Иногда в жизни случаются невероятные события, вспоминая которые, не знаешь, как их объяснить. Я хочу поделиться одной из таких историй, которую держал в себе много лет…
Добавить в моё избранное
5 мин, 15 сек 8253
Мое детство прошло на руинах советской эпохи, когда пришло время гласности и больших перемен. Страну наводнил поток дешевых иностранных товаров, а гигантские строительные объекты закрывали в массовом порядке. Такой объект был и у нас в городе — огромный железобетонный комплекс с многоэтажными подвалами и кучей помещений непонятного назначения.
Дело было в 1993 году. Мы с друзьями (нам тогда было лет примерно по двенадцать) собрались вшестером поиграть «в войнушку» в подвалах того самого недостроенного здания. Запаслись пластмассовыми пистолетами и автоматами (а те, у кого не было таких игрушек, вооружились подходящих форм палками) и отправились на место. Время было около двух часов дня, как сейчас помню. Был май, стояла солнечная погода.
Мы дошли до комплекса и разделились на две группы по три человека. Наш отряд пошел в левое крыло. Двое моих приятелей предложили устроить засаду в одной из подвальных комнат, и я согласился. Мы опустились по лестничной клетке в недра комплекса. У двоих из трёх (включая меня) имелись с собой фонарики. Было темно, промозгло, плесень покрывала стены и было жутковато, однако желание каждого доказать другим, что он не боится, толкала нас все глубже под землю. Никто не осмеливался первым предложить вернуться обратно.
Пробравшись сквозь темноту, мы нашли какое-то сырое просторное помещение, засели там и начали ждать. Комната находилась недалеко от лестницы — тот, кто спустится по ней, был бы отчетливо нам слышен и непременно налетел бы на засаду.
Мы просидели минут сорок в темноте, переговариваясь шепотом, но никто не шел. Андрюхе надоело ждать, и он предложил подняться и самим поискать «отряд врагов» там, где светлее и суше. Мы согласились и все втроём покинули свое незамысловатое укрытие. Когда мы вышли в коридор, нас обдал холодный сквозняк, идущий откуда-то из темноты. Свет фонаря проваливался в пугающую глубину недр комплекса. Со стороны лестничного пролета до нас доходил едва уловимый дневной свет.
Уже не помню, кто первый предложил сходить в темноту и посмотреть, что там дальше, но это точно был не я. Кажется, Андрюха проявил инициативу — у него был задиристый нрав и самый мощный фонарь. После минутного колебания мы все отправились навстречу неизвестности. Коридор оказался довольно широким — хотя, может быть, это сейчас так вспоминается. Мы аккуратно ступали по бетонному полу, дабы не споткнуться о кусок кирпича или пласт штукатурки. Так дошли до следующего лестничного пролета, казавшегося небольшим по сравнению с первым. Ух ты! А что может быть там?
Заинтригованные, мы аккуратно стали спускаться вниз. Было жутко — кромешная тьма, сырые бетонные стены с плесенью, а какой там запах стоял, не передать. По пути я наступил на какую-то мягкую субстанцию — так и не понял, что это было (но явно не то, о чём все сейчас подумали). Больше всего она напоминала строительный утеплитель или кусок старого матраса.
Внизу вместо полноценных лестниц и перекрытий оказался полупрогнивший деревянный настил с крупными щелями между досками. Помню, пока мы спускались, в воздухе сгустился непонятный туман — я это понял, глядя на лучи фонарей. Первым по настилу пошел Андрюха, потом я. Последним полз Виталик. Под настилом был последний, самый нижний уровень комплекса, до которого мы никогда раньше не добирались… И тут началось. С треском рухнул настил, и мы с криками провалились вниз. Один фонарь упал в углубление в земляном полу и погас. Я упал на спину, раздавив что-то хрупкое под собой. На меня благополучно приземлился Виталик, Андрей упал немного в стороне. К боли примешивалось чувство сильной тревоги, переходившее в первобытный ужас. Все кругом было окутано плотным туманом вперемешку с пылью, так что трудно было дышать.
Через минуту-другую мы пришли в себя, отряхнулись и оглядели помещение. Слава богу, никто ничего себе не сломал. Под ногами что-то хрустело, слышался звук льющейся воды. Я посветил под ноги и с изумлением увидел разбросанные на полу сотни разбитых электрических лампочек. В комнате был только один дверной проём, около которого стоял шкафчик. Я подошел к нему и открыл дверцу. Внутри лежали перчатки, стояли какие-то банки и большой фонарь. Я тут же взял фонарь и включил. Комнату осветил очень мощный молочно-белый свет, который я раньше ни у одного фонаря не видел. Я направил луч в сторону друзей, похваставшись: «Глядите, что я нашел!». По завистливо-возбужденным лицам приятелей я понял, что они жалеют, что сами первыми не нашли такое сокровище.
