Широко размахивая руками и тяжело дыша, Антон мчался по направлению к побережью.
Добавить в моё избранное
18 мин, 13 сек 16800
С лёгкостью пумы он перепрыгивал через дырявые, гниющие, изъеденные зеленоватым грибком лодки, и в мозгу его салютом вспыхнула мысль «Море!» Сзади, на расстоянии метров триста, задыхалась остервенением и злобой погоня.
Хотя солнце едва опустилось за горизонт и его багровые отсветы достаточно освещали жидкую растительность острова, каждый из преследователей, числом около пятидесяти, размахивал факелом.
Антон понимал, что факелы они взяли не для освещения, а для жестокой расправы.
Он бежал абсолютно голый, ветер с моря приятно холодил разгорячённую голову, развевая длинные кудри и тонизируя натруженные ноги.
Его изрезанные в кровь ступни под анестезией адреналина не чувствовали боли: коряги, острые камешки, битые стёкла — всё это не имело значения перед наступающей ему на пятки озверевшей толпой.
Сердце рвалось из груди Антона, но он ощутил его бешеный ритм, лишь когда добежал до причалившей к берегу лодке и остановился.
Два рыбака, сидевшие в лодке, молодой — худощавый, светловолосый, с хитрым, бегающим взглядом, и пожилой — широкоплечий, с широким красным лицом, пшеничными усами и с круглыми глазами, уставились на задыхавшегося голого мужчину и вопросительно молчали.
Антон перехватил их взгляды, прикрыл ладонями промежность и крикнул:
«За мной гонится банда подонков! Отвезите меня на большую землю!» «Ты кто?» — буркнул в усы старший.
«Писатель.» Рыбаки переглянулись и рассмеялись.
«Вам забава! — в отчаянии крикнул Антон.»
— А меня сейчас порвут!«Преследователи уже перепрыгивали через лодки, улюлюкая и повизгивая от азарта.»
Их факелы, словно огненные геенны, судорожными прыжками приближались в жертве.
«А рассказ расскажешь?» — спросил старший.
«Да я вам, братцы, тысячу и один рассказ расскажу! — простонал Антон.»
— Увезите меня только побыстрее! Садись,«— кивнул старший, и Антон, словно лев, по команде дрессировщика прыжком очутился на корме.»
Рыбаки взялись за вёсла, развернули лодку и начали грести.
Погоня с разбегу врезалась в море, заиграв в воздухе изумрудом брызг. Вслед лодке полетели факелы и шипели проклятиями, окунаясь в воду метрах в трёх от кормы.
Некоторые из преследователей бросились догонять вплавь, но ледяная вода остудила их пылающие ненавистью мозги, и они повернули к берегу.
Когда звуки погони стихли, а преследователи превратились в тёмные точки, старший сделал знак и, и рыбаки перестали грести.
Старший достал из под скамейки свёрнутый брезент и кинул Антону.
«Срамоту прикрой, — пробормотал он.»
— Да и прохладно. «Антон и в самом деле, остыв от погони, начал трястись и постукивать зубами.»
Он жадно закутался в брезент и, принюхавшись, поморщился.
«Мы туда и рыбу иной раз заворачиваем, — старший кивнул.»
— Ничего потерпишь. Вот хлебни этого.«Антон взял протянутую ему флягу и решительно приложился. Через несколько мгновений Антон ощутил в желудке сладкое убаюкивающее тепло.»
«Закуси,» — старший, тоже приложившись к фляге, вытащил из пакета кусок рыбы и протянул беглецу. Антон откусил и, почти не жуя съел угощение.
«Прям во рту тает, — сказал он.»
«Ещё бы! — ответил старший.»
— Я сёмгу солю по батиному рецепту. Из поколения в поколение передаём. Вон, — он кивнул на паренька, уминавшего ломоть рыбы.
— Ему только доверю. Так то вот. Эх, закурить бы, — вздохнул Антон.
«Отчего же и не покурить,» — ответил старший и угостил Антона папиросой. Оба они задымили, а младший прогнусавил:«А историю?» Притушив окурки и сложив их в консервную банку, старший взялся за весло и молвил:«Ну что ж, мил человек, пожалуй, давай и рассказ, чтобы нам веселей с вёслами управляться.» «О чём же вам рассказать?» — спросил Антон.
«Вот о том и поведай, как тебя на этот остров занесло, чем ты там занимался, и в чём провинился.» Антон прочистил горло и начал отрабатывать гостеприимство рыбаков тихим хорошо поставленным голосом:
«Кроме того что я писатель, работаю ещё администратором на литературном сайте, и меня пригласили в город Бескрайнск Новокумыскскую область, недавно объявившую себя суверенным государством, читать лекции.»
Обещали неплохой гонорар, бесплатный стол, номер в гостинице, компенсацию за проезд. Ну чего мне было раздумывать? Собрал чемоданчик и поехал.
В поезде почуял неладное: вагон абсолютно пустой. Спрашиваю у проводника, в чём дело? А он в ответ: туда уж давно никто не ездит. «Как так?» — спрашиваю. А он: «Вы что не слышали, какие законы там местная администрация приняла?» «Нет, — говорю.»
