Я хочу рассказать о том как я и мой одноклассник Антон пошли на заброшенную водокачку. Это было на самом деле, но не знаю: глюки или реальность…
Добавить в моё избранное
1 мин, 41 сек 12816
Я и Антон, мы учились на тот момент в третьем классе. И вот после школы мы с ним идем по дороге, а нам как раз по пути. Мы шли, разговаривали с ним о тренировки, тут мы дошли до моста и Антон мне говорит:
— Настюха, а пошли к водокачки.
— Нет, Антон, я не хочу. Да и что там делать?
— Ну пошли или ты струсила.
— И тут этот гаденыш начинает меня на слабо брать.
— Я не трусиха, там совсем не страшно.
— Ну пошли тогда.
— Слушай, достал уже. Пошли, что встал? — Мы с ним спустились по лестнице на нижнюю дорогу и пошли на эту злосчастную водокачку.
Ну, подошли мы к этой водокачки и встали у ворот. А тогда еще была зима и Антон скомкал снежок, кинул в меня и побежал туда на водокачку. Я, недолго думая, тоже сделала снежок и помчалась за ним. Мы вбежали во внуторь. Я догнала Антона, врезала как следует и тут мы поняли, что пока бегали, не заметили как вбежали в водокачку. Антон мне говорит:
— Ну, что я тебе говорил, нет тут ничего страшного.
— Я вам так скажу, место это мрачное. Стенки давно пооблазили, крысы везде, а еще там есть комната, в которую свет почти не проникает. Ее таки я кокрас всегда и боялась, даже не знаю по чему.
Антон и я бродим, все осматриваем, как вдруг мы слышим чей-то плач, да еще тихий такой. Антон тут же глянул на меня, сердце бешено заколотилось. Антон мне тут же:
— Ты тоже слышишь?
— Ага, слушай может это кто-то из наших заметил, что мы сюда пришли и решил нас напугать?
— Да нет, все в школе еще, мы то раньше ушли. Валим?
— Ты еще спрашиваешь.
— Злобно ответила я.
Мы схватили друг-друга за руки и выбежали оттуда, что есть мочи.
А я самого главного-то не сказала, плачь издавался со стороны темной комнаты, хотя мы там были и никого там не видели.
Мы бежали пока не выдохлись и пообещали, что больше туда не пойдем. Конечно же, став старше, мы забыли этот случай и это было одним из наших мест для тусовок.
— Настюха, а пошли к водокачки.
— Нет, Антон, я не хочу. Да и что там делать?
— Ну пошли или ты струсила.
— И тут этот гаденыш начинает меня на слабо брать.
— Я не трусиха, там совсем не страшно.
— Ну пошли тогда.
— Слушай, достал уже. Пошли, что встал? — Мы с ним спустились по лестнице на нижнюю дорогу и пошли на эту злосчастную водокачку.
Ну, подошли мы к этой водокачки и встали у ворот. А тогда еще была зима и Антон скомкал снежок, кинул в меня и побежал туда на водокачку. Я, недолго думая, тоже сделала снежок и помчалась за ним. Мы вбежали во внуторь. Я догнала Антона, врезала как следует и тут мы поняли, что пока бегали, не заметили как вбежали в водокачку. Антон мне говорит:
— Ну, что я тебе говорил, нет тут ничего страшного.
— Я вам так скажу, место это мрачное. Стенки давно пооблазили, крысы везде, а еще там есть комната, в которую свет почти не проникает. Ее таки я кокрас всегда и боялась, даже не знаю по чему.
Антон и я бродим, все осматриваем, как вдруг мы слышим чей-то плач, да еще тихий такой. Антон тут же глянул на меня, сердце бешено заколотилось. Антон мне тут же:
— Ты тоже слышишь?
— Ага, слушай может это кто-то из наших заметил, что мы сюда пришли и решил нас напугать?
— Да нет, все в школе еще, мы то раньше ушли. Валим?
— Ты еще спрашиваешь.
— Злобно ответила я.
Мы схватили друг-друга за руки и выбежали оттуда, что есть мочи.
А я самого главного-то не сказала, плачь издавался со стороны темной комнаты, хотя мы там были и никого там не видели.
Мы бежали пока не выдохлись и пообещали, что больше туда не пойдем. Конечно же, став старше, мы забыли этот случай и это было одним из наших мест для тусовок.
