Дочь Луны

В замке что-то негромко щелкнуло и дверь со скрипом отворилась. На пороге комнаты стояли три закутанные в плащи фигуры.

— Джессика? — свистящим шепотом пробормотала одна из них.

— Чего вам? — сонным голосом ответила я, не совсем соображая, что здесь происходит.

— Мы же обещали, что придем ночью, — я узнала властный голос Фиби. Чем-то он напоминал мне голос Драко Малфоя из Поттерианы — тот с такой же «издевочкой» растягивал слова.

— Как вы зашли?

— Колдовство — штука хорошая, но самозапирающиеся двери против шпильки — ничто, — похвасталась фигура справа голосом Хлои.

— Джесс? Что там?

Даже в непроглядной темноте я увидела, как Фиби смерила девочку ледяным взглядом. Я живо представила, как Рейчел леденеет и превращается в здоровую глыбу льда.

— Идем, — Фиби настойчиво потянула меня за рукав пижамы.

— У тебя есть ритуальное одеяние? — с интересом спросила третья фигура Оливии.

— Откуда? Мы дадим ей плащ. Пошли, — Хлоя вышла за дверь. Фиби потянула меня в дверной проем.

— Только тихо, — предупредила она, ведя меня по темному коридору.

Мы зашли в самую последнюю дверь справа от окна. Я увидела, что по всей комнате были расставлены горящие свечи. Их огонь освещал вычерченную на полу мелом пентаграмму. У окна я увидела три кровати. Еще не успев удивиться, как эта троица договорилась о том, чтобы их поселили в одной комнате, кто-то из них сунул мне в руки черный шелковый плащ.

— Одевай, — приказал голос Фиби.

— Это необходимо для посвящения.

Я послушно натянула балахон поверх пижамы и тут же почувствовала себя Гарри Поттером — до этого я ни разу не надевала мантии.

Темные фигуры девушек сели на пол вокруг пентаграммы.

Жестом велев мне садиться между Оливией и Хлоей, Фиби заговорила:

— Сегодня ночью еще одна темная ведьма вступит в наш ковен. Ответь нам, Джессика Мерсер, каким было твое первое колдовство?

— Чего? — тупо переспросила я.

— Твои первые чары, которые ты использовала в свой двенадцатый день рождения. До двенадцати лет силы «спят», а потом «просыпаются» и выходят наружу в виде какой-нибудь необычной вещи, — объяснила Оливия.

— Я ударила по своему однокласснику молнией, Хлоя сожгла дотла библиотеку в Мичигане… — Я превратила учительницу биологии в скелет, — надменно процедила Фиби.

То есть все действия этих ведьмочек причиняли вред живым людям. Хотя еще неизвестно, был ли кто-нибудь в той библиотеке. И самое главное — они говорят об этом спокойно, даже радостно. Думаю, что долго я в их обществе не выдержу.

— Я… Кажется, я покрасила волосы в фиолетовый, — неуверенно выдала я.

— И всё? — разочарованно выдохнула Хлоя.

— А чего вы хотели?! Зомби? Пирокинеза? Превращения в крыс? Я не хочу убивать или калечить людей, я — не такая, как вы!

Ну вот и всё. Сорвалась. Теперь мне в их общество дорога заказана. И ведь я сунулась сюда не ради престижа — мне хотелось убедить школу, что Рейчел невиновна в убийстве Лили. Теперь это будет сделать намного сложнее.

— Действительно, не такая. Я говорила, что не следует брать ее в ковен, что она не похожа на нас. Она другая, — с некоторым оттенком презрения сказала Фиби.

Я без слов сняла плащ и швырнула его на пол. Краешек мантии задел свечу и загорелся. Хлоя махнула рукой — огонь погас.

Три ведьмы также молча уставились на меня. Три пары глаз светились мягким серебристым светом, но смотрели угрожающе. Я почувствовала, как к горлу, клокоча, поднимается ярость. Никто не имеет права унижать или оскорблять меня! В школе в Монтане, в пятом классе, три девчонки, очень похожие на этих ведьм, посмеялись над моим приторно-розовым платьем а-ля кукла Барби. Через два часа их уже увозили в больницу с лихорадкой.

Стекла в комнате ведьм начали дребезжать. Пол стало трясти. Несколько свеч упало и покатилось по полу, оставляя за собой след из воска. Еще через секунду пол бы воспламенился, но стекла не выдержали — с громким звоном они вылетели из рамы. Дождь осколков вихрем ворвался в комнату и посыпался на недоумевающих ведьм.

В комнате подул холодный ветер. Занавески трепетали, а свечи тут же погасли. Пол затрясся еще сильнее — с прикроватных столиков слетели цветы и мобильники.

— Хватит! — завизжал испуганный голос Фиби. Впервые я слышала в ее голосе испуганные нотки. Ее рука взметнулась вверх. Вмиг пол перестал трястись, осколки стекла мигом встали на свое место, а упавшие предметы взлетели на столы. Фиби тяжело отдышалась.

— Ты действительно сильная ведьма. Если ты захочешь, мы примем тебя в наш ковен.

Это был мой шанс начать всё заново. Но что-то во мне изменилось, когда я услышала, как хладнокровно они говорят о людях — как о букашках, которых легко можно раздавить.

— Н-нет.