Тем не менее, страх по-прежнему не уходил, и нам надо было подниматься наверх. Мы быстро сообразили, как выбраться из провала: приставили кусок разломавшегося настила к стене и подсадили Андрюху наверх. Пока он цеплялся за край настила наверху, меня осенила «превосходная» идея — пойти и посмотреть, что за дверью, откуда доносится звук воды. Виталик покрутил пальцем у виска и сказал, что он не пойдет туда. Я же пошёл к проёму, по пути направил свет фонаря на него и…
Дело было в 1993 году. Мы с друзьями (нам тогда было лет примерно по двенадцать) собрались вшестером поиграть «в войнушку» в подвалах того самого недостроенного здания. Запаслись пластмассовыми пистолетами и автоматами (а те, у кого не было таких игрушек, вооружились подходящих форм палками) и отправились на место. Время было около двух часов дня, как сейчас помню. Был май, стояла солнечная погода.
Мы дошли до комплекса и разделились на две группы по три человека. Наш отряд пошел в левое крыло. Двое моих приятелей предложили устроить засаду в одной из подвальных комнат, и я согласился. Мы опустились по лестничной клетке в недра комплекса. У двоих из трёх (включая меня) имелись с собой фонарики. Было темно, промозгло, плесень покрывала стены и было жутковато, однако желание каждого доказать другим, что он не боится, толкала нас все глубже под землю. Никто не осмеливался первым предложить вернуться обратно.
Пробравшись сквозь темноту, мы нашли какое-то сырое просторное помещение, засели там и начали ждать. Комната находилась недалеко от лестницы — тот, кто спустится по ней, был бы отчетливо нам слышен и непременно налетел бы на засаду.
Мы просидели минут сорок в темноте, переговариваясь шепотом, но никто не шел. Андрюхе надоело ждать, и он предложил подняться и самим поискать «отряд врагов» там, где светлее и суше. Мы согласились и все втроём покинули свое незамысловатое укрытие. Когда мы вышли в коридор, нас обдал холодный сквозняк, идущий откуда-то из темноты. Свет фонаря проваливался в пугающую глубину недр комплекса. Со стороны лестничного пролета до нас доходил едва уловимый дневной свет.
Уже не помню, кто первый предложил сходить в темноту и посмотреть, что там дальше, но это точно был не я. Кажется, Андрюха проявил инициативу — у него был задиристый нрав и самый мощный фонарь. После минутного колебания мы все отправились навстречу неизвестности. Коридор оказался довольно широким — хотя, может быть, это сейчас так вспоминается. Мы аккуратно ступали по бетонному полу, дабы не споткнуться о кусок кирпича или пласт штукатурки. Так дошли до следующего лестничного пролета, казавшегося небольшим по сравнению с первым. Ух ты! А что может быть там?
Заинтригованные, мы аккуратно стали спускаться вниз. Было жутко — кромешная тьма, сырые бетонные стены с плесенью, а какой там запах стоял, не передать. По пути я наступил на какую-то мягкую субстанцию — так и не понял, что это было (но явно не то, о чём все сейчас подумали). Больше всего она напоминала строительный утеплитель или кусок старого матраса.
Внизу вместо полноценных лестниц и перекрытий оказался полупрогнивший деревянный настил с крупными щелями между досками. Помню, пока мы спускались, в воздухе сгустился непонятный туман — я это понял, глядя на лучи фонарей. Первым по настилу пошел Андрюха, потом я. Последним полз Виталик. Под настилом был последний, самый нижний уровень комплекса, до которого мы никогда раньше не добирались… И тут началось. С треском рухнул настил, и мы с криками провалились вниз. Один фонарь упал в углубление в земляном полу и погас. Я упал на спину, раздавив что-то хрупкое под собой. На меня благополучно приземлился Виталик, Андрей упал немного в стороне. К боли примешивалось чувство сильной тревоги, переходившее в первобытный ужас. Все кругом было окутано плотным туманом вперемешку с пылью, так что трудно было дышать.
Через минуту-другую мы пришли в себя, отряхнулись и оглядели помещение. Слава богу, никто ничего себе не сломал. Под ногами что-то хрустело, слышался звук льющейся воды. Я посветил под ноги и с изумлением увидел разбросанные на полу сотни разбитых электрических лампочек. В комнате был только один дверной проём, около которого стоял шкафчик. Я подошел к нему и открыл дверцу. Внутри лежали перчатки, стояли какие-то банки и большой фонарь. Я тут же взял фонарь и включил. Комнату осветил очень мощный молочно-белый свет, который я раньше ни у одного фонаря не видел. Я направил луч в сторону друзей, похваставшись: «Глядите, что я нашел!». По завистливо-возбужденным лицам приятелей я понял, что они жалеют, что сами первыми не нашли такое сокровище.
Тем не менее, страх по-прежнему не уходил, и нам надо было подниматься наверх. Мы быстро сообразили, как выбраться из провала: приставили кусок разломавшегося настила к стене и подсадили Андрюху наверх. Пока он цеплялся за край настила наверху, меня осенила «превосходная» идея — пойти и посмотреть, что за дверью, откуда доносится звук воды. Виталик покрутил пальцем у виска и сказал, что он не пойдет туда. Я же пошёл к проёму, по пути направил свет фонаря на него и…
Страница 1 из 2
