В связи с тем, что моя семья жила в поселке недалеко от города, мне, чтобы учиться, а потом и работать, приходилось немало раз снимать жилье. И те, кто это делал, поймут меня сразу: порой бывает, въезжаешь в квартиру и понимаешь — твое! Все-то в ней родное, знакомое, уютное… а в другую квартиру порой и входить-то неприятно…
Добавить в моё избранное
6 мин, 45 сек 12819
Так было и со мной, а точнее с квартирой, в которую мне волею судеб пришлось переехать. Принадлежала эта квартира моей тетке — двоюродной сестре моей матери. Тетка там не жила достаточно долгий срок, так как была вынуждена переехать в деревню, ухаживать за больной матерью. Вот тогда-то мне мама и предложила переехать туда, аргументируя это тем, что я могу сэкономить на аренде жилья, т. к. в квартире тетки нужно было платить только коммунальные платежи. Я и согласилась.
И вот в ноябре 2006 года я переехала из своей уютной однокомнатной квартирки в трехкомнатную, о чем пожалела уже спустя некоторое время. Но обо все по порядку… Начну сразу с того, что как только весь мой нехитрый скарб был перевезен, а за грузчиками захлопнулась дверь я всем своим нутром, всей своей душой поняла, что в квартире-то я нахожусь не одна. Я сидела посреди комнаты и всей кожей ощущала, что со всех сторон меня рассматривают любопытные взгляды. Первые несколько дней, пока я обживала квартиру, ничего сверхъестественного со мной не происходило, однако я стала замечать, что у меня с завидным постоянством начала болеть голова. Затем головные боли заменились на постоянный шум в ушах. Было такое ощущение, что я разом через стены подслушиваю разговоры сотни людей, они о чем-то говорят, спорят, ругаются, смеются… Спустя некоторое время мне казалось, что я схожу с ума в этом постоянном шуме.
Все это заканчивалось только после того, как я покидала пределы квартиры. Поэтому-то я стала допоздна задерживаться на работе, оставаться с ночевкой у сестры и подруг, лишь бы только не возвращаться туда, где у меня голова шла кругом! Но как ни крути, возвращаться туда мне все же приходилось. Опять же, по необъяснимыми причинам вход в квартиру, особенно вечером, после рабочего дня, превратился для меня в целый ритуал: я оставляла сумку и папку с документами в подъезде, открывала дверь в квартиру, распахивала ее на всю ширину и минуту стояла в подъезде, вглядываясь в темноту квартиры, опять же всем нутром я чувствовала, как из квартиры прямо волной вываливается в подъезд вся та отрицательная энергетика, которая накопилась там за день; затем я, не входя в квартиру, протягивала руку и включала свет сначала в коридоре, затем на кухне, а потом уже во всех комнатах и только после этого я вносила вещи, разувалась, раздевалась. Еще одним атрибутом моего ритуала было то, что входя в квартиру, я громко кричала: Я ПРИШЛА! Мне казалось, таким образом я предупреждаю все те сущности, что обитали в квартире, о моем приходе, дабы они усмирили свой разгул.
А сущности там были, это однозначно, это я опять же ощущала постоянно всем телом, причем настроены они были ко мне крайне недоброжелательно, в этом-то я и убедилась совсем скоро. Начну с того, что комната, в которой я обосновалась, выходила окнами на большую улицу, одну из центральных в нашем городе, т. е. освещение в ней в темное время суток обеспечивали мне уличные фонари. Спала я на диване, головой к выходу, лицом к окну, и на протяжении всей ночи в комнате царил желтый полумрак.
И вот однажды просыпаюсь я от того, что меня словно кто-то зовет, окликает, не по имени, а так просто: «Эй!». Я открываю глаза и вижу у кровати женщину, старуху, можно сказать. Она довольно высокая, худощавая, короткие волосы под каре, челка забрана назад, видимо, гребешком, на глазах большие очки в роговой оправе. Она смотрит прямо на меня страшными глазами и спрашивает, не раскрывая рта, мысленно: «Ты зачем сюда пришла, что тебе нужно?» В ее вопросе я слышу явную агрессию. Если честно, первую минуту я думала, что мне снится сон, однако я отчетливо вижу свет фонарей, слышу звуки проезжающих машин, т. е. прекрасно ассоциирую себя с пространством вокруг. Моя обычная комната, только эта старуха в желтом полумраке, которая пялится на меня и продолжает задавать вопросы типа:«Кто тебя звал? зачем ты приперлась? убирайся отсюда!» Я пытаюсь ей отвечать, мол, эту квартиру я снимаю, живу здесь и т. д. Однако старуху мои ответы совершенно не волнуют, она ухмыляется как-то жутко и выходит в коридор, я пытаюсь встать за ней, но понимаю, что не могу этого сделать, однако по звукам понимаю, что она ушла на кухню, открывает ящик под столом, где у меня лежат ложки-вилки и гремит там столовыми приборами, перебирая их.
Я понимаю, что она шарится там и ищет нож! Что я испытала в тот момент, поймут немногие, и слава Богу! Ужас, панику, страх… первое, что мне захотелось, это к маме! Старуха возвращается, наваливается на меня всем телом, притом одной рукой зажимает мне рот, другой держит руки, а третьей со всей дури вонзает мне нож в бок, под ребра, при этом она шипит мне в лицо: «Убирайся! Убирайся!»… Я не могу кричать, мне больно, и только чувствую, как слезы текут по лицу, думаю, что я такого сделала-то?!