— Ну и какие? К примеру, закон, запрещающий мастурбацию.«Ну я, понятное дело расхохотался и говорю:» Я по этой масти не ходок, я всё больше по женской части. А вот то то и оно! — с каким то болезненным восторгом воскликнул проводник.
Хотя солнце едва опустилось за горизонт и его багровые отсветы достаточно освещали жидкую растительность острова, каждый из преследователей, числом около пятидесяти, размахивал факелом.
Антон понимал, что факелы они взяли не для освещения, а для жестокой расправы.
Он бежал абсолютно голый, ветер с моря приятно холодил разгорячённую голову, развевая длинные кудри и тонизируя натруженные ноги.
Его изрезанные в кровь ступни под анестезией адреналина не чувствовали боли: коряги, острые камешки, битые стёкла — всё это не имело значения перед наступающей ему на пятки озверевшей толпой.
Сердце рвалось из груди Антона, но он ощутил его бешеный ритм, лишь когда добежал до причалившей к берегу лодке и остановился.
Два рыбака, сидевшие в лодке, молодой — худощавый, светловолосый, с хитрым, бегающим взглядом, и пожилой — широкоплечий, с широким красным лицом, пшеничными усами и с круглыми глазами, уставились на задыхавшегося голого мужчину и вопросительно молчали.
Антон перехватил их взгляды, прикрыл ладонями промежность и крикнул:
«За мной гонится банда подонков! Отвезите меня на большую землю!» «Ты кто?» — буркнул в усы старший.
«Писатель.» Рыбаки переглянулись и рассмеялись.
«Вам забава! — в отчаянии крикнул Антон.»
— А меня сейчас порвут!«Преследователи уже перепрыгивали через лодки, улюлюкая и повизгивая от азарта.»
Их факелы, словно огненные геенны, судорожными прыжками приближались в жертве.
«А рассказ расскажешь?» — спросил старший.
«Да я вам, братцы, тысячу и один рассказ расскажу! — простонал Антон.»
— Увезите меня только побыстрее! Садись,«— кивнул старший, и Антон, словно лев, по команде дрессировщика прыжком очутился на корме.»
Рыбаки взялись за вёсла, развернули лодку и начали грести.
Погоня с разбегу врезалась в море, заиграв в воздухе изумрудом брызг. Вслед лодке полетели факелы и шипели проклятиями, окунаясь в воду метрах в трёх от кормы.
Некоторые из преследователей бросились догонять вплавь, но ледяная вода остудила их пылающие ненавистью мозги, и они повернули к берегу.
Когда звуки погони стихли, а преследователи превратились в тёмные точки, старший сделал знак и, и рыбаки перестали грести.
Старший достал из под скамейки свёрнутый брезент и кинул Антону.
«Срамоту прикрой, — пробормотал он.»
— Да и прохладно. «Антон и в самом деле, остыв от погони, начал трястись и постукивать зубами.»
Он жадно закутался в брезент и, принюхавшись, поморщился.
«Мы туда и рыбу иной раз заворачиваем, — старший кивнул.»
— Ничего потерпишь. Вот хлебни этого.«Антон взял протянутую ему флягу и решительно приложился. Через несколько мгновений Антон ощутил в желудке сладкое убаюкивающее тепло.»
«Закуси,» — старший, тоже приложившись к фляге, вытащил из пакета кусок рыбы и протянул беглецу. Антон откусил и, почти не жуя съел угощение.
«Прям во рту тает, — сказал он.»
«Ещё бы! — ответил старший.»
— Я сёмгу солю по батиному рецепту. Из поколения в поколение передаём. Вон, — он кивнул на паренька, уминавшего ломоть рыбы.
— Ему только доверю. Так то вот. Эх, закурить бы, — вздохнул Антон.
«Отчего же и не покурить,» — ответил старший и угостил Антона папиросой. Оба они задымили, а младший прогнусавил:«А историю?» Притушив окурки и сложив их в консервную банку, старший взялся за весло и молвил:«Ну что ж, мил человек, пожалуй, давай и рассказ, чтобы нам веселей с вёслами управляться.» «О чём же вам рассказать?» — спросил Антон.
«Вот о том и поведай, как тебя на этот остров занесло, чем ты там занимался, и в чём провинился.» Антон прочистил горло и начал отрабатывать гостеприимство рыбаков тихим хорошо поставленным голосом:
«Кроме того что я писатель, работаю ещё администратором на литературном сайте, и меня пригласили в город Бескрайнск Новокумыскскую область, недавно объявившую себя суверенным государством, читать лекции.»
Обещали неплохой гонорар, бесплатный стол, номер в гостинице, компенсацию за проезд. Ну чего мне было раздумывать? Собрал чемоданчик и поехал.
В поезде почуял неладное: вагон абсолютно пустой. Спрашиваю у проводника, в чём дело? А он в ответ: туда уж давно никто не ездит. «Как так?» — спрашиваю. А он: «Вы что не слышали, какие законы там местная администрация приняла?» «Нет, — говорю.»
— Ну и какие? К примеру, закон, запрещающий мастурбацию.«Ну я, понятное дело расхохотался и говорю:» Я по этой масти не ходок, я всё больше по женской части. А вот то то и оно! — с каким то болезненным восторгом воскликнул проводник.
Страница 1 из 6
