме, что б она могла упокоиться, читай за упокой девять дней, в квартире никого быть не должно! Назвал мне что в церкви купить и какие именно молитвы читать. Потом мы все забрали вещи и поехали ночевать к брату, Ратмир выпил немного коньяку пожелал нам удачи и уехал домой спать.
Я ездил после работы и читал молитвы все девять дней, ничего сверхестественного не произошло, кроме того что в вазе полностью сгнили все фрукты (яблоки, бананы виноград). Отец вернулся в квартиру через девять дней, но потом ее продал в марте и переехал в новый дом в другом районе.
Недавно я встретил в Выборге соседку со второго этажа — заведующую продуктового магазина тетю Валю. Спросил про квартиру и квартирантов, на что получил ответ: за десять лет сменилось четверо собственников. Последние купили недавно, уехали в Финляндию отдыхать. Пришла, мол, с работы, а сверху кто-то ходит, причем громко. Поднялась наверх, позвонила — все стихло, причем резко. Вышла на улицу, посмотрела — света в окнах нет, машины соседской тоже не наблюдается. Вот так, говорит, интересно и живем. После этого случая прошло уже 10 лет, но до сих пор остался открытым вопрос — кому так помешала моя мама?
Пришел отец, показал ему — рюмок таких сроду у нас не было. Я отнес все это безобразие в мусорное ведро на кухне и минут через 15 мне стало по настоящему плохо. Начала отниматься рука, которой я брал эту пакость. Батя позвонил брату, а он связался с Ратмиром, объяснив всю ситуацию. У него были билеты на московский поезд «Ян Сибелиус» на 23.15; завтра он должен был лечить какого-то серьезного столичного дядьку. Антон, можно сказать, снял его с поезда и где-то через полчаса подоспела помощь.
Ратмир зашел вместе с братом в квартиру и тот аж охнул с порога. Да, говорит, не понимаю вообще, как здесь можно жить, зашел в гостиную и ахает снова. Вот мама ваша в углу стоит, душа ее неприкаянна, уйти отсюда не сможет. Рюмку трогать нельзя было вообще, она с кладбища, хлеб тоже и вообще, это кладбищенская порча, делается только сильными мастерами своего дела.
Нужно было дождаться пока он почистит квартиру. Он приказал отцу принести таз, пустую трехлитровую банку (пустых в квартире не было, отец со страха открыл соленые огурцы и вылил их в туалет) и кувшин холодной воды из под крана. Налил в таз воды из кувшина, начал проговаривать какие-то заклинания, потом я опустил туда рюмку и хлеб, а Ратмир, не касаясь предметов, вылил все это в пустую трехлитровую банку. Уберите банку и утопите ее в проточной воде, — сказал он. Меня же он посадил на стул, набрал кого-то по мобильному телефону и сказал — просто слушай.
На другом конце провода старый женский голос начал читать молитву шепотом, минут через пять мне сказали — ну все, отдай трубку Ратмиру. Тот послушал, сказал «спасибо, бабуль» и сказал, что для таких дел он еще слабоват, поэтому бабушка его помогает.
Потом он долго что-то читал и при этом постоянно зевал. Потом сказал мне встать, что я и сделал и начал делать какие-то пассы руками. Тело мое начало выгибаться, голове и ногам стало жарко. Батя и братец сидели и смотрели на меня с выпученными глазами.
Закончилось все резко. Ратмир сказал, что все будет отлично, выверни только сегодня наизнанку пододеяльник и наволочку перед тем как ляжешь спать. По маме, что б она могла упокоиться, читай за упокой девять дней, в квартире никого быть не должно! Назвал мне что в церкви купить и какие именно молитвы читать. Потом мы все забрали вещи и поехали ночевать к брату, Ратмир выпил немного коньяку пожелал нам удачи и уехал домой спать.
Я ездил после работы и читал молитвы все девять дней, ничего сверхестественного не произошло, кроме того что в вазе полностью сгнили все фрукты (яблоки, бананы виноград). Отец вернулся в квартиру через девять дней, но потом ее продал в марте и переехал в новый дом в другом районе.
Недавно я встретил в Выборге соседку со второго этажа — заведующую продуктового магазина тетю Валю. Спросил про квартиру и квартирантов, на что получил ответ: за десять лет сменилось четверо собственников. Последние купили недавно, уехали в Финляндию отдыхать. Пришла, мол, с работы, а сверху кто-то ходит, причем громко. Поднялась наверх, позвонила — все стихло, причем резко. Вышла на улицу, посмотрела — света в окнах нет, машины соседской тоже не наблюдается. Вот так, говорит, интересно и живем. После этого случая прошло уже 10 лет, но до сих пор остался открытым вопрос — кому так помешала моя мама?
Страница 2 из 2