Проснулась я утром совершенно разбитой, попыталась встать с кровати и ощутила страшную боль в боку, которая не отпускала меня весь день. Возвращаться в эту квартиру было очень страшно, но что делать — надо, и я вернулась.
И вот в ноябре 2006 года я переехала из своей уютной однокомнатной квартирки в трехкомнатную, о чем пожалела уже спустя некоторое время. Но обо все по порядку… Начну сразу с того, что как только весь мой нехитрый скарб был перевезен, а за грузчиками захлопнулась дверь я всем своим нутром, всей своей душой поняла, что в квартире-то я нахожусь не одна. Я сидела посреди комнаты и всей кожей ощущала, что со всех сторон меня рассматривают любопытные взгляды. Первые несколько дней, пока я обживала квартиру, ничего сверхъестественного со мной не происходило, однако я стала замечать, что у меня с завидным постоянством начала болеть голова. Затем головные боли заменились на постоянный шум в ушах. Было такое ощущение, что я разом через стены подслушиваю разговоры сотни людей, они о чем-то говорят, спорят, ругаются, смеются… Спустя некоторое время мне казалось, что я схожу с ума в этом постоянном шуме.
Все это заканчивалось только после того, как я покидала пределы квартиры. Поэтому-то я стала допоздна задерживаться на работе, оставаться с ночевкой у сестры и подруг, лишь бы только не возвращаться туда, где у меня голова шла кругом! Но как ни крути, возвращаться туда мне все же приходилось. Опять же, по необъяснимыми причинам вход в квартиру, особенно вечером, после рабочего дня, превратился для меня в целый ритуал: я оставляла сумку и папку с документами в подъезде, открывала дверь в квартиру, распахивала ее на всю ширину и минуту стояла в подъезде, вглядываясь в темноту квартиры, опять же всем нутром я чувствовала, как из квартиры прямо волной вываливается в подъезд вся та отрицательная энергетика, которая накопилась там за день; затем я, не входя в квартиру, протягивала руку и включала свет сначала в коридоре, затем на кухне, а потом уже во всех комнатах и только после этого я вносила вещи, разувалась, раздевалась. Еще одним атрибутом моего ритуала было то, что входя в квартиру, я громко кричала: Я ПРИШЛА! Мне казалось, таким образом я предупреждаю все те сущности, что обитали в квартире, о моем приходе, дабы они усмирили свой разгул.
А сущности там были, это однозначно, это я опять же ощущала постоянно всем телом, причем настроены они были ко мне крайне недоброжелательно, в этом-то я и убедилась совсем скоро. Начну с того, что комната, в которой я обосновалась, выходила окнами на большую улицу, одну из центральных в нашем городе, т. е. освещение в ней в темное время суток обеспечивали мне уличные фонари. Спала я на диване, головой к выходу, лицом к окну, и на протяжении всей ночи в комнате царил желтый полумрак.
И вот однажды просыпаюсь я от того, что меня словно кто-то зовет, окликает, не по имени, а так просто: «Эй!». Я открываю глаза и вижу у кровати женщину, старуху, можно сказать. Она довольно высокая, худощавая, короткие волосы под каре, челка забрана назад, видимо, гребешком, на глазах большие очки в роговой оправе. Она смотрит прямо на меня страшными глазами и спрашивает, не раскрывая рта, мысленно: «Ты зачем сюда пришла, что тебе нужно?» В ее вопросе я слышу явную агрессию. Если честно, первую минуту я думала, что мне снится сон, однако я отчетливо вижу свет фонарей, слышу звуки проезжающих машин, т. е. прекрасно ассоциирую себя с пространством вокруг. Моя обычная комната, только эта старуха в желтом полумраке, которая пялится на меня и продолжает задавать вопросы типа:«Кто тебя звал? зачем ты приперлась? убирайся отсюда!» Я пытаюсь ей отвечать, мол, эту квартиру я снимаю, живу здесь и т. д. Однако старуху мои ответы совершенно не волнуют, она ухмыляется как-то жутко и выходит в коридор, я пытаюсь встать за ней, но понимаю, что не могу этого сделать, однако по звукам понимаю, что она ушла на кухню, открывает ящик под столом, где у меня лежат ложки-вилки и гремит там столовыми приборами, перебирая их.
Я понимаю, что она шарится там и ищет нож! Что я испытала в тот момент, поймут немногие, и слава Богу! Ужас, панику, страх… первое, что мне захотелось, это к маме! Старуха возвращается, наваливается на меня всем телом, притом одной рукой зажимает мне рот, другой держит руки, а третьей со всей дури вонзает мне нож в бок, под ребра, при этом она шипит мне в лицо: «Убирайся! Убирайся!»… Я не могу кричать, мне больно, и только чувствую, как слезы текут по лицу, думаю, что я такого сделала-то?!
Проснулась я утром совершенно разбитой, попыталась встать с кровати и ощутила страшную боль в боку, которая не отпускала меня весь день. Возвращаться в эту квартиру было очень страшно, но что делать — надо, и я вернулась.
Страница 1 из 2
