За окном мчащегося по шоссе междугороднего автобуса проплывали самые разнообразные пейзажи: деревушки и поселки сменялись бескрайними зелеными полями, а те, в свою очередь, перемежались с островками березовых рощ. Местами попадались и глубокие овраги. Смешанный лес, также как и мой родной город, остался далеко позади…
13 мин, 18 сек 5090
Я сидел на втором от окна сиденье, а на первом сидела моя девушка, это был первый раз, когда я взял ее с собой. Но и рискованным путешествием эту поездку было назвать очень трудно, самая обыкновенная поездка в другой город. И я ехал в тот город, чтобы встретиться с одним человеком.
— Сереж, до Ельца еще далеко? — Женя наконец-то смогла оторваться от созерцания пейзажей за окном.
— Ну, если учесть, что мы только что пересекли границу Липецкой области, то где-то полтора часа.
Автобус повернул и плавно помчался на северо-запад, везя нас к цели. Елец я знал плохо, а вернее, не знал вообще, но, как говорится, язык до Киева доведет, а уж до церкви, стоящей в центре города, и подавно. Подождав в ближайшем сквере окончание обедни, мы вошли в храм.
У алтаря стоял священник с красиво подстриженной бородой и усами, на вид ему было около сорока. К нему я и пришел. Отец Павел в детстве был лучшим другом моего брата, и я к нему зачастую обращался не как к батюшке, а просто как к старшему другу. Правда, наше общение происходило лишь тогда, когда он приезжал к нам в город, к Алексею в гости.
— Благословите меня, отец Павел, — обратился я к батюшке.
— А это моя невеста Евгения, ее тоже благословите.
Благословив нас, отец Павел начал разговор:
— Сергий, как там Алексий живет?
— Нормально он живет, спокойно, батюшка, — сказал я.
— Моя жизнь медленно начинает превращаться в триллер, со мной в главной роли.
Священник молча смотрел на меня.
— Ни одного года не проходит, чтобы я не столкнулся с чем-то этаким, непонятным.
В том году я нашел останки двух детей на дне котлована. Со мной до десяти лет вообще ничего не происходило, а потом посыпалось как из рога изобилия.
— Обдумай свой жизненный путь еще раз, Сереж, как знать, куда он тебя приведет? — Сказал священник.
— Когда мы с тобой впервые встретились, ты был маленький. Помнишь? Сколько тебе было? Одиннадцать? Ты уже на протяжении одиннадцати лет пытаешься исследовать мир, который называешь «астральным». Ищешь дома с привидениями, играешь в опасные игры, шутишь с огнем. Все пытаешься найти какую-то истину, упорно пытаешься, а она по-прежнему «где-то там». Пытаешься постичь тайны темных миров, а знаешь ли ты, что «во многой мудрости много печали, и те, что умножают познание, умножают скорбь». Даже если ты получишь знания и все ответы на свои вопросы, принесут ли они тебе счастье?
— Я согласен, честный отче, но я просто хочу узнать и понять истинную природу этих вещей и явлений, вот и все.
— Сергий, «если слишком долго смотреть в бездну, бездна начнет смотреть на тебя». Ты слишком долго смотрел в бездну, и она тебя увидела. Раньше ты пытался встретиться с чем-то мистическим и безуспешно, а теперь, возможно, ты их притягиваешь сам как магнитом. Ты все такой же искатель приключений, как и твой брат Алексий. Перестань этим заниматься, и кошмары уйдут, расточатся как тьма от утреннего света. Миллионы людей живут в неведении, и жизнь для них прекрасна, почему бы тебе не попробовать жить с чистого листа. А насчет вещих снов, на все воля Божия, и я не думаю, что это плохо, сны надо пытаться понять, понять, что тебе пытаются таким образом сказать, и по возможности как-то влиять на жизненную ситуацию. Тебя что-то еще беспокоит, Сергий?
— Да. Андрюшка меня беспокоит, у него есть редкая способность влипать в неприятности.
— Это ваша наследственная болезнь, — сказал отец Павел, — в твоем городе нет ни одного высотного дома, на крыше которого мы бы не сидели, свесив ножки вниз. Я и Алексий были такими же искателями приключений, как и ты, правда, мы никогда не лезли в Темный Мир. В жизни я тоже видел разные нехорошие вещи, только рассказывать их тебе не буду. Зачем к твоим кошмарам добавлять еще и мои? Так что там с Андреем?
— В апреле мой любимый племянник решил покататься на чужой машине, представляете? Правда, угнал ее не он, а его одноклассник Антон, который подогнал ее к Андрюшкиному дому и предложил покататься. И что интересно, мой с радостью согласился, хотя и знал, что машина чужая. Теперь Антон обвиняемый по уголовному делу об угоне, а Андрей — главный свидетель по этому же делу. Внутренние органы все внутренние органы нам вытрясли, а моему отцу пришлось выложить кругленькую сумму на адвоката. Вот такие дела, честный отче.
— Сергий, — обратился ко мне отец Павел, — Андрей таким образом пытается привлечь к себе внимание. Он же один, мать с отцом на работе, ты весь в делах, у вас нет на него свободного времени. Постарайся проводить с ним больше времени, найди ему работу на лето, чтобы ребенок не скучал.
