Началось всё банально: за окном конец весны, я прирастаю к стулу за компьютером, играю в игры, смотрю сериалы — в общем, самосовершенствуюсь как могу. И в один прекрасный день в мою комнату заходит мать и начинает пилить меня, чтобы я поехал к нам на дачу и прибрался там к лету — убрал заросли травы с участка, в доме чуток прибрался, пыль там вытер, да и просто развеялся, а то сижу всё время за компьютером.
Добавить в моё избранное
6 мин, 19 сек 9149
Дверь дёрнулась, после чего я резко открыл её, увидел перед собой чью-то фигуру и уверенно врезал ей в предполагаемое лицо. Фигура упала к стене и застонала:
— Стой, не надо!
Тогда я уже пригляделся и в тусклом свете полудохлой лампочки различил какого-то грязного деда, который, очевидно, залез в пустующий большую часть времени дом. Если коротко, не вдаваясь в подробности нашей с ним беседы, он — обычный алкаш, жена бросила, дочь уже взрослая и давно на него забила. Всё, что у него есть — старенькая «шестёрка», в которой он и живёт; работает дворником, спуская все деньги на бутылку и иногда на бензин. В конце концов, попался ему наш домик на отшибе. Беседа проходила за столом на первом этаже, где, как я упоминал ранее, присутствовал едкий запах гнили. Окна всё ещё были открыты настежь ещё с утра, но запах всё равно ощущался довольно отчётливо, и вовсе не от деда. На мой вопрос дед отмахнулся и буркнул что-то неразборчивое. Ну я и забил на это, меня больше интересовало, как матери поведать о том, что бомж жил в её спальне.
Как-то незаметно за всем этим прошли два часа, а ещё через час мимо остановки должен был проехать мой автобус. За окном опять начинался дождь, я накинул плащ, взял вещи, которые предусмотрительно положил рядом с собой, и двинулся к двери. Деду я дал неделю на то, чтобы уйти отсюда, иначе вызову полицию. Пообещав приехать и проверить, я открыл входную дверь. За пару минут на улице начался настоящий ливень, дождь лил просто стеной, чему я даже как-то обрадовался. Я пошёл в сторону калитки, но за пару шагов до оной дёрнуло меня повернуться и окинуть участок взглядом. Недалеко от себя я приметил ещё один холмик, только этот был заметно выше тех, что я вчера равнял. Из него что-то торчало. Что-то странное. Буквально через мгновение дождь смыл достаточно грязи, чтобы я смог различить там… Тело. То ли женщина, то ли девушка, небрежно и очень неглубоко закопанная в наш огород. Сердце заколотилось, уши начали гореть… Но всё-таки я не растерялся. Повернулся — дедок смотрел на меня из окна. Я улыбнулся, махнул ему рукой и спокойно ушёл. Спокойно я шёл недолго и, как только отошёл достаточно далеко, втопил, что было сил. Следующие полчаса я сидел на остановке и трясся, мучительно ожидая автобус. К счастью, я был пока единственным пассажиром. Сел рядом с водителем и стал звонить в полицию, где мне пообещали выслать наряд. Рассказал эту историю водителю, последующие разговоры с которым успокоили меня, и я перестал дрожать. В какой-то момент навстречу проехала полицейская машина, и тогда я уже окончательно выдохнул.
Нас с матерью ещё вызывали в полицию, где я пересказывал эту историю. В итоге выяснилось, что дедок — очередной маньяк, и сейчас он благополучно сидит. Вроде даже писали про нас с ним в какой-то местной газете. Иногда представляю, что было бы, если бы я тогда копал глубже или… спустился в погреб.
— Стой, не надо!
Тогда я уже пригляделся и в тусклом свете полудохлой лампочки различил какого-то грязного деда, который, очевидно, залез в пустующий большую часть времени дом. Если коротко, не вдаваясь в подробности нашей с ним беседы, он — обычный алкаш, жена бросила, дочь уже взрослая и давно на него забила. Всё, что у него есть — старенькая «шестёрка», в которой он и живёт; работает дворником, спуская все деньги на бутылку и иногда на бензин. В конце концов, попался ему наш домик на отшибе. Беседа проходила за столом на первом этаже, где, как я упоминал ранее, присутствовал едкий запах гнили. Окна всё ещё были открыты настежь ещё с утра, но запах всё равно ощущался довольно отчётливо, и вовсе не от деда. На мой вопрос дед отмахнулся и буркнул что-то неразборчивое. Ну я и забил на это, меня больше интересовало, как матери поведать о том, что бомж жил в её спальне.
Как-то незаметно за всем этим прошли два часа, а ещё через час мимо остановки должен был проехать мой автобус. За окном опять начинался дождь, я накинул плащ, взял вещи, которые предусмотрительно положил рядом с собой, и двинулся к двери. Деду я дал неделю на то, чтобы уйти отсюда, иначе вызову полицию. Пообещав приехать и проверить, я открыл входную дверь. За пару минут на улице начался настоящий ливень, дождь лил просто стеной, чему я даже как-то обрадовался. Я пошёл в сторону калитки, но за пару шагов до оной дёрнуло меня повернуться и окинуть участок взглядом. Недалеко от себя я приметил ещё один холмик, только этот был заметно выше тех, что я вчера равнял. Из него что-то торчало. Что-то странное. Буквально через мгновение дождь смыл достаточно грязи, чтобы я смог различить там… Тело. То ли женщина, то ли девушка, небрежно и очень неглубоко закопанная в наш огород. Сердце заколотилось, уши начали гореть… Но всё-таки я не растерялся. Повернулся — дедок смотрел на меня из окна. Я улыбнулся, махнул ему рукой и спокойно ушёл. Спокойно я шёл недолго и, как только отошёл достаточно далеко, втопил, что было сил. Следующие полчаса я сидел на остановке и трясся, мучительно ожидая автобус. К счастью, я был пока единственным пассажиром. Сел рядом с водителем и стал звонить в полицию, где мне пообещали выслать наряд. Рассказал эту историю водителю, последующие разговоры с которым успокоили меня, и я перестал дрожать. В какой-то момент навстречу проехала полицейская машина, и тогда я уже окончательно выдохнул.
Нас с матерью ещё вызывали в полицию, где я пересказывал эту историю. В итоге выяснилось, что дедок — очередной маньяк, и сейчас он благополучно сидит. Вроде даже писали про нас с ним в какой-то местной газете. Иногда представляю, что было бы, если бы я тогда копал глубже или… спустился в погреб.
Страница 2 из 2
