С кинотеатром «Гигант» связана зловещая история Омска. После войны, в 1946 году, в городе действовала банда, возглавляемая 40-летней Пелагеей Беляевой. Банда была подростковой: лишь троим из 15 человек было 18 лет, остальным — 12-16 лет…
Добавить в моё избранное
2 мин, 10 сек 15006
Убивали из-за одежды детей. Основным местом действия убийц стал кинотеатр, где показывали в то время преимущественно детские фильмы. В декабре 1946 года на чердаке нашли 13 трупов мальчиков в возрасте от 9 до 16 лет, присыпанных опилками. Детей заманивали на чердак и душили. Всего же бандиты убили более 20 детей, некоторых сбрасывали под лед в Иртыш. Эту историю описал в своей документальной повести «Обжалованию не подлежит» омский писатель Александр Распопин. В марте 1947 года состоялся суд, десять человек приговорили к расстрелу, шесть — к десяти годам, девять человек обратились с прошением о помиловании, им расстрел заменили на 25 лет тюрьмы. Через несколько месяцев после суда кинотеатр подожгли, а в 1952 году было принято решение о его сносе. Любопытно, что сын Пелагеи, активный член банды, вернулся в Омск и дожил до 1994 года.
Сейчас, разумеется, на месте бывшего кинотеатра совершенно другие здания, но призраки прошлого до сих пор не дают покоя нашим современникам. К сожалению, мы живём в доме, построенном рядом с этим проклятым местом. Жители уже привыкли к гремящей по ночам посуде и многим другим вещам из этого разряда. Но то, что рассказала соседка, вызвало у меня мурашки по телу. Ее слова:
— Люсь, я теперь лишь со светом сплю. Проснулась ночью от стонов. Мой, как всегда, в ночную, ребятишки спят, ну некому стонать на кухне. А стонет же кто-то. Да так жалобно, что у меня волосы дыбом. Я и «Отче наш» вспомнила, и просто Господа упоминала — не утихает. Слышу потом шажки, ну, знаешь, детские. И к комнате нашей! Вот тут я чуть не завопила от страха, но это, чем бы оно ни было, в комнату не зашло. Стихло. Знаешь, это души тех деток из«Гиганта», я уверена. Баба Лена с первого этажа вообще говорит, что их часто видит. Я теперь, как мой в ночь, и засыпать боюсь. Люсь, может, им игрушки на кухне оставить или ещё что… Конфет или молока. Пусть поймут — мы по-хорошему к ним.
Я соседке посоветовала сходить в храм. Далее она рассказала:
— Принесла свечи из храма, зажгла и квартиру давай обходить, так на кухне свечка просто чернотой покрылась, пламя как бешеное заметалось, а ведь в доме и сквозняка не было, и форточки закрытые были. А ночью с кухни — плач, и слышно — деточки плачут. Неупокоенные они, видно. Что делать-то?
Скажу, что мер моя соседка приняла немерено: и святили квартиру, и молитвы читали, — избавиться от деточек (так она их называет) не удалось. Я бы, наверное, в этой квартире жить не смогла, а они вроде как и привыкли уже. Сама я, слава Богу, с деточками ни разу не столкнулась, но многие говорят, что их реально видели. Такая вот история. Не судите строго.
Сейчас, разумеется, на месте бывшего кинотеатра совершенно другие здания, но призраки прошлого до сих пор не дают покоя нашим современникам. К сожалению, мы живём в доме, построенном рядом с этим проклятым местом. Жители уже привыкли к гремящей по ночам посуде и многим другим вещам из этого разряда. Но то, что рассказала соседка, вызвало у меня мурашки по телу. Ее слова:
— Люсь, я теперь лишь со светом сплю. Проснулась ночью от стонов. Мой, как всегда, в ночную, ребятишки спят, ну некому стонать на кухне. А стонет же кто-то. Да так жалобно, что у меня волосы дыбом. Я и «Отче наш» вспомнила, и просто Господа упоминала — не утихает. Слышу потом шажки, ну, знаешь, детские. И к комнате нашей! Вот тут я чуть не завопила от страха, но это, чем бы оно ни было, в комнату не зашло. Стихло. Знаешь, это души тех деток из«Гиганта», я уверена. Баба Лена с первого этажа вообще говорит, что их часто видит. Я теперь, как мой в ночь, и засыпать боюсь. Люсь, может, им игрушки на кухне оставить или ещё что… Конфет или молока. Пусть поймут — мы по-хорошему к ним.
Я соседке посоветовала сходить в храм. Далее она рассказала:
— Принесла свечи из храма, зажгла и квартиру давай обходить, так на кухне свечка просто чернотой покрылась, пламя как бешеное заметалось, а ведь в доме и сквозняка не было, и форточки закрытые были. А ночью с кухни — плач, и слышно — деточки плачут. Неупокоенные они, видно. Что делать-то?
Скажу, что мер моя соседка приняла немерено: и святили квартиру, и молитвы читали, — избавиться от деточек (так она их называет) не удалось. Я бы, наверное, в этой квартире жить не смогла, а они вроде как и привыкли уже. Сама я, слава Богу, с деточками ни разу не столкнулась, но многие говорят, что их реально видели. Такая вот история. Не судите строго.