— Я постараюсь, батюшка.
Дождавшись, пока исповедуется Евгения, и спросив на дорогу благословления, мы отправились обратно, на автовокзал. Я ехал молча и размышлял над словами священника. В город мы прибыли поздно вечером.
— Сереж, до Ельца еще далеко? — Женя наконец-то смогла оторваться от созерцания пейзажей за окном.
— Ну, если учесть, что мы только что пересекли границу Липецкой области, то где-то полтора часа.
Автобус повернул и плавно помчался на северо-запад, везя нас к цели. Елец я знал плохо, а вернее, не знал вообще, но, как говорится, язык до Киева доведет, а уж до церкви, стоящей в центре города, и подавно. Подождав в ближайшем сквере окончание обедни, мы вошли в храм.
У алтаря стоял священник с красиво подстриженной бородой и усами, на вид ему было около сорока. К нему я и пришел. Отец Павел в детстве был лучшим другом моего брата, и я к нему зачастую обращался не как к батюшке, а просто как к старшему другу. Правда, наше общение происходило лишь тогда, когда он приезжал к нам в город, к Алексею в гости.
— Благословите меня, отец Павел, — обратился я к батюшке.
— А это моя невеста Евгения, ее тоже благословите.
Благословив нас, отец Павел начал разговор:
— Сергий, как там Алексий живет?
— Нормально он живет, спокойно, батюшка, — сказал я.
— Моя жизнь медленно начинает превращаться в триллер, со мной в главной роли.
Священник молча смотрел на меня.
— Ни одного года не проходит, чтобы я не столкнулся с чем-то этаким, непонятным.
В том году я нашел останки двух детей на дне котлована. Со мной до десяти лет вообще ничего не происходило, а потом посыпалось как из рога изобилия.
— Обдумай свой жизненный путь еще раз, Сереж, как знать, куда он тебя приведет? — Сказал священник.
— Когда мы с тобой впервые встретились, ты был маленький. Помнишь? Сколько тебе было? Одиннадцать? Ты уже на протяжении одиннадцати лет пытаешься исследовать мир, который называешь «астральным». Ищешь дома с привидениями, играешь в опасные игры, шутишь с огнем. Все пытаешься найти какую-то истину, упорно пытаешься, а она по-прежнему «где-то там». Пытаешься постичь тайны темных миров, а знаешь ли ты, что «во многой мудрости много печали, и те, что умножают познание, умножают скорбь». Даже если ты получишь знания и все ответы на свои вопросы, принесут ли они тебе счастье?
— Я согласен, честный отче, но я просто хочу узнать и понять истинную природу этих вещей и явлений, вот и все.
— Сергий, «если слишком долго смотреть в бездну, бездна начнет смотреть на тебя». Ты слишком долго смотрел в бездну, и она тебя увидела. Раньше ты пытался встретиться с чем-то мистическим и безуспешно, а теперь, возможно, ты их притягиваешь сам как магнитом. Ты все такой же искатель приключений, как и твой брат Алексий. Перестань этим заниматься, и кошмары уйдут, расточатся как тьма от утреннего света. Миллионы людей живут в неведении, и жизнь для них прекрасна, почему бы тебе не попробовать жить с чистого листа. А насчет вещих снов, на все воля Божия, и я не думаю, что это плохо, сны надо пытаться понять, понять, что тебе пытаются таким образом сказать, и по возможности как-то влиять на жизненную ситуацию. Тебя что-то еще беспокоит, Сергий?
— Да. Андрюшка меня беспокоит, у него есть редкая способность влипать в неприятности.
— Это ваша наследственная болезнь, — сказал отец Павел, — в твоем городе нет ни одного высотного дома, на крыше которого мы бы не сидели, свесив ножки вниз. Я и Алексий были такими же искателями приключений, как и ты, правда, мы никогда не лезли в Темный Мир. В жизни я тоже видел разные нехорошие вещи, только рассказывать их тебе не буду. Зачем к твоим кошмарам добавлять еще и мои? Так что там с Андреем?
— В апреле мой любимый племянник решил покататься на чужой машине, представляете? Правда, угнал ее не он, а его одноклассник Антон, который подогнал ее к Андрюшкиному дому и предложил покататься. И что интересно, мой с радостью согласился, хотя и знал, что машина чужая. Теперь Антон обвиняемый по уголовному делу об угоне, а Андрей — главный свидетель по этому же делу. Внутренние органы все внутренние органы нам вытрясли, а моему отцу пришлось выложить кругленькую сумму на адвоката. Вот такие дела, честный отче.
— Сергий, — обратился ко мне отец Павел, — Андрей таким образом пытается привлечь к себе внимание. Он же один, мать с отцом на работе, ты весь в делах, у вас нет на него свободного времени. Постарайся проводить с ним больше времени, найди ему работу на лето, чтобы ребенок не скучал.
— Я постараюсь, батюшка.
Дождавшись, пока исповедуется Евгения, и спросив на дорогу благословления, мы отправились обратно, на автовокзал. Я ехал молча и размышлял над словами священника. В город мы прибыли поздно вечером.
Страница 1 из 4