Мария, Мариам (арам. marjam из евр. mirjam — то же имя, что у Мариам Пророчицы, сестры Моисея и Аарона), дева Мария, богородица, богоматерь, матерь божья, мадонна (итал. madonna, сокращённое от mia donna «моя госпожа», ср. франц. Notre Dame, англ. Our Lady), в христианских религиозно-мифологических представлениях земная мать Иисуса Христа, иудейская девственница, чудесно родившая без разрушения своей девственности. Этимология имени «Мария» неясна (возможно, от корня MRH,«быть тучным», в переосмыслении — «сильная», «прекрасная», ср. корень MRR, «быть горьким»).
Добавить в моё избранное
11 мин, 11 сек 6859
нидерландцы 15 в., на картине Г. Давида Мария кормит младенца с ложечки). Снижение образа Марии у А. Дюрера, элиминирование всех аскетических и аристократических черт (серия гравюр «Жизнь Марии»), перенесение этого образа в сферу фольклорной сказочности у Л. Кранаха Старшего и А. Альтдорфера — симптом нового, протестантского отношения к Марии. В католической Италии Рафаэль создает тип мадонны, основанный на строго отмеренном равновесии земной красоты и величавого целомудрия, уюта и парадности, античного и христианского элементов («Мадонна в зелени», «Мадонна в кресле», «Сикстинская мадонна»), так была дана норма, жившая в классицизме 17 в. (например, у Н. Пуссена) и окончательно исчерпанная лишь к 19 в. (Д. Энгр, «Мария перед св. дарами»). П. П. Рубенс нарушает равновесие и даёт перевес чувственности, а А. Корреджо — плебейскому вкусу к натуралистической детали.
В Испании Б. Мурильо удаётся ценой несколько приторной миловидности ответить на запросы очень широких кругов и дать такой образ Марии, который был бы одновременно детски невинным и матерински доступным, притом без малейшего конфликта с барочной парадностью. Новые течения в искусстве 19-20 вв. дали чувственно-экзальтированную Марию английских «прерафаэлитов»(Д. Г. Россетти,«Благовещение»), экзотическую таитянскую Марию Гогена, суровый и нежный символ надличных сил материнства, заставляющий вспомнить тяжеловесность романских мадонн, у Г. Мура («Мария с младенцем»). Секуляризированное преобразование мотивов, связанных с иконографией Марии, заметно в творчестве К. С. Петрова-Водкина «Умиление злых сердец», «1918 год в Петрограде».
В Испании Б. Мурильо удаётся ценой несколько приторной миловидности ответить на запросы очень широких кругов и дать такой образ Марии, который был бы одновременно детски невинным и матерински доступным, притом без малейшего конфликта с барочной парадностью. Новые течения в искусстве 19-20 вв. дали чувственно-экзальтированную Марию английских «прерафаэлитов»(Д. Г. Россетти,«Благовещение»), экзотическую таитянскую Марию Гогена, суровый и нежный символ надличных сил материнства, заставляющий вспомнить тяжеловесность романских мадонн, у Г. Мура («Мария с младенцем»). Секуляризированное преобразование мотивов, связанных с иконографией Марии, заметно в творчестве К. С. Петрова-Водкина «Умиление злых сердец», «1918 год в Петрограде».
Страница 4 из 4
